Маска. История Меллисы де Бриз

67.

Меллиса знала также, что по вечерам маркиза очень часто не бывает дома, иногда всю ночь, но женщины у него в гостях появляются "раз в столетие". Дочки у мадам Жоранс — "дылды" по ее же любящей характеристике, но моложе Меллисы: четырнадцать и пятнадцать лет. Ничего интересного в их знакомстве с маркизом нет и быть не может: он девиц не замечает, кроме обычных слов вежливости и невинных шуток, которые взрослые позволяют себе с робкими, застенчивыми, но милыми детьми. Сами девицы с маркизом разговаривают только когда сестры вдвоём — поодиночке стесняются и убегают.

Меллиса знала, что никто не должен помешать беседе. Неизвестно, будет ли маркиз рад ее видеть, да и ситуация получается скандальная: молодая девушка едет без приглашения в гости к молодому мужчине, с которым она познакомилась лишь накануне. Но место, в котором состоялось знакомство, само по себе располагает к скандалам, а на светские условности Меллисе было плевать.

Экипаж доставил ее к порогу старого, но очень добротного дома, принадлежащего зажиточным горожанам. Вероятно, отец и дед мэтра Жоранса также пользовались расположением знатных особ и поставляли мебель в дома многих богатых и славных фамилий, не обходя вниманием и королевский двор.

Не чувствуя никакого смущения или страха, Меллиса взялась за дверной молоток.

Ей открыл высокий старик в ливрее тёмно-коричневого цвета. Меллиса была совершенно уверена, что это и есть мэтр Дюфор — дворецкий, камердинер и вообще верный слуга маркиза, знавший его с детских лет, живший прежде в замке отца де Валлюра и сопровождавший его беспутного сына во всех заграничных поездках. Меллиса и раньше подумала, что Дюфор — "верный пёс", и ни о каком подкупе не может быть и речи. Теперь, увидев старого слугу воочию, она окончательно убедилась в этом.

Настроение Меллисы отнюдь не испортилось, она любезно попросила доложить, что прибыла графиня де Граньоль. Соизволит ли его сиятельство принять ее в своём доме?

Меллису очень скоро и так же любезно пригласили в кабинет, где Валлюр ждал ее. Поднялся навстречу графине с полукруглого дивана и отложил книгу.

"Ага, голубчик, значит, тебе есть что скрывать, — злорадно подумала Меллиса, проходя мимо массивного дубового бюро с лежащими на нём письменными принадлежностями, — иначе ты остался бы сидеть там, где был только что, то есть у письменного стола. И не пытался изображать скучающего бездельника. Ну, держись, я пришла за твоей душой и не отступлюсь!"

— Ах, как я рада вас видеть при дневном свете, маркиз!

— Я счастлив вашим вниманием, графиня! Для меня большая честь принимать вас в моем скромном жилище.

"Не в таком уж и скромном", — раздражённо подумала Меллиса, продолжая улыбаться и расточать светские любезности.

"Что ей надо? — думал маркиз, и в его глазах застыло настороженное выражение, несмотря на весьма радушный приём, который оказывал Валлюр своей гостье. — Чувствую, эта маленькая ведьма принесёт мне огромные неприятности…"

— Вас удивил мой визит? — кокетливо спросила Меллиса.

— Нет, обрадовал. Я рассчитывал встретиться с вами вновь, но не…

— Не предполагали, что так быстро, не так ли?

— Честно говоря, да, — смущённо признался маркиз.

В этот момент дверь в кабинет закрылась. Молодой человек и молодая девушка остались наедине.

На лицо де Валлюра опустилась тень, улыбку словно погасили.

— Чему обязан?

Меллиса тоже позволила своему лицу принять настоящее выражение, без притворства: в улыбку проник яд, глаза заблестели холодом.

— Мне было интересно узнать, как вы живете, господин де Валлюр.

— Откуда такой интерес?

— У женщин бывают причуды, — ответила Меллиса.

Маркиз пригласил ее присесть на диван. Они сели в разных углах, вполоборота друг к другу. Маркиз отодвинул книгу в сторону, потом взял ее, закрыл и переместил на столик за своей спиной. Меллису кольнула неясная тревога. Та же, что вчера заставила напряжённо рассматривать перстень Валлюра и его руку.

"Где и когда?.. Ведь не встречались же мы в Парижском университете", — думала Меллиса и хмурилась, пытаясь понять.

Валлюр опустил глаза.

— Я действительно польщён оказанной мне великой честью, — тихо проговорил он, — но вынужден сказать вам очередную грубость, мадемуазель. Я не верю, что лишь любопытство послужило причиной…

— Моему вторжению? — засмеялась Меллиса. — Боюсь, вы ошиблись, месье. Любопытство меня погубит, я совершенно уверена и смело признаюсь в том. Только это чувство, ни что другое, свело меня и Лоранс; только ему я обязана знакомством с вами, дорогой маркиз. Я считаю его серьёзной причиной для визита к незнакомому господину. Но если вы не считаете это возможным, я немедленно ухожу.

— Вы вольны в своих поступках, графиня, — ответил Валлюр и, выдержав несколько вызывающую паузу, мол, уходите, раз собирались, не смею вас задерживать, мадемуазель! — всё-таки добавил: — Но беру на себя смелость просить вас остаться в гостях. Мне, право же, не меньше вашего любопытно узнать, что вы мне скажете?

— Я хочу предостеречь вас.

— От чего?

— Вы вчера были неосторожны в словах, маркиз. Поскольку в салоне Лоранс не ведётся речей о политике, я невольно заметила нарушителя…