Маршрут к твоему сердцу

Без права на ошибку

Утро после разговора встретило меня не тревогой, а странным, непривычным спокойствием. Солнечный зайчик прыгал по потолку, выхватывая из полумрака знакомые очертания номера. Я потянулась, и осознание вчерашнего пришло не ударом, а мягкой волной: мы решили попробовать. Не закрыть глаза на прошлое, а идти вперёд, глядя на него открыто.

Из гостиной доносился аромат кофе.
«Женька. Снова проснулась раньше меня», — с улыбкой подумала я, предвкушая наш утренний диалог. Поговорить после ужина мы вчера так и не успели — она общалась со старым знакомым из Италии, тоже фотографом. Видимо, их группа заселилась только накануне.

Я накинула халат, забежала в ванную почистить зубы и вышла на кухню.

— Доброе утро, моя загадочная богиня! — сказала я в сторону столика. — Надеюсь, ты наконец опубликовала свои фото, и Лео уже завалил тебя сообщениями.

Но, повернувшись, я резко замерла. За столом сидел Лёша, увлечённо печатая что-то в ноутбуке.

— Как ты здесь оказался? — удивлённо выдохнула я.

Он улыбнулся и поднялся.

— Доброе утро, спящая красавица. Женя оставила меня оберегать твой сон.

Он подошёл и нежно поцеловал меня.

— Доброе утро, — смущённо ответила я, вспомнив, что даже не взглянула в зеркало. Вот уж в таком виде встречать объект симпатии точно не хотелось. — А где Женя?

— У неё утренняя съёмка с итальянскими коллегами. Я встретил её, когда она уже собиралась уходить. — Он убрал выбившуюся прядь моих волос за ухо. — Ты не против, что я пришёл?

— Нет… — растерянно ответила я.

— Тогда выпьем кофе? Или сразу пойдём на завтрак? Женя будет ждать за нашим столиком у бассейна.

Он был таким милым, спокойным и даже домашним.

— Давай я быстро приведу себя в порядок. Кофе выпьем за завтраком.

— Хорошо, принцесса. Я пока поработаю.

Его голос был мягким и ласковым. Я окончательно растерялась, густо покраснела и унеслась в комнату.

Желание убрать волосы в пучок и сделать лёгкий макияж родилось само собой. «Хочу сегодня быть красивой. И соответствовать своему… молодому человеку?» — эта мысль смущала и радовала одновременно. За последние годы я совсем забыла, каково это — состоять в отношениях.

Натянув джинсовые шорты и белый топ, я, вполне довольная своим видом, вернулась на кухню. Лёша по-прежнему сидел за компьютером, но сегодня он не казался уставшим. Скорее, воодушевлённым.

— Что делаешь? — спросила я, присаживаясь на край стула и заглядывая в экран. Там был открыт видеоредактор с нашими вчерашними кадрами — я морщилась, пробуя оливку.

— Доделываю ролик. Без спешки и нервов. — Он посмотрел на меня. — Спасибо.

— За что?

— За то, что дала эту паузу. За то, что не сбежала вчера. За то, что ты — это ты.

Его слова снова заставили меня покраснеть.

— Ты всегда так много работаешь в отпуске? — сменила я тему.

Он вздохнул и закрыл ноутбук.

— Раньше — да. Отпуск, выходные, ночи — всё стиралось. Пока не понял, что гонюсь за призраком. За цифрами, охватами, одобрением людей, которых даже не знаю.

— А сейчас? Что изменилось?

— Сейчас я хочу делать что-то важное. Не просто контент. Истории. Честные. Возможно, даже не самые популярные. — Он повернулся ко мне, его взгляд стал серьёзным. — Я думаю над независимым проектом. Без диктата брендов, без гонки за трендами. Где главное — смысл.

В его голосе звучала такая убеждённость, такая страсть, что у меня внутри что-то ёкнуло. Это был тот самый Лёша, которого я видела на рассвете в Сочи — уязвимый, но сильный в своей правоте.

— Звучит как утопия. В наше время, — осторожно заметила я.

— Да, — он усмехнулся. — Почти. И есть одна большая проблема. Вернее, один человек.

Он помолчал, собираясь с мыслями, и я почувствовала, как по спине пробежал лёгкий холодок.

— Когда я только начинал, у меня был продюсер. Артём. Гений в своём роде. Он выстроил мою карьеру, раскрутил, принёс первые большие контракты. Но у него своё видение. Для него блогинг — не искусство и даже не коммуникация. Это тяжёлая индустрия развлечений, где скандал и игра на низменных чувствах — лучший двигатель. Год назад он предложил мне проект. Реалити о… неважно. Суть в том, что это была чистой воды психологическая ловушка, манипуляция. Я отказался. Жёстко. Мы разругались. Я выкупил у него свою свободу и часть прав на контент, но это стоило мне почти всех сбережений и… его лютой ненависти.

— Алина… она как-то связана с ним? — спросила я, едва слышно.

Алексей мрачно кивнул.

— Артём её продюсировал в начале. И, думаю, до сих пор держит на крючке. Долги, связи, обещания. Она для него — идеальное оружие. Обиженное, эмоциональное, с доступом к моему прошлому. И он знает, как нажимать на её кнопки.

Я молча переваривала услышанное. Картина обретала чёткость, и она была куда мрачнее, чем я думала. Это была не просто ревность бывшей. Это была война на уничтожение.

— И что он хочет сейчас?

— Он хочет доказать, что я ничтожество без него. Что моя «честность» — лицемерие. Если получится — добить меня профессионально. И… — он запнулся, глядя на меня с болью, — теперь у него появился новый козырь. Ты.

Меня как будто окатили ледяной водой.

— Что это значит? — прошептала я.

— Это значит, он может ударить через тебя. Очернить, выставить в дурацком свете, натравить хейтеров. Чтобы я либо отступил, защищая тебя, либо… чтобы ты сама не выдержала и ушла. Он уже дал мне это понять.

Мы сидели в тишине. Шум моря за окном казался теперь не успокаивающим, а зловещим.

— Так что же мы будем делать? — спросила я, и голос прозвучал твёрже, чем я ожидала.

Алексей взял мою руку. Его ладонь была тёплой.

— Во-первых, мы договариваемся о правилах. Никаких скрытых съёмок. Никакого контента без твоего полного согласия и просмотра. Ты имеешь право вето на всё. Во-вторых, я сделаю всё, чтобы оградить тебя. Но для этого нужно твоё доверие и… твоя осторожность. Не ведись на провокации. Особенно от Алины. Любое её слово — часть игры.