Маска. История Меллисы де Бриз

82.

— Никак не могу понять, — сказала Меллиса. — Покровители покровителями, но неужели он способен был вызвать на дуэль…

— Можешь не сомневаться, — твёрдо сказала Лоранс. — Я не думаю, будто случай с дуэлью происходил в действительности, это всего лишь слухи, но ОН — способен.

— Тем хуже, — проворчала Меллиса. — Я всё-таки считала маркиза более умным. А что ты говорила, будто он уже скрылся куда-то из Англии… нет?

— Куда он может деться, — возразила Лоранс. — Маркиз сейчас в Ньюгейте, в тюрьме.

— Из-за чего?

— Долги. Но, по-моему, долговая тюрьма для него сейчас лучшее укрытие. Не удивлюсь, если Валлюр очень постарался, даже, возможно заплатил немалую сумму, желая попасть туда.

— Зачем ему понадобилось скрываться в тюрьме?

— Правильно будет спросить "от кого", а не "зачем". Я ведь уже говорила, что Валлюр вмешался в дела наших людей. А тайна дипломатической переписки стран, ведущих войну… За ним еще тянется шлейф "дела Шале" и, вероятно, случались серьёзные встречи, грозящие последствиями…

— Покушения, — уточнила Меллиса.

Лоранс возразила, что нет, обдуманных покушений пока не было, иначе она бы знала.

— Но сейчас Валлюр почёл за благо временно выйти из игры на несколько недель или месяцев. И правильно сделал.

— Учитывая размеры его долгов, — вставила с усмешкой Меллиса, — ему грозит пожизненное заключение. Но не думаю, чтобы у маркиза были подобные планы. Ему, вероятно, организовали роскошную и спокойную жизнь в заключении, так что не рассчитывай, будто я стану его жалеть!

— Я не рассчитываю, — в тон ей ответила Лоранс. И вдруг стала серьёзной. — Я рассказала тебе все новости для того, чтобы предупредить тебя.

— О чём?

— Будь умницей во время моего отсутствия. Из-за забот с письмами ты точно будешь несколько раз встречаться с мадам Шаро и, конечно, будешь вынуждена выслушивать английские дворцовые сплетни. Так вот, пожалуйста, не говори с "вдовой" на эту тему. О нашем друге.

— У тебя могут быть неприятности? — Меллиса, кажется, впервые сообразила, что и она, и Лоранс не вольны, в общем-то, в своих симпатиях, поступках и связях.

Подруга успокоила ее.

— Нет, дитя мое. Монсеньор кардинал смотрит сквозь пальцы на наше мелкое самоуправство, ибо он знает о моем добром сердце. Если бы Валлюр действительно нарушил планы Монсеньора (нет, это еще полбеды), если бы и вправду вызвал на себя нешуточный гнев кардинала, тогда никто не мог бы его спасти. Но мадам Шаро не надо об этом знать. Она мне подруга, но она — "вдова", а я — "маска", — подвела итог Лоранс.

Меллиса понимающе кивнула. Лоранс ласково потрепала ее по щеке:

— Умница. Думаю, ты устоишь перед искушением.

— Кабы Еву вовремя предупредили, и она бы то яблоко не взяла! — хмыкнула Меллиса.

— Значит, я могу на тебя рассчитывать. Всё помнишь? Деньги на запросы "масок" высылай без задержки. Важные письма отдавай маркизе Шаро. А самые важные… пусть ждут меня.

— Лоранс, а если в "самом важном" письме требуют немедленного ответа, как быть?

— Оставить для меня, — повторила Лоранс. — Мои девочки, не получив ответа, имеют возможность и право решать всё сами, по обстоятельствам. Даже если возможна ошибка, лучше пусть она зависит от них, чем от наставницы другой группы.

— Хорошо. А если твоя помощь всё-таки необходима? Мне, например. Или… Монсеньору?

— Если тебе, высылай гонца с письмом на почтовую станцию, чтобы перехватил нас в дороге. Тебе принесут подробное расписание, где и когда мы должны проезжать, в какой день, время… Только будь осторожна с этим документом, пожалуйста.

Меллиса обиделась. По крайней мере, дала понять, что она смертельно обижена. Лоранс поцеловала ее в лоб, еще раз сказала, чтобы Меллисс была умницей и уехала. Меллиса даже не знала, куда. Только получив вечером (с гонцом из Пале-Рояля) конверт, в котором находился план путешествия, Меллиса наконец могла точно представить, что Лоранс выехала в Неаполитанское королевство, опять по делам военной поддержки. В расписании значилось, что она должна по пути посетить Ватикан. В Риме предполагалась остановка всего на день, но, вероятно, там свершалось немаловажное, может, и самое важное из всех дел нынешней поездки. Меллиса могла только предполагать: цели Лоранс в Италии были известны ей весьма приблизительно. Обе подруги считали, что глубоко вникать в дела, которые их не касаются, совсем ни к чему. Если, конечно, дела эти не касаются заговора против Франции, тогда необходимо приложить все усилия, чтобы "вникнуть".