Матэ

Глава 1. Прекрасный сон моей юности

Голова раскалывается. Я пыталась уснуть, но уже утро и светает. Из глаз текут слезы, но я не понимаю то ли я плачу, то ли так сильно слезятся глаза. Меня все раздражает, бесит, любой звук.

У меня в голове было столько мыслей, но когда я захотела поймать хоть одну, они все разбежались. Мне то жарко, то холодно. Каждое утро в зеркале на меня смотрит незнакомая тетка с грустными, потухшими глазами. Не люблю смотреть ей в глаза.

Моя рутина, правила, по которым живу. Утром встать, надеть свой костюм. В офисе держать лицо, но главное — не выделяться. Все так скучно, предсказуемо. Нет сил что-то менять. Нет сил стремиться к чему-то.

Мой обычный день, но он так скуден, что одна мысль об этом... Это как сидеть в школе на скучном уроке и смотреть в окно. Ты видишь свет, видишь птиц и зелень, или идущий снег, или тучи с дождем, но ничего не слышишь. Только треск от лампы, молчание тридцати человек и шелест журнала с оценками.

Вот такая моя жизнь — как на скучном уроке с бездарным учителем. В любой момент может “прилететь”, но ты повинуешься, потому что сил противостоять — нет. Моя бьюти-подушка с эффектом памяти впитывает в наволочку из шелка мои слезы, образуя разводы. Понять, что такое "любить", вспомнить, воскресить пепел прошлого. Попытаться вдохнуть жизнь в воспоминания, выцветшие, ставшие бездушными картинами, хранящиеся в моем разуме.

Что-то, наверно, меня жалеет и дает мне сон, небольшую паузу от навязчивых мыслей и самокопания. И я сплю, проваливаясь в колыбель спокойствия и уюта…

***

Что это? Падаю? Проснулась. Нет. Какой-то сон просто, где я падала. Шторы и обои, как двадцать лет назад. Односпальная кровать. Где я? Еще не проснулась? Встаю. Мой школьный письменный стол. Мои тетрадки и книги. На ватных ногах я шагнула вперед. Шкаф, в нем моя одежда из прошлого, из прошлой жизни. Костюм из пиджака и юбки с рисунком, как на обивке дивана. Смотрится как платье, если пиджак застегнуть на все пуговицы.

Я обернулась на движение, замеченное краем глаза. В зеркале была испуганная, немного потерянная девочка, похожая на меня. Что за сон такой? И такой реальный?

Звуки на кухне. Шебуршащие звуки на кухне. Сколько в них было обволакивающего тепла. Мне не хотелось двигаться, просыпаться и спугнуть этот момент. Момент, когда все хорошо и вся жизнь впереди, а позади надежный тыл, и ты не одинока. Давно забытое ощущение.

— Солнышко, ты проснулась? Пора завтракать! Идем.

Эти слова дали немного уверенности в стойкости момента и в его постоянстве. Смело двинулась на кухню. Тихо работал телевизор, пахло поджаренным хлебом. Там была мама, молодая и красивая.

— Мне пора, не опоздай в универ.

Универ? Мне надо в мой универ?

— Мам…

Повисла пауза, поперек горла встал ком, который не давал говорить. Мама остановилась и не понимающе меня разглядывала, как будто догадалась.

— Мам, а какое сейчас число?

— Третье сентября — ее голос был мягким и бархатистым, как лапки у кошечки.

— А год?

— Кого—то поднять, подняли, а разбудить забыли, — сказала она и обняла меня. — Сейчас 2005 год. Ладно, мне пора бежать, пока-пока.

И она исчезла так быстро и ловко двигаясь, как не было уже давно. Так приятно ее такой видеть, может, я могу что-то исправить?

В рот особо ничего не лезло, поэтому завтрак я не тронула. Умылась. На меня в зеркале смотрели детские глаза, детское лицо, мне казалось оно чужим. Это точно я? Я точно была такой?

Я рассматривала каждую черточку, которую уже подзабыла. Каждая из них мне казалась прекрасной. Вернулась в комнату, распахнула шкаф, провела рукой по одежде. Все вроде бы так реально.

Надела свой любимый наряд. Он налез спокойно, даже место осталось. Уже забыла, какой худой я была, какой могла быть стройной.

Не без труда разобралась в своих старых тетрадках, посмотрела расписание. Сегодня только лекции.

Мой телефон — раскладушка с двумя экранами. Открываю. Тогда никто даже не думал, зачем на телефон ставить код доступа. Просто открываешь и все. SMS от подруги: "Что у тебя с ним?". С кем с ним? О ком речь вообще? Убей, не помню.

В прихожей меня ждал сюрприз. Ну, как сюрприз, я просто совершенно забыла, что ходила только на каблуках в юности. И часто на шпильках. Но я столько лет ходила на плоской подошве. Выбрав наименее страшную высоту и более устойчивые с удивлением обнаружила, что тело помнит, и я даже ходить в них могу.

Вышла и направилась к автобусу. Не знаю, сон это или я сошла с ума. Если сон, то ничего страшного не случится и никак не повлияет на меня, мою жизнь. Если сошла с ума, то в таком безумии гораздо приятнее, чем в моей реальности. Было так легко идти и двигаться, как будто порхала с каждым шагом.

Солнце светило ярким, жгучим светом, осень не чувствовалась вообще. Выбегая из автобуса, я направилась к универу. Мне не терпелось его увидеть, я жаждала заново пройти мимо фонтана, я жаждала увидеть свою подругу, еще до той ссоры, когда мы понимали друг друга и были близки, молоды, наивны и не так избирательны. У нас не было друг к другу претензий, недовольств и прочей взрослой ерунды. Мне так хотелось ее увидеть озорной, доброй, невинной.

Зайдя в аудиторию, светлую и только отремонтированную, с новыми креслами, от которых пахло пластмассой, я увидела машущую мне Надю. Мое сердце замерло, оцепенело, сжалось и потом начало таять. Смотря в ее искренние глаза, я простила все обиды, все жуткие слова, что она мне наговаривала в последние годы нашей дружбы, простила ее пренебрежение, вечную зависть и недовольство. Потому что сейчас этого еще не было. Я тихо подошла и села рядом с ней.

— Привет — каким-то не своим голосом и опять со сдавленным горлом сказала я.

— Привет! Ты не ответила мне на сообщение, ну так что?!

Вошел преподаватель и прервал нас. Надя с возмущенным взглядом смотрела на меня, я пожала плечами, как невинная овечка, решив подыграть ее любопытству. Невольная улыбка вырвалась на мое лицо. Так приятно иметь близкую подругу. Я уже и забыла как это.