Маршрут к твоему сердцу

Шаг доверия

Чуть позже, когда мы, довольные и уставшие, пришли ужинать к бассейну, за наш любимый столик, Алексей налил нам по бокалу вина.

Камера лежала, убранная в чехол, на столе горели свечи, отражающиеся в стекле бокалов.

Остывший вечерний воздух приятно ласкал кожу. Всё-таки осень в Турции — самый прекрасный сезон.

Я залюбовалась звёздным небом и огнями отеля, которые в темноте подсвечивали здание тёплым светом. Сейчас «Luxury Grand Antalya» был похож на настоящий сказочный дворец.

Лёша нарушил тишину:

— Спасибо тебе, — сказал он, и его плечо слегка коснулось моего. По спине пробежали мурашки.

— За что? — удивилась я.

— За то, что не сбежала в первый же день. За то, что согласилась на эту авантюру. За то, что... напомнила мне, зачем я вообще начал снимать. Я так давно не чувствовал такого... удовлетворения. Такого трепета…

Я замерла и посмотрела на него. Его взгляд проникал под кожу и заставлял сердце биться чаще. Глаза Алексея горели, и мне показалось, что он хочет сказать что-то ещё, но не произнёс…

— Знаешь, — я сделала глоток вина, собираясь с духом. — Когда ты утром показал мне тот ролик... Я впервые увидела себя со стороны. Не ту, кем меня хотят видеть другие. А настоящую. И... мне понравилось то, что я увидела. Во многом — благодаря тебе. Ты видишь меня... другую.

— Я вижу тебя, Катя. Настоящую. И ты... невероятна.

Он продолжал смотреть на меня, и в его взгляде было столько тепла и нежности, что по всему телу разлилась жаркая волна.

Мы молча смотрели друг на друга. Его рука лежала на столе, и мне стоило невероятных усилий не накрыть её своей.

Кажется, в такие моменты я совсем теряла голову, хоть и боялась себе в этом признаться…

— Катя, — буквально прошептал он моё имя.

— Да?

— Завтра... Завтра я хочу снять нечто особенное. Не для блога. Просто для себя.

Сердце заколотилось где-то в горле.

«Боже… что ещё он задумал?» — от этой мысли бросило в жар.

— Что именно?

— Хочу снять, как ты просыпаешься. Первые лучи солнца, твои спутанные волосы, сонные глаза... Самые настоящие, ничем не приукрашенные моменты, которые никто никогда не видит. Моменты, когда человек наиболее уязвим и... прекрасен.

Мои глаза округлились и я уставилась на него, не понимая… Зачем ему это?..

«Слишком интимно. Слишком лично. Слишком... доверительно...» — мысли путались и я не знала, как отреагировать на это предложение.

— Я понимаю, если ты откажешься, — поспешно добавил он, и в его глазах промелькнула тень страха — страха быть отвергнутым. — Это действительно слишком смелое предложение.

Я посмотрела на него — на его серьёзное лицо, на руки, сжимающие бокал, на глаза… Мне даже почудилось, что я увидела в них ту самую уязвимость, которую он так боялся показать… Пришло осознание, что это был его способ, сказать то, что он не мог произнести вслух. Способ попросить о доверии. О позволении войти в самое личное пространство.

Я глубоко вздохнула, чувствуя, как внутри всё сжалось одновременно от страха и предвкушения.

Не давая себе времени для новых осознаний я сказала:

— Хорошо, — моё сердце готово было выпрыгнуть из груди, — Но только если Женя будет рядом.

Его лицо озарила такая искренняя добрая улыбка, что всё внутри меня отозвалось ответным теплом.

— Конечно. Договорились.

Когда он ушёл, я осталась сидеть у бассейна, пытаясь осмыслить происходящее. Страх никуда не делся. Но он был смешан с пьянящим чувством свободы и волнующего предвкушения.

«Я согласилась. На самое личное, что только можно себе представить. Потому что... потому что я хочу, чтобы он видел меня настоящую. Всю. И потому что, кажется, я не просто начинаю ему доверять. Я уже доверяю…».

Я сделала глоток вина, ещё раз взглянула на огни отеля и улыбнулась. Чувство эйфории и радости окрыляло. И я не могла поверить, что решилась на такой шаг.

Несколько лет мне было страшно впускать в свою жизнь людей. Несчастные отношения, болезненное расставание, когда почва уходила из под ног от разрушающего разочарования в любви.

Но сейчас… Именно сейчас мне показалось, что я не ошибалась. Что этого человека можно впустить в свою жизнь, хоть до конца и не понимала, что из этого может получиться…

Не знаю, сколько я просидела так, размышляя о жизни, как появилась Женя.

Она не шутила, как обычно, не выкинула очередной финт, а просто села рядом и обняла меня за плечи. Мы просидели так пару минут, и она сказала:

— Ну что, героиня? Мне показалось, или между вами искрит так, что можно обжечься?

«Рано радовалась» — подумала я, но её слова не раздражали, а наоборот — только вызвали у меня улыбку.

— Не знаю, Жень, — честно призналась я. — Но, кажется, сегодня я согласилась на нечто сумасшедшее…

— Что?! — вспыхнула Женька, — Срочно выкладывай подробности!

Я рассказала подруге про загадочное предложение Алексея об утренней личной съемке.

— Я в шоке, — сказала она и затихла.

— В хорошем или плохом?.. — неуверенно спросила я.

— Во всех сразу! Но ты правильно сделала, что согласилась, Кэт. Я же вижу, как горят твои глаза. — деловито ответила Женька. — Уже несколько дней… — добавила загадочно и заиграла бровями.

— Ты правда так думаешь? А может наоборот? Теперь Лёша будет думать, что я на всё согласная…

— Перестань. Он же тебе ничего непристойного не предлагал. Да и ведёт себя достойно, — успокоила меня подруга. — Вроде… — добавила уже тише. И мы обе засмеялись.

— Да ну тебя, Жень. Я тебе тут душу раскрываю, а ты…

Она снова обняла меня за плечи и сказала:

— Мне бы так хотелось, чтобы у вас получилось… Искренне надеюсь, что он тот самый. Тот, кто способен наконец сделать тебя счастливой, — голос Жени чуть дрогнул. Я совсем не привыкла видеть её такой. — Рискни ради себя, ради будущего. Сбрось уже с себя тень прошлого, расправь крылья.

Это был такой трогательный и милый момент, что я готова была разреветься от счастья. Эти слова и поддержка подруги очень много значили для меня. Когда Женя перестаёт дурачиться и говорит серьёзные вещи — можно не сомневаться, она искренне так считает.