Материалист

Вместо пролога

Два года назад.

Платон.

Оливковый цвет лица. Карие глаза. Брови густые. Пухлые губы. Волосы волнистые, длинные, мышиного оттенка. Острые скулы, но при этом по-детски припухлые щëки.

Подросток.

- Милена Павич, - отец забирает свой телефон с открытой фотографией, кладёт на стол экраном вниз, - хочу, чтобы ты на ней женился.

Последнее слово неприятно коротит слух. Не ожидал такой подставы именно сейчас.

- Дочь Милоша Павича? Сколько ей?

- Шестнадцать.

- Предлагаешь мне совратить школьницу?

Медленно затягиваясь сигарой, отец выпускает струйку дыма прямо в меня. Он намеренно так делает. Знает, что я с детства не переношу эту вонь.

- Выебываться будешь перед своими дружками, Платош. А меня слушай и слушайся, - фирменный голос повелителя жизни, - поженитесь, когда девке стукнет восемнадцать. Мне надо замириться с сербами. И чем скорее, тем лучше. Уже веду переговоры. Милош не против, но надо организовать всё по красоте. Сватовство, танцы с бубнами. Твоя задача - сделать так, чтобы потекла не только малолетка, но и её мать. Эта обидчивая сука - главный противник нашего союза.

Он стряхивает пепел, не глядя.

Госпожу Павич можно понять. Убийца её единственного сына требует договорной брак. Какая бы женщина на такое согласилась?

Неделю назад мой благородный папаша в порыве гнева до смерти забил наследника своего партнёра. Идиот крупно его подставил, вину никто не отрицает. Но всё же сербы - народ темпераментный. Бизнес бизнесом, но такое не прощают. Диаспора у них с принципами.

- Предложи им в качестве жениха Артура. Я не женюсь на ней, - говорю и уже знаю последующую реакцию. А вот отец не знает, что я скажу дальше.

Глаза его округляются. В них ярость. Лицо наливается бордовым оттенком.

Щенок тяфкнуть на него посмел. Ну-ну.

- Да не охуел ли ты часом, Платош? - хрипит, задыхаясь собственным дымным облаком. - Давай-ка я упакую тебя в подарочный мешок и отправлю Павичу? А? Наследника за наследника, так сказать. Этот расклад устроит больше? А то вижу, борзеешь много в последнее время. Съехал и свободным себя почувствовал?

В кабинет заходит мачеха и градус накала немного снижается.

Он старается сдерживаться в присутствии Полины. Как-то давно, когда я ещё в средней школе учился, отец избил меня прямо при ней, так Поля разрыдалась, стала меня защищать, а в итоге я ещё получил добавки за то, что расстроил мачеху. Но с тех пор воспитание происходило исключительно за закрытыми дверями.

На стол опускается поднос с одной чашкой.

- Спасибо, моя хорошая, - отец отхлëбывает и морщится, - опять что-то добавила?

- Только ромашку. Тебе полезно, так доктор сказал. Прости, я понимаю, что не очень вкусно...

- Вкусно, - он сажает её себе на колени и целует.

Похуй, что я ещё здесь. Вперëд, старички.

Никогда они не сдерживались. Даже пока моя мать была жива, не скрывали роман.

Закрутилось всё банально. Мне было всего пять, но я отлично помню то время, потому что мама тогда начала пить.

Полина устроилась к отцу секретаршей.

Насосала себе на квартиру, машину и пластику сисек, а потом, когда мама умерла, и на обручальное кольцо.

Способная у меня мачеха. И сейчас старается, не зазналась в роли официальной жены.

Забавно, что отец на детей от первого брака, то есть на меня и сестру, давно забил, а Поля старается подружиться. Типа мы нормальная семья, должны друг о друге заботиться.

По факту, заботятся у нас только об Артурчике. Отец в нëм души не чает. Мечтает о том, что сын от любимой женщины займëт его место. Всё для него.

Бизнес делает - для Сына. Связи строит - для Сына. Деньги зарабатывает - для Сына.

Закон подлости: сын этот пошëл в мамку. Слабохарактерный и, откровенно говоря, туповатый. Но разве это проблема? Научится. Перерастёт тягу к раздолбайству и тусовкам. Рано или поздно возьмётся за голову. Потенциал же виден.

Да, пап?

Ну и как такое сокровище сербам отдавать?

- Как раз показывал Платоше фотографию его будущей жены. Хочешь посмотреть? - когда Поля рядом, у отца вечно интонация, как у обожравшегося кота. Мурлычет что-то в полголоса. Противно слушать.

- О, Платон женится? Покажи, конечно, - вечно-счастливая вечно-любовница. Боится, что если перестанет ластами хлопать, как тюлениха, то ей быстро замену найдут.

- Я не женюсь на дочери Павича. У меня есть девушка, - отрезаю.

И прежде, чем у отца начинает пульсировать вена над бровью, добавляю:

- Внучка Алексея Юрьевича Миллерова.

- Анжела?! - оживляется мачеха. - Так у вас получилось?

- Да.

- Внучка Миллерова?.. - медленно приговаривает отец. - И у вас всё серьёзно?

- Серьëзней некуда, - на удивление легко отвечаю.

По факту за месяц мы всего раз поцеловались. Но меня и с этого одного раза так унесло, что до сих пор в себя не могу прийти. Стоит только вспомнить. Стоит только представить, что будет дальше. Что может быть. С ней.

Это пиздец.

Меня так ни от одной девушки не крыло.

Я просто в ахуе с того, что со мной делает её недоступность. В этом причина. Другого объяснения я не придумал, как не старался.

Моя Анжела - тот самый запретный плод. Сочный, ахрененно завлекательный. Ради которого можно и раем пожертвовать, не жалко.

Так что - да. Я сказал правду - у меня всё серьёзней некуда.

Видно, как шестерни в голове отца проворачивают возможность нового плана. В сложившихся условиях - выгодного. Намного более выгодного, чем примирение с сербами.

Я уже знаю о чëм он думает.

Я думаю о том же, и кровь от ликования закипает.

Он хочет предложить Алексею Юрьевичу договорной брак.

Анжи... станет моей. По-настоящему. Скоро.

...
Моя новая книга: https://litnet.com/shrt/dyXF
Оооооочень интересная и новогодняя.
Приходите сразу со звёздами))
В процессе бесплатно