Марьяна. Дочь Полоза

9

Нос Митора ткнулся мне в шею. Я услышала громкий вздох, и хватка парня усилилась.

— Не отпущу, — сквозь рык донеслось изо рта мужчины.

Внутри меня появился узел и тут же потяжелел, ухнув вниз. Это новое чувство меня испугало. Я попыталась отстраниться, но руки заскользили, и мое тело распласталось на его груди.

Еще один глубокий его вдох. Мужское тело подо мной напряглось. На краткий миг парень окаменел, а потом его рука осторожно прочертила линию по моей шее и замерла на моем подбородке. Янтарно-медовый взгляд впился в мое лицо. Он манил, гипнотизировал, обещал... И я шла на его свет, готовая дать все, что он попросит.

— Вы чего, как свиньи в луже купаетесь? — раздался окрик Ульяны.

Ой, что это я?

— Хотите драки, идите в чисто поле. На дворе мне нечего грязь месить! — прикрикнула тетя, подходя ближе. — Неужели и мой сынишка такой же драчливый будет? Мальчики прям как петухи растут. Все то им кулаки почесать охото.

Женщина встала рядом с нами и скривилась.

В этот момент я смогла выскользнуть из объятий парня. Митор смотрел в далекое небо широко раскрытыми глазами и часто дышал. Его взгляд сиял, а вместе с дыханием из его рта вырывались тихие порыкивания.

— Быть не может! — зло ударил кулаком по земле и вскочил на ноги. — Нет! — он опалил меня ненавидящим взглядом и побежал прочь со двора.

— А тебе, молодой человек, надо в баню, — взяла меня Ульяна за ухо и повела к строению. — Яр распустил своих учеников. Совсем не уважают хозяев. Дерутся, грязь развозят... А завтра что будет? Лошадь загоните?

Она толкнула меня в предбанник и строго произнесла:

— Отмывайся. Я Тату с одеждой пришлю и Яру о вашем поведении скажу.

Продолжая бурчать, она двинулась прочь. А я привалилась к стене и застонала.

Что это сейчас было? Почему я не могла пошевелиться? Почему сейчас мое тело горит, а руки трясутся?

В предбанник вошла Тата. Заметив меня, сидящую на полу, она спешно подбежала ближе и тронула меня за плечо. Прислужница переживала за меня. Она хотела помочь, но я резко оттолкнула ее руку.

— Я мыться пойду. Выйди, — приказала женщине.

Мне было страшно из-за неизвестных эмоций и странного состояния тела. Спросить у Ярослава не смогу - стыдно. А больше не у кого. И именно сейчас мне хочется увидеть маму. Она многое знает, и мне бы смогла помочь.

Вдруг, я заболела чем-то? Поэтому меня бросает то в жар, то в холод при виде Митора.

Завязывая на своей груди ткань, я начала замечать, что стоит мне вспомнить тело парня, как я начинаю задыхаться.

— Ты там скоро? — стукнул в дверь Ярослав.

— Иду, — спешно натягиваю на себя чистую рубашку.

Дядя высматривал своего старшего ученика. За завтраком его не было. Лишь когда меня посадили на коня, чтобы отправить в школу, мужчина появился во дворе. Весь мокрый, он восседал на своей лошади. Он с ненавистью смотрел на меня. Из-за его вмиг изменившегося отношения я ощутила себя камнем под ногами. Будто ему в сапог попала, а он пытается избавиться от меня. Морщится, кривится и ругается на помеху.

— Митор, не забудь. Мы с тобой в Висанию поплывём сегодня. Вещи собрал? На склад зайди и еще раз проверь все. Поторопи там всех, — отдал приказ Ярослав.

— Будет сделано, — отчеканил мужчина и, несмотря на меня, скрылся за калиткой.

— У вас ничего не случилось? — удивился дядя. — Он даже не посмотрел на тебя.

— Посмотрел, — буркнула я, глотая обиду.

А вот как именно посмотрел, лучше не говорить родственнику. Нельзя давать себе слабину, я ведь мальчик. Но почему-то рядом с Митором хочу быть девочкой.

Школа располагалась в деревянном здании. Возле нее располагалась конюшня. Рабочие уже поили лошадей, приехавших учеников. Во дворе было несколько небольших группок. В основном детей можно было разделить по возрасту и по одежде. Если в жилете или рубашке были голубые, синие или золотые нити, то мальчик относился к высшему сословию бояр. У детей торговцев были затейливые вышивки голубыми нитками, а у боярских очень много драгоценных нашивок, лент и даже пуговицы.

Моя одежда была простой по крою. Неказистая вышивка синими нитками на жилете говорила о достатке моего опекуна, но не о моем происхождении.

— Ты из дружинников? — ко мне подошла пара крепко сложенных ребят.

Они явно уже с рождения стали учиться держать в руках меч. Дай им полено, и они его голыми руками сломают. Судя по всему, они здесь одни из семей дружинников. И на них косятся все остальные ребята. Даже торговцы, которые в высший слой попали только благодаря тому, что им в первую очередь нужны иностранные языки.

— Мой отец — лучник, — не испугалась перед лицом двух богатырей. — Дядя — торговец из высших. Он боярин по делам с Иными царствами, княжествами.

— Значит, учится будешь? — скривился парень.

— А зачем сюда еще ходят? — удивили меня новые знакомые.

— Нам нужно писать научиться, — пожали они плечами и отошли.

Больше ко мне никто не подходил. Я даже в школу вошла одна.

Длинные столы и лавки стояли вдоль стен. А посередине было пусто, будто сцена для актеров. Когда мы расселись, в комнату вошел высокий мужчина с жидкой бородкой и с розгой в руках.

Вот и началось мое обучение.