Мастерская Ореховой Сони: рецепты хорошего настроения

4. Коттедж «Скорлупка»

.

Дом Ореховой Сони, со дня своей реконструкции назывался коттедж «Скорлупка». И делился на четыре равно значимые части. Кухня, жилая часть дома, мастерская и сухой холодный подвал, в котором отлично хранились все продукты.

Допив чай и убрав готовое печенье в шкафчик, Соня пошла в мастерскую.

До чаепития ещё далеко, сейчас время обычных дневных дел. Пятеро помощников бесшумно бежали следом за хозяйкой. Летяга, выпив свежее перепелиное яичко, восстановила силы и поскакала дальше с крыши на крышу — оповещать соседей.

По пути Соня проверила, как созревает чай из листьев грецкого ореха. Открывала каждую банку, плотно набитую листьями и ловила приятный аромат с нотками шоколада, сообщающий о стадии ферментации.

Листья, уже потемневшие до горько-шоколадного оттенка и дозревшие до сильного, совсем не йодистого и не травяного аромата, она высыпала из банок ровным слоем на ряды сеток для просушки. Зелеными, недавно собранными листьями, когда они уже слегка подвялились на воздухе, Соня, напротив, плотно набивала банки и закрывала, оставляя чай созревать на сутки, а иногда и несколько дней. Ферменты в листьях сами извлекали все полезные вещества, которые не мог растворить даже кипяток. Обычная алхимия!

После ферментации — только полностью просушить листья в духовке до звонкого хруста и растереть. И чай готов! В зависимости от сильной или слабой температуры обжарки, он получится черным или зеленым. Сама Соня предпочитала зеленый чай из молодых листьев грецкого ореха, но готовила самые разные сорта для угощения.

В мастерской Соня привычно обошла отцовский уголок, царство механики, дедовский токарный станок и верстак, стоящий тут задолго до ее рождения, скользнула взглядом по нише в стене с маминой швейной машинкой… И села за столик со своей маленькой алхимической лабораторией.

В разные годы мастера из ее семьи создавали тут удивительные непохожие вещи. Теперь Соня — наследница этого богатства и использует всё здесь по-своему. Но главное, ничто не стоит без дела.

Растирая в ступке твердое кокосовое масло, чтобы сделать питательный крем для кожи лица, добавляя в него по капле вытяжку из волшебного ореха — гамамелиса, который ещё называют «ведьмин орех», Соня украдкой косилась на другой бок печи, торчащий из стены мастерской. Кухонная духовка и вакуумный горячий пресс в мастерской — две стороны одной медали. То же самое изобретение Сониного отца, только с этой стороны духовка работает иначе.

Тревожный комарик продолжал зудеть в виске и пробивался сквозь привычные действия:

«Но ведь этого просто не может быть! Если сбились настройки у печки, тогда можно предположить, что по всей защитной магии Талисманска прошла какая-то аномалия. Надеюсь, временная. Нет, нет, это слишком серьезное предположение для двух чуть подгоревших ореховых коржиков… Нереально. Но что-то всё-таки произошло! И я это выясню! Вот только сейчас не время думать о неудачах, нужно считать капли… Пять… семь… девять… Нужно ровно тринадцать».

— Эй, бандиты! Принесите мне коробочки для крема, упаковку, ленты и ещё один волшебный орех!

Помощники пушистыми искрами разбежались по полкам.

Естественно, Глис подрался с Элиоми за право нести волшебный орех… и в этот раз «благородно уступил девочке», как оценила это Соня. На самом деле, крупная садовая сонька просто оказалась проворнее полчка. Но Соня громко похвалила предводителя и почесала за ушком, сгладив горечь проигрыша.

Гамамелис похож на помесь репейника с желудем. У него четырехгранные створки, словно окошечко, поросшее зеленым жестким мхом. Волшебным или ведьминым орехом этот плод прозвали за то, что цветет его куст в одном году, а плоды созревают только через год. И никто никогда не помнит, откуда они взялись на ветках? Да и вид странный. Плод словно слеплен из репейника нарочно.

Но в косметике волшебный орех и правда творит чудеса с кожей.

Соня почистила гамамелис, бросила в стеклянную колбу, залила особым раствором, точный состав которого занимал половину листа в старой тетради рецептов, и плотно закрыла, делать новую вытяжку. А пока использовала готовый экстракт, строго отмеряя по каплям. Каждую порцию крема она растирала вручную и ровно столько, чтобы хватило наполнить одну круглую баночку. Сверяясь с заказом, добавляла в крем основу — кокосовое масло, ароматы, вытяжку из волшебного ореха, секретные ингредиенты, и сразу подписывала и упаковывала готовую банку.

Соня работала точно, «как в аптеке». Но косметические заказы и смешивались подобно лекарствам, каждому — по особому рецепту. То есть, рецепт общий, но Соня не могла объяснить, почему в крем для наследницы из коттеджа «Айва» нужно добавить больше лимонной цедры тонкого помола, а в крем для жены мэра Талисманска непременно добавляется три капли эфирного масла лимонной мяты, никак иначе! Она просто чувствовала индивидуальность каждого заказа. Это как стихи, когда пишешь к празднику личное посвящение добрым приятелям.

Ряды открытых белых баночек сменялись коричневыми пергаментными упаковками с бантиком и этикеткой, где подписано — чей заказ. Помощники ловко приносили всё, нужное для крема, Соня растирала нежную массу в мраморной ступке, постоянно отгоняя «бандитов», сующих туда свои любопытные носы.

— Хватит, знаете ведь, что это несъедобный крем! И что, что вкусно пахнет? На вкус он жгучий, а для вас — ядовитый! Нет, я не шучу. Вот этот — для смягчения кожи, а этот для отбеливания веснушек. А этот, чтобы убирать морщины под глазами. Это вы у меня безупречная команда, а людям не так повезло в жизни, у них даже нет пушистых хвостов! Людям нужна косметика!