Мастер теней и его пленница

Глава 1

У него ледяные пальцы и душа, сотканная из мрака. Меня похитил мрачный эльф-шпион, чтобы спасти свой народ от вырождения. Но вместо покорной пленницы он получил бунтарку, которая будит в нём самые тёмные инстинкты. И однажды против него восстают даже собственные Тени.

Когда Светлый Принц начинает охоту за легендарным Подземьем, способным изменить судьбу всех Дворов, выясняется: только я могу открыть к нему путь. Теперь эльфу придётся любой ценой доставить меня туда раньше своего самого опасного врага.

В тексте есть:

🖤 От врагов к возлюбленным

🖤 Похищение и вынужденная близость

🖤 Одна кровать на двоих

🖤 Связывание душ и ментальная связь

🖤 «Тронь её — и умрёшь»

🖤 Перевернутая власть (Она думает, что в плену, но это он у её ног)

🖤 Магические Тени, живущие своей жизнью

🖤 Живые тени героя

🖤 Магия Чаши Праматери

---------------------------------------------------------------------------

Дэвиан. Мастер Теней

Три ночи я стоял в чужом мире и смотрел на её окно.

Девяносто одну я отпустил.

У этой в кулаке зажаты ключи от квартиры, куда она больше не вернётся. Сегодня я её забираю.

В этом мире преступно много света. Он висит над улицей белыми полосами, противно гудит в стеклянных трубках, расползается по мокрому асфальту тошнотворно-жёлтыми пятнами. Люди бредут сквозь это сияние, оставаясь слепыми. Они не видят даже того, что творится у них под ногами. Что уж говорить о тенях.

Я сливаюсь со стеной. Жду.

Она возникает в конце улицы без четверти два. Тяжёлая сумка тянет плечо, из бумажного стакана в морозный воздух поднимается пар, а в кулаке звенят ключи. Которые она, разумеется, роняет.

Ругается вслух, зло и подробно, поднимает и идёт дальше.

Моя магия тянется к ней сама. Она делает это тихо, как делает всё, что я ей приказываю, — только приказа я сейчас не отдавал. Тьма у моих ног пробует воздух в её сторону и находит там что-то своё.

Тепло. Запах тёплого молока, мёда и земли после дождя. У людей такого запаха быть не должно.

Это злит. И заставляет кровь петь.

Четыре месяца, девяносто одно имя, и каждое я проверил лично: пульс, кожу, кровь под лунным ножом. Каждая оказалась пустой.

Всякий раз я возвращался с одним словом для того, кто ждёт ответа.

Она — девяносто вторая. Последняя в списке. И она подходит.

Тень отрывается от моего сапога. Бросок. Полоса уличного света мигает и гаснет, а тьма уже обвивает её щиколотку. Холодное, жадное щупальце.

Девушка останавливается прямо посреди тротуара. Смотрит вниз, где мрак лижет её ботинок. Хмурится.

Я призываю тень обратно. Она ползёт ко мне с неохотой хищника, которого оттащили от лакомства.

Терпение — добродетель, которую я взрастил века назад.

Девушка пожимает плечами и сворачивает во двор. Туда, где фонари не достают. Где темнее. Где её никто не увидит.

Кроме меня.

Я иду за ней.

***

Ева (Авелин)

Без четверти два улица принадлежит мне одной. До дома пять минут, там ждут кровать и четыре часа сна — за оба пункта я готова убить.

Сумка сползает с плеча каждые двадцать шагов. Я подтягиваю её и иду дальше.

Внутри — ноутбук с треснувшим углом, зарядка, работающая исключительно по настроению, и папка с макетами. Четыре раза я их переделывала. Четыре. Заказчик сказал: «Сделайте посвежее». Я спросила, что значит «посвежее». Он ответил: «Ну вы же дизайнер». За такие ответы надо брать двойную ставку.

Улица пустая. Витрины погашены, из вентиляции пекарни тянет тёплым воздухом, пахнет дрожжами и ванилью. А я так устала.

Осталось совсем недолго, если срезать через двор.

Фонарь надо мной гудит и мигает.

Опускаю глаза и вижу: с тенью что-то не то. Останавливаюсь. Смотрю на фонарь ещё раз. Потом на тень. Потом снова на фонарь.

Свет падает справа. Значит, тень обязана лежать слева от него — то есть с другой стороны. А она лежит там, где ей быть незачем.

Делаю шаг назад. Тень стоит на месте.

Первая мысль — про второй фонарь, витрину, фары проезжающей машины. Оборачиваюсь, проверяю всю улицу. Один фонарь. Одна я. Больше никого.

Что за ерунда.

Надо скорее на боковую. Я работала девятнадцать часов и выпила столько кофе, что дрожат руки. Мозг устал и врёт. Это единственное объяснение, которое я готова принять. Галлюцинации от переутомления — классика жанра.

Иду дальше.

Тень идёт за мной с задержкой.

Через двадцать шагов она обгоняет меня.

Вытягивается вперёд, к следующему фонарю, — тонкая, длинная, края расплываются. Потом поворачивает. Кончик её ложится поперёк дороги и перекрывает мне путь.

Я стою посреди пустой улицы. В одной руке кофе, в другой — ключи. И не понимаю, что за ерунда происходит.

Спешу во двор. Остаётся сорок метров до подъезда. Ключи зажаты в кулаке остриём наружу — этому меня научили в четырнадцать, когда я впервые пошла домой одна.

Свет гаснет.

И тут происходит невероятное…

Рука ложится мне на рот. Холодная рука. А вторая перехватывает поперёк талии и прижимает к чему-то твёрдому.