Маска. История Меллисы де Бриз

20.

Многие знатные красавицы полюбили в последнее время гулять вечером по городу, нацепив полумаску. Если уж им хотелось действительно острых ощущений, Меллиса могла обеспечить их, как никто другой. А улов нескольких перстней и бриллиантового колье позволял ей надолго чувствовать себя состоятельной. Ведь воровские притоны, комнаты, сдающиеся тёмным личностям, кабаки и подвалы существуют не только для того, чтобы встречаться там по работе. В них жили. И можно вести пристойную благоустроенную жизнь с полным пансионом, если хватает денег.

И только полиция, не довольствуясь данью, которую ей платили, время от времени врывалась в спокойный налаженный быт, добавляя лишние проценты "вредности" старинному ремеслу разбоя. Полиция постоянно нарушала договоры и от нее никогда не знали, чего ожидать. Хуже того, личная гвардия нового кардинала считала своим долгом и вмешиваться в дела полиции, и заменять ее.

— Братья! — ораторствовал неподалёку от Рынка Кабанья Башка — первый головорез и бретёр квартала Монмартр*. — В городе слишком много военных, это добром не кончится! Когда издаётся указ, запрещающий дуэли, мужчины в форме становятся просто сумасшедшими. Я не ручаюсь за будущее каждого из вас, братья мои, если мы не примем ответных мер!

Толпа собравшихся на совет представителей парижского "дна" волновалась, как кипящий котел.

— Король знает, что делает! — откликнулся Франт, вор из Латинского квартала*. — Лишившись возможности драться между собой, все, кто носит шпагу, кинутся на нас. Таким образом, министры думают покончить с преступностью.

Франт всегда гордился своими познаниями в политике. На почве драгоценных камней и золота он был знаком со многими куртизанками, которые не только всё знали о мыслях государственных мужей, но даже иногда прокладывали путь этим мыслям.

— Горячка лечится кровопусканием, — сказал очень пожилой мошенник Ромбен. И прибавил что-то по-латыни.

В прошлом мэтр Ромбен был доктором и если бы не его страсть к костям (не скелетным, а игральным), возможно, доктором бы и остался.

— Кабанья Башка сто раз прав, — произнёс доктор Ромбен, — в городе чересчур много военных. Им нужен враг, и если его нет снаружи, его ищут внутри, прямо в ночном Париже. Франция живёт слишком мирно, раз у полиции хватает времени и сил на нас, грешных.

— Братья! — воскликнул Кабанья Башка. — Я услышал мудрую мысль! Пусть кто-нибудь посмеет не согласиться с мэтром Ромбеном! Завтра же мы напишем донос об очередном заговоре против его высокопреосвященства и…

— Я не согласна! — подала голос Меллиса. Она стояла рядом, едва доставая бандиту до локтя.

— Что-что? — скривился Кабанья Башка, словно его раздражал писк надоедливого комара, и посмотрел вниз: — Не расслышал?

Меллиса скорчила гримасу, яснее слов объяснявшую его отношение к подобным спектаклям.

Кабанья Башка слез с пустой перевёрнутой бочки, на которой сидел, подхватил девчонку за талию и поставил на дно бочки как на трибуну. Они с Меллисой были друзьями. Девочка часто помогала ему даже бесплатно.

— Говори, Маленькая герцогиня.

— Ты, Кабанья Башка, слишком спешишь, — глядя вниз, заявила Меллиса. — Если бы ты мог связать на бумаге два слова так же ловко и без ошибок, как вертишь клинком, я бы не волновалась. К тому же, — она подняла голову, — кардинала нельзя считать дураком! За это сажают! И даже вешают. Если нам поможет заговор, значит, его найти, а не выдумывать. Одна улика даст им работы на месяц, а наш донос они раскусят за три часа или, максимум, за ночь. Вот, что я говорю. А в остальном, господа правы — да здравствует заговор!

Всё собрание завопило "да здравствует!"

Франт обещал раскопать подлинные имена заговорщиков. Мэтр Ромбен, вспомнив о своих связях, отправился к знакомым алхимикам и аптекарям, выяснять, как нынче обстоят дела с ядом: кто и для кого приобретал зелья в высшем свете.

Такая забота о благе государства позволила грабителям и мошенникам спокойно дожить до новой зимы.

.

* Монмартр (Montmartre) — "Гора мучеников" (франц) — место казни ранних христиан. Холм на севере Парижа и одноимённый квартал. Позже, название района.

* Латинский квартал — "студенческий городок" Парижа на левом берегу Сены, где с XIII в. располагался Парижский университет.