Маруськин календарь

Как Маруська гномика кормила

Заметила я как-то, что Маруська то на завтрак, то на полдник свои печенюшки в карман складывает и куда-то уносит. Поначалу я думала, что она их ест на улице или тайком собаку нашу кормит. Собаке сладкое нельзя, у неё ушки потом болят. Решила я, что Маруська Алтая жалеет. Очень уж он сладкое любит.

Подошла к окошку и смотрю, не побежит ли Маруська Алтая кормить печеньем. А сама думаю, как бы ей объяснить, что собачка заболеет и ей придётся давать лекарства и натирать уши противной мазью. Маруська ведь Алтая любит, расстроится, если тот заболеет.

Смотрю в окно: Маруська мимо вольера прошла и направилась к цветнику. Присела перед розами и давай там копошиться. Мне уже и не видно, и подглядывать нехорошо. Странно, думаю. Почему не к собаке пошла?

Вернулась я на кухню, отрезала большой ломоть хлеба и вышла на крыльцо.

- Марусь, - зову, - иди Алтая хлебушком покорми.

Дочка радостно подбежала, взяла хлеб и помчалась к вольеру. Я заметить успела, что кармашки на сарафане пустые. Значит, нет печенек. Так любопытно мне стало, кого же моя малышка под розовым кустом печеньем кормит.

Маруська тем временем от ломтя кусочки отламывает и бросает Алтаю. Игра у них такая любимая: дочка бросает кусочек, а пёс ловит. И куда бы она ни бросила, всегда поймает! Он так и буханку хлеба съесть может, только дай!

Порадовалась я за Алтая, его уши и за Маруську, что бережёт здоровье друга, и пошла цветами заниматься. Да за делами и забыла о печенье под кустом.

На следующий день Маруська с самого утра понесла печеньки под розовый куст. Решила я не проверять кто там, а подождать, вдруг сладкоежка себя сам выдаст?

На полдник бабушка запеканку сделала. Маруська половинку съела и говорит:

- А можно я запеканку на улице доем?

Я догадалась, что она её хочет отнести неизвестному лакомке.

- Нет, - говорю, - доешь дома, а на улицу пряник лучше возьми или конфету.

Маруська согласилась и умчалась на улицу, прихватив и конфету, и пряник. Побежала она сразу к розовым кустам. Ладно, думаю, потом проверю.

Вскоре приехали соседи и Маруська пошла к ним в гости строить вместе с Вадиком и Леной очередной песочный замок.

А я решила полить цветы. Подсоединила шланг, подхожу к кустам с розами и…

Хорошо, что сразу воду не включила. Выпрыгнуло бы на меня из кустов чудо-юдо мокрое, крикливое и царапучее! А сидел под розовым кустом и грыз пряник мой старый кот Барсик. Пряник большой, в рот не помещается. Барсик его и с одной стороны погрызёт, и с другой, и лизнёт, и опять укусит.

Рассмеялась я, говорю:

- Барсик, не твой размер, котик! Так вот кто у меня тут завёлся! Только с чего бы Маруське тебя тайком кормить? Да ещё сладким? Ты бы и дома мог поклянчить печенья.

Взяла я пряник и конфету. Переложила на дорожку. Пока поливала цветы, Барсик пряник всё-таки съел. Конфету есть не стал, фантики потому что разворачивать не умеет. Её я забрала и Маруське пока ничего не стала говорить.

За ужином дочка рассказывала, какую новую игру они придумали с Вадиком и Леной в песочнице, папа о работе в лесу, а я как компот из малины делала и цветы поливала. Такая у нас традиция: делиться вечером своими новостями.

- Очень жаркий день сегодня выдался. Я всю воду в лесу попил, - пожаловался папа.

- И не говори. Я поливала цветы, поливала, еле напоила. Только к вечеру вон повеселели.

- А цветы пить хотели? – спросила Маруська задумчиво.

- Конечно, - сказала я. – В такую жару все пить хотят.

- Все? – как-то тревожно спросила дочка.

- Все, малышка. А что? – насторожилась я.

- Ой, мамочка, - вдруг взволнованно сказала Маруська. – А ты не могла бы мне дать кружечку воды? Мне очень надо тоже кое-кого напоить!

Тут уже папа насторожился.

- Кого, Маруся? – спросил он.

Я легонько толкнула папу ногой под столом. Папа посмотрел на меня и понял, что тут есть какой-то секрет и надо спрашивать аккуратно.

Маруська смотрела на нас обоих так жалостливо, что отказать в кружке воды было никак нельзя.

- А кое-кто случайно не любит чай с лимоном или молоко на ночь? – спросила я как ни в чем не бывало.

- Молоко? Конечно, все гномики любят молоко! Как же я забыла! – вдруг сказала Маруська.

- Гномики? – сказали мы с папой хором.

Маруська поняла, что выдала секрет случайно, тяжело вздохнула и сказала:

- Да, гномики, - и потупила глаза.

Мы с папой переглянулись. Я не могла скрыть улыбки, представив себе огромного пушистого гномика Барсика.

- Пожалуй, я погрею молоко, - сказала я.

- Я не знал, что у нас дома гномики есть, – озадаченно сказал папа.

- Не дома, во дворе, - сказала Маруська.

- Так там темнеет уже, как же ты одна пойдёшь молоко им относить? – спросил папа.