Матрица совершенства

Глава пятнадцатая

Проснулся я от голода. Вернее, от того, что мой нос внезапно учуял ароматные запаха еды, и желудок тут же взбунтовался и самым бесцеремонным способом разбудил меня. Я открыл глаза и увидел, что рядом стоит поднос, на котором дымится только что испеченная пшеничная лепешка. А рядом с лепешкой сыр, такой свежий, что бока его просто светятся, за сыром жареная курица – румяная и жирная. Тоже дымится. За курицей тарелка с виноградом и вспотевший кувшин, который явно только что вынули из погреба.

Я открыл глаза и поднялся, одновременно складывая ноги по-турецки.

- Я же сказал, что он проснется, - радостно объявил Геркулес.

- Пора бы уж, - согласилась Стелла.

- Разве можно быть таким соней? – спросила Наташа.

- Сон, величайший из всех даров, данный богами человеку, - заметил Диоген.

Все мои друзья были рядом. Вид у них был бодрый и веселый. У каждого в руке здоровенная глиняная кружка. Пример Диогена оказался заразителен. Я тоже наполнил такую же, затем схватил лепешку и вонзил в нее зубы. Ну и вкуснотища! Запил вином. И сразу лайф в кайф!

Мои спутники смотрели на меня с материнским умилением.

- Сколько я спал? – спросил я, когда наконец обрел способность говорить.

- Двое суток, - сказала Стелла.

Моя нижняя челюсть тут же отвисла.

- Двое суток? – переспросил я. – Надеюсь, это шутка!

- Ты ешь, Сережа, ешь, - сказала Наташа таким тоном, каким говорят с тяжело больным человеком.

- Что-нибудь случилось? - спросил я.

Лица моих друзей сразу стали серьезными. Особенно у Стеллы.

- Говори, - велел я. – Не надо меня щадить. Я вынесу все.

- В общем так, Адал, - отхлебнув винца, по-солдатски деловито начала Стелла. – Когда мы проснулись, то первым делом решили уяснить диспозицию.

- Чего уяснить? – переспросил я. Занятия по гражданской обороне всегда посещал спустя рукава, так что военные термины для меня всегда в диковинку.

- Обстановку, - объяснила Стелла. – В общем, мы решили произвести разведку.

- И кто из вас ходил на разведку? – с тревогой в голосе поинтересовался я. – Надеюсь не Наташа?

- Нет, на разведку ходил я, - оторвавшись от кружки, гордо ответил Диоген и вытер рукавом красные от вина губы. - Госпожа Стелла сказала, что я больше всех сливаюсь с местной окружающей средой.

- Ну, ну, и что же ты узнал? – я был полон любопытства, хотя и продолжал набивать желудок едой. Голод не тетка. К тому же все так вкусно.

- Расскажу все порядку, ничего не пропуская, - начал Диоген и сделал очередной глоток. – Чудное у этого Голиафа вино. Похоже на сиракузское.

- Не отвлекайся.

- И не думаю. Просто вино очень хорошо помогает мыслить. А раз я мыслю, значит я существую, а раз пью, значит мыслю. Каков вывод? Когда я пью, то живу!

- Диоген, не томи!

- Все, все! Я закончил. Хотя никто даже не заметил, какую великую философскую доктрину я только что обосновал. Ты слышишь, Наташа? Свое открытие я посвящаю тебе.

- Спасибо, - улыбнулась девушка, которую я люблю.

- Давайте за это выпьем! – предложил Диоген.

- Кто-нибудь, дайте мне молоток! – взмолился я, окончательно потеряв терпение.

Диоген вздрогнул:

- Я уже докладываю! Итак, сначала я хотел было поговорить с нашим хозяином. Но Голиаф не в состоянии сейчас что-либо рассказывать, так как его любимый сын Израиль умирает от неизвестной болезни, и все в доме готовятся к большому горю. Я пошел на улицу. Долго там бродил, прислушиваясь к разговорам и крикам глашатаев. И вот что я узнал. Когда я еще был мальчишкой и сидел на площади перед храмом, то всегда все городские новости узнавал одним из первых.

- Диоген!

- Дела наши хуже некуда, - покачал головой философ. – Наш приход в Ерихон произвел впечатляющий эффект. Римляне теперь шныряют по городу и разыскивают нас, как бунтовщиков против их власти. Наместник Цезаря обещал награду за наши головы. Местный же народ кипит и бурлит как котел, вода из которого вот-вот польется через край.

- Нам еще революции не хватало! – воскликнул я. – Хотя, если подумать, не такая уж плохая мысль.

- Ерихонцы собираются толпами и только говорят о Третьем Брате, который явился с неба и покарал ненавистных захватчиков и проник в город и теперь идет на помощь своим братьям.

- Каким еще братьям? – удивился я.

Стелла торжественно положила мне руку на плечо:

- Теперь будь особенно внимательным, Адал Атрейосс.

Кажется до меня стало доходить.

- Третий Брат! Пришел на помощь своим братьям. Это что, речь пошла о Святых братьях? То есть о моих двойниках? И что значит это самое, пришел на помощь? Им что, угрожает опасность?

- Если смертную казнь можно назвать опасностью, - шмыгнул носом Диоген, - то значит они в опасности.