Маша и Медведь

20 глава

Наступило тридцать первое декабря. Настя уехала домой к родителям. Звала меня с собой, но у малышки ещё не готовы все документы, да и маленькая она ещё для таких долгих катаний. Мне не хотелось ничего делать, я постоянно молилась о Мише и переживала за него. Как он, где он? Без документов, возможно, он ранен, кто его приютил? Мне казалось, что ещё чуть- чуть и я сойду с ума. Я каждую секунду думала о нём, я забила на учёбу, друзей, выполняла на автомате отработанные процедуры с дочкой, и больше меня не волновало ничего. Я постоянно заходила на сайты, куда мы разместили объявления о Мише. Всё было глухо как в танке. Я распечатала молитвы о пропавших и как мантру повторяла её. Ближе к вечеру приехали Мишины родители. Привезли мне баулы с подарками для внучки, мандарины, еду в судочках. Ириша спала, мы тихонечко прошли на кухню, папа включил чайник, мама разбирала пакеты, а я сидела в уголочке и молча, смотрела на них. Было заметно, как родители постарели за эти три недели. Папа полностью поседел, на маме лица нет. И при этом они держатся. Им легче они вдвоём. А я одна. Где же Миша? В сотый раз повторяла я.

Мама открыла холодильник. Надо же, а я совсем забыла, что его иногда нужно открывать. Я сама себе не готовила. Пила чай, чтобы молоко не пропало. Мне даже кусок хлеба в рот не лез. Как подумаю о том, что я тут что – то ем, а у бедного Мишки неизвестно есть хотя бы корочка хлеба или нет.

- Маша ты вообще, что ли с ума сошла?- строго спросила меня мама. – Мы когда уезжали с твоими родителями набили тебе полностью холодильник и морозилку. И что я вижу сейчас. Ты ничего совершенно не съела из этого. В гроб себя хочешь загнать или что? Ты о дочке хоть подумай. Неужели мне тебе нужно объяснять, как должна питаться кормящая женщина?

- Я ем,- буркнула я.

- Что ты сегодня ела?

- Чай.

- С чем?

- Просто чай. Мам да не могу я есть. Я как подумаю, что я ем, а Миша там голодный и неизвестно где. Не могу я так.

- Маша, а если бы он умер, ты что тоже бы в гроб вместе с ним легла?

- Он не умер. Он обязательно вернется. Я верю в это мам,- смахнула я не прошеные слёзы.

- Если ты веришь в это, так ты наоборот должна взять себя в руки и быть сильной. У тебя дочка маленькая, тебе есть ради кого жить. У тебя есть Мишино продолжение, ваша кровиночка. Это мы сына потеряли. У нас с папой остался только Тёмка и вы с Иришей. Нам что тоже нужно руки на себя наложить, и ждать Мишку? Маша жизнь продолжается. У тебя маленький ребёнок на руках, который в тебе очень нуждается. Верить, что Миша жив и вернётся домой, я не могу тебе запретить, сама только и живу благодаря этому, но и угаснуть тебе я тоже не дам. Знаешь, что мне сказал батюшка в церкви скорбеть не нужно ни в коем случае, от этого будет хуже и тебе и родным твоим и даже Мишке. На каком бы он свете не был на этом, или на небесах, ему от твоих страданий будет только хуже.

- Вы были в церкви?- спросила я.

- Да я стала ходить каждое воскресенье. И знаешь, мне стало легче. Я верю, что с Мишей всё хорошо, и он вернется домой.

- Мама спасибо вам. Я тоже думаю сходить. И Иришу причастить нужно, мы давно уже не ходили.

- Сходи Машенька. Обязательно. А сейчас садись кушать будем кормить тебя.

- А папа куда подевался? – спросила я, только сейчас обнаружив, что его нет в кухне.

- К Ирочке, наверное, пошёл, он тоже скучает и по ней и по Мишке. На прошлых выходных были у Артёма. Мне тяжело на него смотреть. Так и хочется назвать его Мишей.

- Как он?- тихо спросила я, сглотнув слёзы.

- Плохо. Плачет и ждёт Мишку. Говорит, что летом поедет искать его. Как то Света сказала ему, что возможно Миша умер, так он чуть ли не с кулаками кинулся на неё.

- Она что совсем с ума сошла такое ребёнку говорить? - недоумевая, спросила я.

- Видимо, но он после этого замкнулся. А мне сказал, что чувствует, что папа жив.

- Конечно, жив. Видите, и Тёма так чувствует. И мы найдём его.

- Конечно, найдём. Главное верить в это. И ждать, не смотря ни на что.

-Пойдемте, поищем папу,- предложила я.

Мы вошли в мою комнату и застали умилительную картину. Очень серьёзный и солидный мужчина позволял семимесячной девочке лупить себя и дёргать за нос, волосы, уши. При этом Ириша и дед веселились вместе, оба получали удовольствие. Увидев меня, Ира вмиг забыла о том, что минуту назад заливалась смехом и, хныча, протянула ко мне руки. Я взяла малышку и поцеловала мягкую щёчку. Родители с умилением смотрели на нас.

- Будешь кормить её?- спросила мама.

- Да сейчас пойдём варить кашку.

- Ты ввела прикорм уже?

- Да фрукты, овощи и вот каши.

- Я не видела коробки с кашей в кухне.

- Я сама варю, потом перемалываю. Немного сахара и Ириша ест. Так выходит намного дешевле, чем покупать порошковые каши.

- Раньше все так росли. И молоко тоже разрешалось с полугода, чем ещё было кормить ребёнка как не молочной кашей. Наваришь манки, ребёнок уплетает её за обе щёки, и ты знаешь, что он сытый. Манка, картофельное пюре, суп, яблоки всё. Если кому то доставалась баночка мясной консервы, то по чуть- чуть растягивали её.

- Да мама мне рассказывала тоже. А сейчас есть что хочешь. Брокколи, цветная капуста, кабачки, творожки, бананы. Кстати банан наше любимое блюдо. Мишка ещё смеялся, как она одним зубом пыталась грызть его. Пока я разминала ей его вилкой, он дал ей кусочек. А сейчас у неё уже четыре зуба и она обожает хлеб. Я пока варю ей еду, даю кусочек хлеба. Ест, а печенье кидает. Вот бы Мишка увидел её. Она так выросла за этот месяц. Сидит уже сама, совсем взрослая. Но я всё снимаю, чтобы потом показать Мише,- в горле стал ком, я не смогла больше говорить и просто подошла с дочей к окну.

- Маша, у тебя есть мы,- на моё плечо легла тяжёлая мужская рука. – Мы всегда тебя поддержим и поможем.