Маруськин календарь

Как папа поросёнка из леса привёз

Маруська ела кашу быстро, поглядывая на оладики и какао. Как всё успеть? Ведь сегодня был такой важный день: папа обещал взять её на свою работу.

Папа работал в лесу. И это было удивительно. К тому же папа обещал дать ей погладить зайчика и покормить косулю.

- Бабуля, заверни мне оладики с собой, - попросила Маруська, допивая какао.

- Не торопись, поешь дома, - ответила бабушка Таня.

- Я не для себя, я косулю покормить. Мы же едем косулю кормить, бабушка!

- Цветочек мой, косули оладики не едят. Они травку едят и листочки, - улыбнулась бабушка Таня и пододвинула тарелку с оладиками поближе к Маруське.

- А я не подготовила травки, - расстроилась та, - как же я с пустыми руками поеду?

- Марусь, ты готова? – заглянул в кухню папа.

- Ой, нет, папочка, я гостинцы для косули не собрала! Чем же я её кормить буду?

- А ну-ка, закрой глазки и протяни мне ладошки, - предложил папа.

В руки Маруське он положил что-то тяжёлое и прохладное:

- Открывай!

- Ой, морковка и яблоко! – весело вскрикнула девочка. – Это для косули! Для косули!

- Маруська, положи угощения в рюкзачок и бегом одеваться, - позвала я из другой комнаты.

Папа ждал дочку уже за калиткой. Его машина была большая, с высокими колёсами и разноцветная: в зелёных, песочных и чёрных кляксах.

- Я поеду рядом с папой, - сказала Маруська.

- Нельзя, кнопка, вдруг дядя полицейский вас по дороге встретит и накажет папу, - сказала я и подала папе её резиновые сапожки. - Не забудьте переобуться, как приедете. Испачкаетесь, домой поросят не пущу!

- Мы хорошо будем себя вести, - ответил с улыбкой папа и усадил Маруську в детское автокресло.

- А за что тебя дядя полицейский накажет? – спросила Маруська.

- Маленькие девочки должны ездить в своём креслице в больших машинах. Такие правила. Если их нарушать, можно получить штраф.

- Штраф - это что?

- Это такое наказание, чтобы правила не нарушать. Придётся заплатить денюшку. А можно ездить правильно и потратить денюшку на конфетки или книжки для Маруськи, - объяснил всё папа.

- Ты папочка, не расстраивай дядю полицейского и маму, езди хорошо. Я люблю конфетки, - сказала Маруська.

Папа улыбнулся: на редкость сообразительная девчонка у него росла. Бабушка бы сказала «хозяйственная».

- Ты тоже не переживай. Вот вырастешь большая, я тебе порулить дам.

- Ого, а когда дашь? – тут же заёрзала Маруська.

- Когда ножки твои до педалей доставать будут, тогда и дам.

- А когда доставать будут? – спросила она.

- Ну, наверное, лет в 16, - ответил папа.

Маруська хорошо умела считать до 20, но в палочках на столе это выглядело куда понятнее, чем в годах. Поэтому она задумчиво уставилась в окно.

Лесничество было от нас недалеко и никаких полицейских на дороге к нему и быть не могло. Потому что лес кругом дикий и нехоженный. Но правила есть правила. И новое папино правило гласило, что никаких диких животных без разрешения трогать нельзя, именно потому, что они дикие и такими оставаться и должны.

Маруська поначалу расстроилась, потому что морковка и яблоко для косули оттягивали рюкзачок. А как же зайцы? Их ведь погладить надо!

Вокруг очень старого сруба, в котором располагалась и контора, и жильё, были полузаросшие вольеры. Навстречу папе и Маруське вышел Илья Иванович, лесничий.

• Хочешь зайчиков посмотреть? - спросил он.

Маруська слегка потупилась и закивала головой.

• Пойдём кроха, - он легко потрепал Маруську по голове.
• Пап, - шёпотом позвала девочка, - и косулю, косулю тоже!

Папа подмигнул: а то!

В вольер с зайчиками вошли все сразу. Куча ушастиков разного роста и возраста кинулась врассыпную.

Илья Иванович присел на корточки и достал из кармана пакет с угощением для зайцев. Он высыпал кусочки овощей и фруктов и витаминные палочки в миску. Пара зайчиков охотно поскакала к нему.

• Этот давно у нас живёт, - указал на одного Илья Иванович. - Я его на пожаре спас. У него ножки обгорели. Совсем маленький был. Прыгать умеет, а бегать - нет. Поэтому и держу. Хороший он, ласковый.

Заяц понюхал руку старика и охотно захрустел капустным листом.

Маруська подёргала папу за рукав:

• Погладь, конечно, - разрешил он.

Заяц чуть дрогнул, поднял голову, не выпуская изо рта листик, и затем снова уткнулся в миску. Ещё пара зайчиков осторожно приблизилась и захрустела угощением.

- А остальные почему не идут? - спросила Маруська.

- Они совсем дикие и я их не приручаю, - сказал старик. - Их выпускать буду. Негоже, чтоб они людей не боялись, а то обидит кто. Пойдём, я тебе махоток покажу.