Мастер-гений: Начало

Глава 3. «Библиотека»

Войдя в библиотеку, Ратмир оказался в величественном круглом зале, который поражал своим удивительным убранством. Арочные проходы белого цвета огромных размеров, украшенные узорами в виде изящных лоз и вставками из разноцветных самоцветов, вели в другие части здания. Потолок очень реалистично изображал голубое небо с золотым солнцем по центру, едва видневшимися серебристыми звёздами и пушистыми облаками, плывущими по кругу. На стенах красовались изумительные фрески: светлые боги, облачённые в сияющие мантии, с книгами и свитками в руках, передавали людям свои величайшие знания и мудрость. Колонны располагались по кругу и поддерживали свод, покрытые барельефами бушующей непогоды: свирепыми вихрями, обильными дождями, яркими молниями и грозовыми тучами. Пол представлял взору сложную мозаику природных мотивов, выложенную плиткой всех оттенков зелёного цвета с золотыми завитками, и оживал на свету, мерцая ослепительными бликами. По периметру тянулись бережно покрытые глянцевым лаком скамейки из дерева с резными спинками, округлыми подлокотниками и мягкими сиденьями, обтянутыми молочной тканью. Посередине возвышался каменный постамент с толстой книгой, изящным пером и серебристой чернильницей специально для того, чтобы посетители могли написать на пустых страницах что-то своё.

Подросток остановился и стал решать, в какую сторону идти, задумчиво смотря то на один проход, то на другой. Наставник мог находиться в любой части внушительного здания, однако, скорее всего, ждал где-то в самом сердце, поэтому, немного поразмыслив, молодой человек пошёл именно туда. Ученик быстро миновал зал, прошёл через арку, находившуюся напротив входа в библиотеку, и уже спустя минуту шагал через огромный коридор, сканируя взглядом окружающее пространство.

Огромные коридоры поражали своей продуманностью в каждой детали и очарованием необычной отделки. Потолки с изумительными фресками, выполненные в ярких тонах, рассказывали о разных событиях из жизни города Белоозера: от мирных картин до великих сражений. Белые стены украшались декоративными элементами: пёстрыми самоцветами, круглыми колоннами с тончайшей резьбой, загадочными переплетениями из завитков и орнаментов. Полы представляли из себя геометрический рисунок из светлых и тёмных пород древесины, идеально отполированной и покрытой лаком, и играли медовыми отблесками. Старинные люстры из бронзы свисали с потолка на тонких цепях и распространяли приглушённое освещение, создавая повсюду таинственные рисунки из золотистого сияния и серых теней. Шкафы из благородного дуба, заставленные тысячами книг и свитков на любой вкус, высились с двух сторон, словно молчаливые хранители мудрости, покрытые лёгким слоем пыли. Для тех, кто хотел добраться до самых верхних полок, тут и там располагались прочные лестницы из ольхи с изогнутыми поручнями и маленькими колёсиками для удобства перемещения. Диванчики и кресла с мягкой обивкой и подушками находились в некоторых уголках залов, приглашая посетителей отдохнуть наедине с увлекательными страницами книг и своими размышлениями.

«И почему нельзя было поконкретнее указать место встречи? Библиотека же просто огромна!» — с лёгкой досадой подумал изобретатель, которому уже не в первый раз приходилось очень долго искать учителя.

Мастер шёл и с благоговением осматривал всё вокруг, точно так же, как и в первый свой визит сюда. Только в тот раз для совсем маленького Ратмира всё казалось слишком необыкновенным и сказочным, пронизанным ощущением спокойствия, тайны, некоего волшебства, глубокой древности и чего-то вечного. В общем-то, именно из-за всех этих ощущений мальчик когда-то и полюбил это место всей душой, даже тогда ещё полностью не осознавая всего значения величественного храма знаний и мудрости.

«Столько времени прошло, и многое изменилось с моего первого посещения библиотеки, а здесь всё осталось по-прежнему… Ничего так и не изменилось», — промелькнула мысль в голове подростка.

С тех пор юный гений много раз посещал библиотеку, наслаждаясь её особой атмосферой, однако всё равно побывал далеко не во всех её уголках. Дело было даже не во внушительном размере древней постройки, внутри которой ещё к тому же располагался настоящий лабиринт из залов, переходов и бесконечных книжных стеллажей. Основная причина крылась в другом обстоятельстве: в некоторые части порой попасть представлялось весьма проблематично, даже с высшим доступом. Ведь здесь, на втором этаже, располагались особые секции, открытые ограниченному кругу лиц, а также где-то скрывались потайные залы, про которые все знали, но редко кто пытался туда попасть.

«Интересно, сколько же неразгаданных тайн хранит библиотека?» — подумал юный гений, с необъяснимым трепетом скользя взглядом по каждой детали величественных залов.

Ратмир не раз пытался найти хотя бы один скрытый проход, надеясь, что тот приведёт к чему-то ценному, вроде древних знаний. Молодой человек время от времени искал подсказки и скрытые механизмы, тщательно изучая разные детали внутреннего убранства и тексты старинных книг. Правда, каждый раз исследователя постигала неудача: библиотека упорно упрямилась и всё никак не желала раскрывать свои самые сокровенные секреты, словно зачем-то испытывала. Вероятно, строители прошлого слишком уж хорошо потрудились, спрятав от глаз непосвящённых потайные комнаты, что сделало нахождение этих помещений практически невозможным. Впрочем, умелец нисколько не сдавался, и очередное отсутствие результата лишь подогревало его интерес, заставляя неизменно возвращаться к поискам с ещё большим энтузиазмом.

Вдруг на пути изобретатель встретил мужчину средних лет невысокого роста, который казался частью окружающего пространства. Круглое лицо с мягкими, но чёткими чертами и небольшими морщинками у переносицы выглядело немного задумчивым — казалось, это было естественное выражение мимики. Серые глаза сияли дружелюбием, некой учёностью и глубокой мудростью, отражая сложную натуру, находящуюся на стыке привычного земного и чего-то возвышенного. Светло-русые волосы доходили до плеча, слегка завиваясь на концах, и выглядели вполне ухоженно, но без идеальной аккуратности, поблёскивая золотистыми оттенками на свету. Короткая борода, бережно подстриженная, обрамляла часть лица и подчёркивала скулы и линию подбородка, добавляя выразительности и собранного достоинства. Длинные одеяния с едва заметными серебристыми узорами окутывали фигуру мягкими волнами белой ткани, грациозно струясь при каждом движении, что придавало облику почти эфемерный вид.