Марк и Надя. Дверца шкафа

Эпизод 3. Марк

Даша сказала:

— И что ты с этим сделаешь?

Я пожала плечами:

— Постараюсь забыть.

Мы сидели у меня дома. Я согрела чайник, заварила чай, и мы уселись на мой продавленный диван, после чего я подробно рассказала Даше о своей вечерней прогулке.

— Так, минуточку, — Даша покачала головой и отставила чашку в сторону, — ты хочешь сказать, что ты уверена, что ты знаешь, что этот ублюдок творит в своей квартире что-то плохое... Возможно девочка, которую ты видела шла как раз из той квартиры, ты об этом не думала? Так вот ты знаешь о том, что он что-то ужасное делает и просто забудешь об этом?

— Да, — кивнула я. — Не собираюсь в это влезать. Жизнь дороже.

Даша всплеснула руками. Открыла рот и снова закрыла, будто не нашла что сказать. У Даши нет слов? Такое я видела впервые.

— Жизнь дороже, — проговорила она наконец. И снова, — жизнь дороже. Да чья жизнь? Господи, ты хоть понимаешь, что ты несёшь?

— Что несу? — я тоже отставила чашку в сторону.

— То и несёшь, — закричала Даша. — Бред! Ты не понимаешь. Ты не думаешь. Ты не думала, что ты, может единственная, кто знает, что там творится что-то неладное?

Она выдержала паузу.

Я уже собиралась ответить ей, как она взмахнула рукой и продолжила:

— Может ты единственная, кто может помочь этим девочкам?

— Да с чего ты взяла, что это девочки? Что их много? — вспылила я.

— А то и взяла. Даже и думать не надо. Он мужик, ты видела девочку в слезах. Даже если она одна, что этого мало тебе? Он маньяк, это очевидно.

— Кому очевидно? — разозлилась я. — Тебе? Ты там не была. Там даже находиться тяжело!

— Вот именно! — хлопнула Даша. — Тебе там тяжело находиться, поэтому ты не хочешь ничего делать. Проще закрыть глаза на проблемы и не решать их!

— Да какие проблемы? О чем ты вообще? — я отвернулась. Взгляд упал на остывающий чай. Пакетик плавал в чашке, его давно пора было вытащить, но в пылу ссоры, я забыла про это. Придется пить горький вяжущий чай.

Тяжело признавать, но Даша была права. Я знала, я знала, что там, за металлической дверью настоящий ад. Там — кошмар, и творит его этот людоед. Может ли быть так, что никто не знает? Легко. Выглядит он прилично, соседей не слышно, район тихий. Никто ничего не подозревает. Внутри у меня снова похолодело.

Я вяло попыталась возразить:

— А что, если я ошиблась? Что если мне все примерещилось?

— Сходи и проверь, — сухо отрезала Даша и снова взяла кружку в руки.

— Ты не понимаешь, о чем меня просишь, — устало возразила я.

— Всего лишь сделать то, что в твоих силах.

— Ты просишь меня пожертвовать своей жизнью.

— Ну уж нет. Ты сходишь туда, убедишься, что не ошиблась и обратишься в полицию. Все чики-пуки. По закону. И никто не будет тебя убивать. — Даша довольно потерла руки, достала упаковку зефира из сумки. — Ну-с, давай отпразднуем это блестящее решение.

— Блестящее? Я в полиции — куда уж лучше. Они ж... Кхм... и обычным заявлениям то не верят. А уж моему...

— А ты будь убедительна, — Даша смачно откусила большой кусок зефира и даже зажмурилась от удовольствия. Она уже все решила.

Мы помолчали. Мне кусок в горло не лез, перед глазами стояла та металлическая дверь и запах, запах крови.

— Ты не понимаешь. Это убьет меня, если не внешне, то внутренне. Раздавит. И аукнется как-нибудь потом, через несколько лет. Это самоубийство.

— Это простой моральный выбор. Ты или они. Твоя жизнь или жизни тех, кто попадет в ту квартиру. Сможешь ли ты спокойно жить, зная, что даже не пыталась изменить ситуацию?

— Смогу, — угрюмо ответила я.

— Тогда я в тебе ошиблась. — пожала плечами Даша. — Я думала, что ты не бросила бы меня в беде.

— При чем здесь ты? — фыркнула я. — Тебя-то я не брошу.

— А какая разница, я или они? На их месте могла бы быть я, и только представь, что был кто-то, кто мог бы мне помочь, но не попытался, потому что ему было страшно. Все жизни на самом то деле одинаково цены. Если ты готова на это ради меня, значит готова и ради других. Нет — нет во всем.

— Какая-то дурацкая категоричность, — фыркнула я. — А где третий вариант? Для друзей я готова сделать что-то, а для посторонних нет. К тому же маньяк, он тоже человек. Его тебе не жалко?

— Это все слова. — отмахнулась Даша. —Нечего языком трепать, надо дело делать. У меня есть знакомые в полиции, не спрашивай откуда. Хорошие ребята. Дам номерок, договорюсь о встрече. А ты им объяснишь все. Оке?

— Знаешь, иногда я тебя просто ненавижу. Неужели нельзя отложить все это?

— Действовать надо быстро. Вдруг этот маньяк чего-то заподозрит? — Даша отряхнула руки и принялась копаться в сумке. — Вот и он, — достала телефон и прежде, чем я успела возразить, набрала какой-то номер. — Але? Маркуша, привет. Да. Да, все оке, как всегда у меня, а ты? Ага. Слышь, у меня тут одна подруга нашла маньяка. Не шучу, серьезно. Она тебе сама все объяснит, ладно? Маркуш, не кидай меня, оке? Ну хотя бы встреться с ней, ладно? Супер! Целую. Пока.