Маска из другого мира: Кровь на сцене

Глава 6. Загадки

– Слушай, это действительно такая мрачная история… – девушка понизила голос и, наклонившись, потянулась ко мне через стол. Я почувствовал стойкий аромат ее духов и постарался задержать их в себе, запомнить. Разрази меня Софокл, и о чем я сейчас только думаю?

– Так расскажи, – в этот момент в ресторанных колонках сменилась музыкальная композиция, и мои слова прозвучали слишком громко. На нас оглянулись другие гости, окидывая любопытными взглядами, а потом так же быстро вернулись к своим делам. Видимо, подумали, что это нетерпеливый влюбленный спешит услышать об ответных чувствах… Знали бы они, в чем подвох на самом деле!

– В общем, – начала Элечка, – ты знаешь, что театр в двадцатые годы закрыли. Официально, насколько я знаю, объявили борьбу с буржуазными излишествами, поэтому здание передали горсовету. А труппу сперва разогнали, потом вновь собрали, но уже в ДК. В том самом, где мы и играли до недавнего времени.

– Ну… – протянул я немного разочарованно. – В принципе, примерно так я и думал. Но после развала СССР уже три десятка лет прошло. Я понимаю, что при коммунизме влияние немного в другом проявлялось, но в те же девяностые можно было здание выкупить. Или я чего-то не знаю?

Девушка покрутила головой, словно бы беззаботно любуясь внутренним убранством ресторана, но я, как мне кажется, заметил, каким пристальным взглядом она скользила по каждому посетителю. Словно разведчик из ГРУ или ФСБ.

– На самом деле, Миша, и я знаю не так много, – вновь зашептала Элечка. – Знаю только, что был какой-то инцидент, погибли люди, и поэтому лавочку прикрыли, как говорит Артемий Викторович. Причем приказ явно был откуда-то с самого верха.

– От товарища Сталина? – спросил я без цели съязвить, но девушка почему-то восприняла мои слова как неуместную шутку.

– Может, и от него, – нахмурилась она. – Тебе смешно, Миша, а я, между прочим, серьезно. Думаешь, если бы Артемий Викторович мог получить театр раньше, он бы этого не сделал?

– Ладно, Эля, извини, – я примирительно выставил ладони вперед. – Просто, на мой взгляд, странность очевидна. Гм… – тут я хотел сказать «маски», но вовремя опомнился, что мы в общественном месте. – Такие возможности, а здание никак вернуть не могли почти сотню лет.

– Уверена, придет время, и Артемий Викторович нам все расскажет, – девушку эта тайна явно особо не волновала, или она просто так верила в нашего режиссера.

Нос Горация, а ведь я завидую – тоже хочу, чтобы кто-нибудь когда-нибудь мне так доверял. Впрочем, во мне таких чувств пока точно нет, зато есть желание разобраться в этом вопросе. Может быть, попросить Лариску поковырять архивы и что-то разнюхать? Эта-то со своим чутьем быстро найдет нужную информацию. Главное, чтобы она только особо ею не разбрасывалась, а то не хочется подставлять подругу под удар всяких кланов… Ну да с Лариской-то мы общий язык всегда найдем. Надо будет позвать ее на генеральный прогон, все равно ведь спектакли сдавать будем. Там и поговорим.

– И что, никто ничего не знает, почему театр простаивал? – видя, что Элечка не особо горит желанием развивать эту тему, я решил зайти с другой стороны.

– Ну, – задумалась девушка, – Глафира Степановна наверняка знает больше, ведь ее дед командовал тогда театром. Вернее руководил, конечно же… Но зачем тебе копаться в старых делах? Вряд ли они помогут тебе стать сильнее или чего-то добиться на сцене.

– Ты права, – я решил, что узнал достаточно. – Давай на самом деле обсудим что-то более важное. Например, сколько у тебя процентов маски и какая уникальная способность у Беатриче?

– У меня семь процентов, а уникальная способность – воительница, – гордо ответила Элечка. – Хорошо управляюсь с оружием и техникой. И это отдельный от концентрации бонус. А у тебя? Труффальдино же – слуга двух господ?

– Двойной агент, – как бы между прочим ответил я. Словно прогнозом погоды поделился.

– Интересно, – прищурилась девушка. – Любопытно, что дает…

– Я пока еще в процессе изучения, – я вздохнул про себя. Была надежда, что девушка может что-то знать и о способностях других масок, но увы. – Сама видела, я и с базовыми-то не особо поначалу разобрался.

– Ничего страшного! – улыбнулась Элечка и неожиданно погладила меня по руке. – Ты справишься! А мы поможем! Главное, не уходи с этого пути!

И вроде бы девушка сделала это совершенно искренне и под влиянием момента. Вот только у меня невольно всплыла в памяти сцена, как с ней перед уходом о чем-то говорил наш режиссер. И пусть мне очень хочется верить в изменение отношения ко мне со стороны нашей труппы, вот только я все равно не могу избавиться от ощущения, что все это спланировано. И разговор, чтобы я почувствовал себя обязанным за теплое отношение, и советы, и вот это касание рукой, чтобы роковая красотка Беатриче стала для меня звездой, способной удержать на новом пути.

Не самые приятные мысли, но таков я. Слишком часто жизнь меня била, чтобы я так легко начал верить в чудо, даже если меня начать им тыкать прямо в нос. Да и логично все. Наш же режиссер всерьез болеет за свой театр и немногочисленный клан, вот и обеспокоился моим возможным уходом. Хотя сейчас ему было нечего бояться – обвыкнув и успокоившись, я понял, что вселенная дает мне шанс. Странный, фантастический, пугающий и немного бредовый – но все-таки шанс, возможность круто изменить свою жизнь.

Не знаю, прав я сейчас в своих догадках или нет, но в любом случае играть собой втемную я позволять точно не хочу. И, возможно, странная тайна тверского академического как раз и поможет мне разобраться, что же тут на самом деле происходит…