Мать последнего дракона. Попаданка

Глава 5. МАГ

Вынув из металлического держателя на стене факел, Эрик отодвинул меня, не церемонясь, схватил за кисть и снова потянул за собой.

- О чем говорил этот оборванец? – спросила я его, не забывая смотреть под ноги и крепко держать за руку сына. – Что он обо мне знает?

Меня смутили слова узника. Утоплю всё в огне? Я? Меня точно принимают за кого-то другого.

На ходу оглянулась на сына: Денис все время шел молча и не задавал вопросов – он наверняка был напуган. Когда он поднял глаза, наши взгляды встретились. Я всматривалась в лицо ребенка, силясь увидеть родное лицо, но тщетно.

Меня принимают за кого-то другого, так же, как я в первый момент приняла за постороннего собственного сына.

Я перевела взгляд на Эрика. Если я скажу ему, что мы с Денисом не те, кем он нас считает, как он отреагирует? Скорее всего, не захочет помогать нам. Он пришел сюда за Драценой ун Варнгольц, а не за мной. А мне нужна его помощь – сама я просто не представляю, что делать, - поэтому лучше ничего не объяснять.

Пусть. Пусть я буду для него Драценой ун Варнгольц. Пока. А потом посмотрим.

- Забудь, - тем временем ответил Эрик. – Он лгал. Придумал это все, чтобы я его выпустил. Зачем спрашиваешь? Как будто сама не знаешь, что дракайны никогда не были опасны для людей. Вы почти ничем не отличаетесь от человеческих женщин, кроме способности рожать драконов. Правда, я был уверен, что дракайны, как и вся драконья раса, отличаются от людей огромной гордостью и самолюбием, но сегодня, увидев тебя лежащей под грязным тюремщиком, понял, что у последней дракайны и гордости не осталось. Платить телом за свободу...

Только что я была растеряна, но намеки Эрика меня разозлили:

- Эй. Во-первых, выбирай слова, здесь мой сын, он еще ребенок, и он нас слышит. А во-вторых... У Бардена были ключи от камер. Я пошла с ним, потому что мне нужны были ключи – освободить сына.

Эрик нахмурился и посмотрел на меня с недоверием:

- Ты собиралась забрать ключи, лежа под ним?

Я сжала зубы, игнорируя его слишком очевидные попытки меня задеть.

- У него был кинжал, - процедила. – Я хотела им воспользоваться. Но потом решила, что бутылкой с бормотухой вырубить его будет удобнее. И у меня почти получилось, но... В последний момент он заметил и выбил бутылку у меня из рук.

Эрик перестал хмуриться и задумался.

- О! Так вот, почему, бутылка закупоренная валялась на постели?

Я подтвердила молчанием.

Эрик какое-то время шел, задумавшись, потом заговорил, и тон его заметно смягчился, голос звучал как будто виновато:

- Выходит, я ошибся? В таком случае я должен попросить прощения у тебя, дракайна. Я плохо о тебе подумал и был груб. Извини.

Мне хотелось принять извинения и вдогонку упрекнуть, чтобы он пожалел, что пытался унизить меня, но... Эрик был так искренен, что я вдруг поняла – не хочу притворяться.

- Не надо извинений. Не хочу, чтобы ты заблуждался на мой счет. Я знала, что Барден меня обманывает. Вернее... была в этом почти уверена. Он не собирался устраивать моему сыну побег. Поэтому и я не собиралась давать ему то, чего он хотел от меня. Однако если бы это действительно могло спасти моему ребенку жизнь, я бы пошла на все. Для женщины гордость не такая уж большая ценность, когда на другой чаше весов жизнь ее ребенка.

Я снова посмотрела на Дениса – как же тяжело мне было даже мысленно называть его этим именем! – но мальчик сосредоточенно глядел себе под ноги и, казалось, не слышал, о чем я только что говорила. Лучше бы не слышал, но если и да...

«Он слишком мал, чтобы понять», - подумала я.

Услышав, как Эрик заинтересованно хмыкнул, подняла глаза и встретилась с ним взглядом – он смотрел на меня через плечо, и на его губах блуждала улыбка, словно возникшая против его воли.

- И все-таки ты горда, дракайна. Обычная женщина солгала бы, выставив себя в лучшем свете, чтобы мне понравиться. А ты говоришь, как есть, и тебе нет дела, что я о тебе подумаю. Услышь я от другой женщины, что она готова отдать свое тело, как товар, это обесценило бы ее в моих глазах. Но почему после твоих слов мне все равно кажется, что ты стоишь выше меня?

Я с удивлением посмотрела на Эрика. Трудно было не услышать восхищение в его голосе, и это привело меня в замешательство.

Улыбка резко сошла с его лица, и он отвернулся. Глядя на его профиль, я видела, как он сжал челюсти – на щеках заиграли желваки, - и нахмурился.

- Это ведь долг мужчины сделать так, чтобы женщине не пришлось платить своим телом? Клянусь, дракайна, я сделаю все, чтобы тебе не пришлось.

Я почувствовала, как крепко сжались пальцы Эрика вокруг моего запястья, словно он закреплял этим жестом свою клятву. Мои глаза невольно округлились от удивления. Я не ожидала ничего подобного. Этот мужчина начал с того, что нагрубил мне и упрекнул в распутстве, а теперь клянется, что будет защищать. Да он умеет удивить! Однако...

Он ведь не мне это сейчас говорит? Дракайне. Но ведь я помню, он сам признал, что Драцена ун Варнгольц его не знает, хотя он знает о ней все.

- Ты говорил, что я не знаю тебя. Тогда зачем ты мне помогаешь?