Маска

11. Сны и видения

На следующий день я периодически в нетерпении поглядывала на часы, ожидая Эллен. Она должна вот-вот приехать, чтобы мы с ней вместе пошли на Базу.

Когда раздался звонок в дверь, я подумала, что это моя кузина, и уже на ходу, бегая по прихожей, надевала куртку. Но на пороге стоял Пит. Взглянув на него, я поняла, что что-то случилось, и во мне внутри всё упало. Вчера же с Питом всё было хорошо! Уж не обманывал ли меня мой друг? Пит выглядел подавленным, нервным и бледным. Я быстро втащила друга за рукав к себе в дом и спросила:

— Ты с кем-то поссорился?

— Нет, но… ох, был близок к этому. С трудом сдержался, чтобы не наорать на Томми, хотя он, по сути, ничего не сделал, просто путался у меня под ногами и мешал делать уроки. Я плюнул на чёртовы уроки и решил зайти к тебе. Мне не даёт покоя видение, которое было у меня сегодня под утро.

— Видение? Пит, рассказывай! — потребовала я.

— Я думал, что всё прошло, но снова эта чёртова маска, и… видение было настолько ярким и запоминающимся. Я сначала подумал, что это сон, но там было всё очень отчётливо.

Пока Пит говорил, я усиленно думала, с чего нам начинать и как подступиться к его проблеме. То, что на Пита оказала влияние та призрачная сущность, которую он видел тогда вечером, уже очевидно, факт бил по глазам. Мой друг продолжил:

— Понимаешь, мне снилось, будто ночью я вышел из дома и зачем-то поехал в Музей Искусств. Причём я был в абсолютно полной уверенности, что я не сплю, а действительно туда еду. И вот я приезжаю, а там дверь открыта нараспашку, из неё льётся свет. И на пятом этаже тоже горит свет, а все остальные окна тёмные. Я вбегаю в музей. Вижу много народу. И все разодеты, как на карнавале. То есть все в масках, но в таких, обычных.

И тут ко мне кто-то подбегает в костюме дикаря, то есть голый и в набедренной повязке из листьев, и спрашивает: «Почему ты без маски? Ты же наш шаман! Надень маску!». И я побежал наверх, за маской, потому что понял сразу, о какой маске он говорит. А на лестнице стояли какие-то люди, больше похожие на статуи. Все белые, в белых одеждах, и все пели какую-то мрачную похоронную песню, реквием. И музыка раздавалась откуда-то.

Я побежал дальше. Третий этаж, четвёртый, пятый. А там народу уже никого. Сумерки, мрак кругом. И страшно. С каждой ступенькой всё страшнее и страшнее, а повернуть назад я не могу. То есть тут наступает такой момент, когда интересный захватывающий сон превращается в кошмар. Какая-то сила тянет меня всё выше и выше. Я добежал до пятого этажа и побежал прямо в тот зал, с Маской. Меня туда словно засосало, то есть ноги несли!

Я забежал в зал и увидел страшную картину. Стоя в дверях, я увидел, как какой-то парень в одежде уборщика попытался снять Маску. Вдруг она ожила и засмеялась. Из маски вышел человек, точнее, фантом, он был белый, прозрачный… он был очень похож на ту чёртову штуку, которая прошла через меня в зале. И этот человек-фантом подошёл к тому уборщику и сказал громовым голосом: «Верните моё лицо!» И потом этот призрак схватил рабочего за горло и полоснул чем-то острым тому по лицу. Я в тот момент увидел испуганные, молящие о помощи глаза уборщика — эта образина, призрак — было последнее, что он увидел перед смертью. Он упал, а призрак снова исчез, спрятался в ту Маску, втянулся туда. Вдруг всё затряслось, маска упала на пол со стены. А я оттуда убежал, а когда прибежал вниз, уже был день, и я увидел полицейских. И тут я проснулся.

По мере того, как Пит рассказывал, его голос становился всё более эмоциональным и возбуждённым. Как, впрочем, и я. Снова эта маска! Почему же она влияет на Пита? Но, оказывается, это было ещё не всё. Немного отдохнув от монолога, Пит довершил:

— Но самое страшное — мой угол зрения, то есть то, как я видел этого уборщика. Мои глаза были глазами этого призрака, и… мне кажется, что его убил и полоснул по лицу я.

А также я поразилась тому, насколько Пит точно и ярко всё описал.

— Говоришь, там были полицейские? В конце твоего сна? — спросила я в нетерпении.

— Да, машины, кордоны, люди в форме, но это было мимолётное видение, одну секунду до пробуждения.

— А Барта Бигсона ты там не видел?

— Барта Бигсона?! — Пит округлил глаза. — Причём тут Барт Бигсон?

— Не при чём. Пит, сейчас дождёмся Эллен и пойдём на базу. Кажется, у нас появилась неоднозначная проблема. С тобой, с маской, с музеем, с убийствами и с древними расками.

Эллен приехала весьма скоро, и мы отправились на Базу. База ТДВГ находится в доме номер восемнадцать в квартале Хороший Путь, в огромном четырёхэтажном частном доме, который принадлежит богатой вдове мафиози Лонде Эрелсон. Там мы застали нашего босса-координатора Аманду Беллок. Обычно она давала нам различные секретные задания. Сейчас задание нашли мы себе сами. Моя кузина первая обратилась к Аманде:

— Привет. Барт Бигсон что-нибудь оставлял по делу, которое произошло вчера в Музее?

— В Музее? А что за дело? Может, вы объясните, наконец, что происходит? — Пит был очень удивлён.

— Подожди, — одёрнула его я.

Аманда подняла на нас свои умные проницательные глаза.

— Ага. Значит, вы тоже в курсе. Действительно, нечто аномальное случилось в Музее Искусств вчера ночью. Умер уборщик, но его тело нашли не сразу.

Пит побледнел и пошатнулся от потрясения. Эллен схватила его за руку:

— Что с тобой?

— Мне приснился сон. Вещий сон, про смерть уборщика! — выпалил Пит.

— Ого… — проговорила моя кузина.

Пит очень возбудился. Аманда недоумённо смотрела на нас. И тут мы услышали голос Элджи. Она разрулила эту ситуацию:

— Ребята! У меня есть для вас интересные новости.

Элджи подошла к нам.

— Пойдёмте поговорим. Аманда, я их забираю, в мою расследующую группу, — объяснила скульпторша.

Когда мы оказались в переговорной, Пит выглядел затравленным и недоумевающим:

— Мне снилось, что умер уборщик. И он умер… Выходит, я его убил?