Маркиза Светлой Пустоши

Глава 15

До аудиенции у императора прошло не так уж много времени. Но за этот срок я успела настолько накрутить себя, что мысленно уже сто раз попрощалась не только с рудниками, но и со всем поместьем. Мало ли, что взбредет в голову этому наглому советнику. Может, он запросит все мои земли в качестве компенсации за морально-материальный ущерб. С него станется, гада такого.

Советнику должно было икаться долго, очень долго, потому что как раз его я и костерила, на чем свет стоит, едва ли не каждую минуту. Не императору доставалось, нет. Советнику. Император обо мне и знать не знал. И не знал бы дальше, если бы не одна обнаглевшая от безнаказанности сволочь.

Думаю, император доверял советнику, как себе, потому и не лез в его дела. А тот и вел себя соответствующе. В общем, была бы моя воля, я давно отправила бы советника на тот свет, причем самым мучительным способом.

Увы и ах, это было вне моей компетенции, если выражаться земным языком. Все, что я могла, - это кипеть от злости, желать советнику «всего самого высокого, доброго и светлого» и молиться богам, чтобы оставили мне хоть что-то, пусть лишь усадьбу. Потому что я совершенно не представляла себе, как буду выживать «на улице» в этом диком мире!

В нужное время, одетая проще, чем местные аристократы, в старое потрепанное платье, я активировала портал. Прямо из холла пока еще своей усадьбы. Платье я выбирала самое старое, самое «видавшее виды», надеясь надавить на жалость у императора. Ткань, когда-то нежно-голубого цвета, теперь выцвела, а кружевные вставки на рукавах и подоле потеряли свою первоначальную белизну, став серыми от времени. Платье придавало мне вид скромной, забытой аристократки.

И я надеялась, что меня в нем увидит как можно меньше народа.

Между тем сработал портал. Я ощутила легкое головокружение, и в тот же миг оказалась в холле дворца императора. Дворец был величественным, его стены украшали резные колонны, а потолок был расписан яркими фресками, изображающими сцены из истории империи. Огромные окна, обрамленные тяжелыми бархатными занавесками, пропускали свет, который играл на мраморных полах, создавая волшебную атмосферу. В воздухе витал аромат свежих цветов, которые были расставлены в изящных вазах по всему холлу, и это добавляло дворцу особую торжественность.

Встретивший меня дворецкий, облаченный в строгую форму, с легким поклоном приставил ко мне мальчика-слугу, который должен был проводить меня в малую гостиную императора. Его лицо было серьезным, а глаза полны любопытства, но он не смел задавать вопросы. Я почувствовала, как внутри меня нарастает волнение, и старалась не думать о том, что ждет меня впереди.

Я шла по длинному коридору, стены которого были украшены портретами предков императора. Их взгляды казались проницательными и строгими, словно они могли видеть сквозь меня, оценивать мои намерения и судить о моем достоинстве. Каждый шаг отзывался эхом, и я чувствовала, как сердце колотится в груди от волнения и страха. Я старалась не смотреть на портреты, чтобы не отвлекаться от своих мыслей, но их присутствие давило на меня, как груз.

Когда я подошла к двери, ведущей в малую гостиную, меня охватило чувство безысходности. Я знала, что на кону стояло не только мое поместье, но и будущее, которое я так старалась сохранить. Я глубоко вздохнула, поправила платье, стараясь выглядеть уверенно, и толкнула дверь.

Его величество Растар Великолепный сидел в кресле неподалеку от окна и внимательно наблюдал за моим появлением в комнате. Средних лет, высокий, худощавый, он смотрел цепко, неотрывно следя за каждым моим шагом. Синеглазый брюнет, он был одет пышно, даже чрезвычайно пышно, на мой взгляд. Его темно-коричневый шерстяной костюм явно был создан мастером своего дела. Каждая ниточка в этом самом костюме кричала о богатстве ее владельца. Я не могла не заметить, как ткань переливалась на свету, а золотые пуговицы сверкали, словно драгоценности. Мне пришлось бы вкалывать долгие, долгие годы, чтобы заработать хотя бы на половину этого костюма. Впрочем, я и не претендовала на него. Я ни на что здесь не претендовала, надеясь всего лишь выйти отсюда, из малой гостиной, после аудиенции, с сохраненными за мной рудниками.

- Добрый день, ваше величество, - я сделала положенный книксен, остановившись в двух шагах от кресла. - Настасья горт Малтова, маркиза Артанская, прибыла по вашему приказу.

Император сухо кивнул мне и протянул руку. Его жест был лаконичным, но в нем чувствовалась власть и уверенность.

- Ваш отчет, маркиза.

Отлично. Просто прекрасно. То есть он даже не видел меня, а уже ведет себя так, как будто я – преступница. Этот кивок, это обращение по титулу – и то, и другое прямое нарушение этикета, довольно грубое, между прочим. Император как бы показывает мне, что с трудом терпит мое появление во дворце. Вынужден терпеть. Только ради отчета, видимо.

И «благодарить» за подобное отношение я должна советника, не иначе. Никто другой не смог бы настроить императора против меня в рекордно короткие сроки.

Я еще раз помянула «тихим добрым словом» того самого сволочного советника, про себя, правда, и протянула свой недоотчет императору.

Наши пальцы на мгновение соприкоснулись… И приклеились! Мы приклеились друг к другу! Как будто кто-то со стороны облил наши руки невероятно сильным клеем! Я почувствовала, как паника охватывает меня, и, невоспитанно подергав руку, попыталась освободиться. С третьего раза мне все же удалось вырваться, и я пробормотала себе под нос, покраснев: