Маскарад для Золушки

4. Злобные сводные сестры.

– То есть как это? – возмущенно вскрикнула Фенечка, спустя несколько дней, когда девушки вновь оказались в одной смене и у Златы была возможность рассказать все без лишних свидетелей подруге, пока они расставляли товары в отделе бытовой химии по распоряжению менеджеров.

– В смысле? – продолжила она негодовать, гневно сжимая упаковку с мягкой туалетной бумагой. – Это ведь твой проект.

– Мой, – безжизненно произнесла Злата. – Она этого не отрицает. Но с ее слов я только собрала и обработала материл, а сам проект коллективная заслуга.

– Ну да. Как же. Чья заслуга? Этой тупой овцы Самойловой? Или этого мачо, Алешеньки? Или этих двух куриц Стеллы и Виолы. Этих, этих…

Возмущенно зарычав Фенечка со всей дури швырнула упаковку туалетной бумаги на пол. Целлофан не выдержал такого агрессивного выпада и порвался. Один рулон выпал и покатил аккурат к ногам тихо подошедшей  Виолы.

– Феоктистова, – возмутилась менеджер. – Вычту из вашего жалованья.

– Да, пожалуйста, – пожала плечами Фенечка. – У меня как раз туалетная бумага дома закончилась. А вы объясните мне….

Злата взволнованно схватила коллегу за руку. Фенечка не признавала никаких авторитетов и могла высказать и Виоле, и Стелле, и Регине все, что о них думает. А Злата мысленно смирившись с положением дел,  не хотела терять хотя бы премию (Первую в ее жизни, к слову).

– Что вам не понятно, Феоктистова? – холодно поинтересовалась Виола, подходя и протягивая выпавший из разорванной упаковки рулон.

Злата умоляюще уставилась на подругу, и Фенечка изменила вопрос в последний момент.

– Почему все филиалы сети на день рождения компании приглашают одного ли двух сотрудников от супермаркета на большое торжество головного офиса, и только от нашего не пригласили?

Как истинный борец за права всех за всё во всем мире, Фенечка обладала гораздо большей информацией, нежели Злата и остальные.

– Что вы верите сплетням, Феоктистова? – рассердилась Виола.

– Каким сплетням? Я же работала до этого в другом филиале и вот у них в качестве поощрения приглашают отличившихся сотрудников.

– Видимо у нас нет отличившихся, – заметила Виола презрительно.

– Вы так думаете? – в тон ей отреагировала Фенечка. – А я слышала, что рыба гниет с головы, и если у нас в супермаркете нет хороших сотрудников, значит виновато в таком случае руководство.

Злата видела, как Виола еле сдерживается, чтобы не опуститься до уровня базарной бабы и мысленно улыбнулась.

– А так можно было бы пригласить, например Злату. Она такой проект сделала, да и поддержала бы Стеллу перед выступлением.

– Я подумаю над этим, и, разумеется, обсужу этот вопрос с Региной Леонидовной, – растеряно ответила Виола спеша удалиться.

– Фень, ну зачем? – взмолилась Злата. – Ты же знаешь, что будет только хуже.

– Злат, не нуди твой пессимизм настроения не прибавляет. А начальству даже полезно периодически напоминать о его прямых обязанностях. Пусть знают, а то устроили тут шоу одной звезды и ее ручных псов. Да, мы пролетарии, не белая кость, не голубая кровь, но мы тоже люди, тоже сотрудники этой компании.

– Броневика тебе не хватает, – усмехнулась Злата, убирая оставшийся товар на полку. – А зачем меня стала сватать? У нас в супермаркете, что других достойных сотрудников нет?

– Эх, дурья твоя башка. Златка, я из-за тебя этот разговор и завела. Скажи мне, все талантливые люди такие неуверенные в себе?

– Почему?

– Потому что только тебе одной не очевидно, что самый лучший сотрудник супермаркета – ты.

– Эх, твои бы слова, да Регине в уши.

– Зачем? Она и так понимает на ком тут всё держится, от того тебя и не отпускает. Не, я, конечно, тоже хотела бы побывать на корпоративе с главными боссами, но блин мне истина дороже. Веришь, Злат, вот прям до дрожи бесит, когда несправедливость вокруг.

Перекатив тележку, дальше девушки принялись раскладывать упаковки салфеток и бумажных полотенец.

– Алифирова! – звонко воскликнула Стелла.

– Да, Стелла Владимировна, – откликнулась Злата, вздрогнув, вдруг менеджер услышала отрывок их разговора.

– Ну, зачем же так официально, – кокетливо отреагировала начальница. – Можно просто Стелла. Как продвигается подготовка к защитной речи проекта?

– Продвигается, – коротко ответила Злата.

– Мне хотелось бы уже сегодня вечером увидеть текст, все-таки времени совсем нет на подготовку.

– Целая неделя впереди, – буркнула Фенечка.

– Вы что-то сказали, Феоктистова? – обратилась к ней Стелла.

– Я говорю, что если бы вы освободили от работы Злату, то к вечеру текст был бы готов. А так, только через два дня...

– Почему же, я могу вече… – заикнулась было злата, но Фенечка с такой силой стукнула ее локтем в живот, что та, согнувшись подпалам, умолкла  и нервно усмехнулась.

 – Я не могу освободить от работы, – сказала Стелла возмущенно. – Такими вопросами ведает только Регина Леонидовна.

– А, раз так, – скучающе заметила Фенечка, – тогда ждите.

Стелла собиралась уже уходить, как вернулась Виола.

– Я переговорила с Региной Леонидовной, – отдышавшись,  сказала менеджер. – Я и она сказала, что ты можешь пойти на корпоратив головного офиса от нашего супермаркета.

Фенечка аж подпрыгнула от удовольствия, и, схватив Злату за плечи, сказала:

 – Поздравляю! Вот видите, Стелла Владимировна, там, если что Златка вам и поможет.

Виола зависла на некоторое время и потом, немного замявшись, произнесла:

– Нет, ты неправильно поняла,  не Алифирова, а ты Феоктистова.

– В смысле я? – удивилась Фенечка, – но…

– Все вопросы к Регине Леонидовне, – подняв руки на уровне груди, произнесла Виола.

Злата и Фенечка понимающе переглянулись. Обе слишком хорошо знали сестер, чтобы пытаться им что-то противопоставить. Стелла приходилась Регине родной дочерью, Виола падчерицей по второму мужу, от того, наверное, менее уверенная в своих позициях, но не менее стервозна в общении с персоналом, особенно на глазах родственников. Девушки занимали руководящие посты в филиале, при этом каждая из них изо всех сил старались подражать матери, не обладая и толикой ее особого «таланта». В то время, как Багирова могла создать видимость своих трудовых заслуг, ее так называемые менеджеры, были вынуждены бегать к ней советоваться по каждой мелочи.