Маршрут не построен: Шоссе вне карты

Третий километр: Маршрут не построен!

До рассвета Олег просто выжидал. Наконец ночь закончилась ему удалось.

Байкер не уснул — именно переждал, как пережидают неприятность или чужую исповедь. Пока шло томительное ожидание, дорога продолжала жить своей жизнью. Тени ходили до рассвета, иногда подходили слишком близко, иногда исчезали вовсе, но ни разу не коснулись ни его, ни байка. Создавалось впечатление, что они не видели его, а просто ждали движения.

Наступило заветное утро. Тени просто растворились, будто их выключили вместе с тьмой. Олег решил дождаться небесного сигнала.

Когда небо посерело, байкер понял: дальше сидеть нельзя.

После бессонной ночи Олегу было плоховато. Тело было ватным, мысли — рваными. Сон был необходим. Он поднялся, с трудом удерживая равновесие, будто ночь вытянула из него все силы.

Сделав несколько шагов, байкер решил повторить вечерний ритуал. Шлем, перчатки и куртка были на местах. Байк завёлся не сразу, но всё-таки откликнулся — глухо, неохотно, с чужим металлическим призвуком.

Олег почувствовал себя лучше. Транспорт наконец вернулся вновь лучшим другом. Как только он оказался в седле, сомнения окончательно исчезли.

Случайно появившийся накануне байкер отправился в город. Мотоцикл набирал скорость, слушался руля, был похож на идеально выдрессированного скакуна. Но, было странное ощущение: дорога изменилась почти сразу. Она играла с ним. Асфальт выглядел привычным, но ощущался иначе — руль слегка тянул в стороны, как если бы мотоцикл сам выбирал траекторию. Особых трудностей руление не создавало.

Байкер бросил взгляд на навигатор. Теперь все стало ясно. Маршрут шёл прямо. Но, когда Олег повернул налево. Навигатор не отреагировал. Он попробовал снова – резко взял в право, в поворот, которого не было ни на одной карте. Дорога вела вниз, затем резко вверх, скользила между холмами, ныряла в туман. Байк несся по ней подобно спринтеру к финишной черте. Чувствовалось, как скорость растёт сама, без усилия.

Когда время приблизилось к полудню он выехал на шоссе. Широкое, ровное, с выцветшей разметкой и редкими знаками. Ему нравилась эта гонка. Дорога, по которой можно было идти часами, не меняя направления. Спидометр приблизился к отметке в две сотни, когда байкер выдохнул — впервые за долгое время. Именно в этот момент Олег посмотрел на навигатор. Первая аномалия на экране проявилось: движение по тропе.

Сломался? После ночи.

Олег протёр глаза несколько раз моргнул. Смахнул перчаткой отпечатки со стекла. Не получилось. Нет — всё верно. Байкер продолжил изучение. Узкая пунктирная линия, как для пешего маршрута. В радиусе километров не было ни трассы, ни шоссе. Просто… одинокая тропа.

— Ты, блин шутишь, — хрипло сказал своеобразному жеребцу Олег.

Байкер потянулся к тормозу. Кожаная перчатка едва слышно скрипнула. Рычаг поддался — мягко, послушно. Олег сбросил с подножки передач ногу, даже почти коснулся земли. Но… Но байк не остановился.

Невозможно!

Скорость мотоцикла на пару километров, да, но стоило отпустить — и мотоцикл снова ускорился, словно его подталкивали сзади.

Олег выжал тормозной рычаг на полную.

Ничего не случилось.

Стоило коснуться ручки газа— байк охотно рванул вперёд. Железный хищник словно рванул к добыче со скоростью более ста пятидесяти километров. Стоило ослабить руку — сбросил скорость. Байк слушался. Всё работало… кроме главного.

Остановки нет.

Байкер понял это сразу и окончательно. Насколько возможно в пути, ему удалось осмотреть трос тормозной системы. Вывод был простым – не поломка. На этой дороге, байк следовал странным правилам. Это было одно из них.

Олег продолжал мчаться вперед. С этого момента дорога вокруг начинала странно реагировать на движение: знаки появлялись слишком поздно, тени от облаков двигались против солнца, а съезды возникали внезапно и исчезали в зеркалах заднего вида, как будто их никогда не было.

Возможно, когда он наконец достигнет городских улиц, то все непонятности пройдут сами собой. Город должен был быть впереди. Байкер почти чувствовал это кожей. Фоном, где-то внутри сознания появилось новое немного тревожное подозрение: когда он туда доберётся, то тормоза ему уже могут не понадобятся. Скорее всего не от точки назначения, а от слишком высокой скорости.

Олег продолжал мчаться по трассе упрямо глядя не на экран, а на дорогу. Ему казалось, что приборы теперь не работают. Странно, но складывалось впечатление об изменении реальности. Навигатор мог показывать что угодно — тропу, пустоту, чёртово слово «запрет», — но байкер ему не верил.

Толька байк. Только направление. Никакой электроники.

Вот только дорога была настоящей: асфальт под колёсами, ветер, бьющий в грудь, усталость в плечах. Значит, всё остальное — ложь. Казалось, мир проверял на прочность его веру или решимость.

Скорость росла, часы шли, солнце поднялось выше, но свет казался плоским, как декорация. Еще немного и он может засомневаться, что реальность, что просто фантазия. Удивительно, но трасса по-прежнему никого не показывала. Ни машин, ни людей. Даже птицы не показывались, хотя раньше в черте покинутого города кружились над головой. Они пропали аккурат у странного указателя. Был только он и путь, который вёл вперёд, несмотря ни на что.

В какой-то момент дорога стала шире и появилась переправа. Мост появился внезапно. Нечего не предвещало его появления. Без предупреждающих знаков, без ограждений — просто бетонная дуга над глубокой низиной.

С этого момента появилась первая проблема. Байкер въехал на него на скорости и сразу почувствовал неладное: руль стал лёгким, слишком лёгким. Колёса потеряли сцепление, будто асфальт превратился в стекло. Самое ужасное, что это «стекло» разлетелось в дребезги.

— Нет, нет… — поспешно закричал Олег, инстинктивно сжимая рычаги.