Матушка для полуночника

Глава 7

Эржбет

В «Геенне» хозяйка предоставила всю имеющуюся информацию по пропаже артефакта его Величества. Это были очередные кусочки от большой и, судя по всему, масштабной мозаики, которую мне предстояло сложить воедино.

Магические артефакты —особенные предметы. Нужно быть сообразительным магом, чтобы их не только найти, но и использовать. Хочется ли их новому владельцу этим заниматься, или он выступает в роли поисковика, чтобы потом сбыть товар в другие руки?

Подозреваемыми были те, у кого имелось королевское разрешение на посещение техномира. Пока я был на своих землях, успел проверить каждого подданного, каждого аристократа и особенно тех, кто числился в придворных Турзо.

Несколько ниточек по этому делу в свое время привели меня в отдаленные от Москвы города, но там они оборвались: ни артефактов, ни продавцов, ни покупателей. Я чувствовал, что близок к ответу. Интуиция не могла меня подвести. Следы были действительно умело стерты, они оставляли после себя лишь флер[1] магии – как оказалось, той «шестерки», которую мы с Русланом уже поймали. Минус один человек из общества главного преступника.

С каждым днем меня все больше раздражали неудачи, к тому же отвлекал странный голод. Возможно, сказывалось то, что подходил к концу срок моего заключения, и чары браслета ослабевали. Я жаждал и одновременно боялся, что монстр может вырваться на свободу. Как сказал один из коллег-церберов, браслет на вампире — это дар и проклятье одновременно

Но на занятиях с Матвеем я всегда был сдержан. Мальчик делал быстрые шаги, развивая свою сущность и вампирскую магию. Его мать-наседка разве что не караулила сына из-за угла, когда мы возвращались из подземелья или прилетали на башню, где подолгу засиживались на парапете.

Темница пришлась Матвею по душе: мы долго рассматривали орудия пыток, старинные доспехи, мечи и копья. Изучили несколько укрытых паутиной скелетов в подвешенных под потолком клетках. Мальчишка был не из боязливых, иногда он сам брал меня за руку. Я удивлялся, какая у него маленькая ладошка, чувствовал пульс, тепло и исходящий от него материнский запах. Даже если Арина не приходилась ему настоящей матерью, она играла эту роль на ментальном уровне. Ауры этих двоих давно сплелись.

Воспоминания об Аранке и Матиаше приходили ко мне во снах, от которых я просыпался в холодном поту и еще долго не мог прийти в себя, видя перед глазами тело жены, след меча на ее животе, и чувствовал опустошенность. Моё сердце вырвали вместе с ней, нашим потерянным сыном и не рожденным ребенком. Я так и не узнал, кого же она ждала, возможно, это могла быть дочь.

Я не заметил, как прошел месяц. Время быстро течет, когда твои мысли заняты раскрытием преступления и обучением молодого вампира. Даже после той злополучной встречи с лесными разбойниками мое общение с Ариной по-прежнему было полно острот. Изредка я ловил на себе ее взгляды. Тогда она быстро отводила глаза, делая вид, что чем-то занята. Постепенно внутреннее убранство замка пришло в свой первозданный ухоженный и чистый вид. Все благодаря помощи Барто и… женской руке.

Нравилось ли мне подшучивать над Ариной? Безусловно. Возможно, я понимал, что будь я другим, то никогда бы так не сделал и был бы обходительным и вежливым графом Батори. Но годы одиночества и общение с другими Церберами сделало меня грубым и язвительным. Я чувствовал радость от того, что человечка считает меня высокомерной сволочью. Это давало мне гарантию, что она случайно не проникнется ко мне теплым чувством или, не дай Всевышний, жалостью.

Видя мое отношение к Матвею, она все чаще отмалчивалась, держа недовольство при себе. Мне же хотелось провоцировать ее, чувствовать, как от гнева горячеет кровь в ее жилах, как усиливается аромат лимона и мяты. Я мучил себя, играл с собственной жаждой, которую каждый раз перебарывал, делая ставки на то, как долго смогу продержаться. Я мог одурманить ее, как тогда в квартире. Стоит только протянуть руку, прикоснуться, заглянуть в глаза, и она сама подставит шею для укуса.

И каждый раз я останавливал этот соблазн мыслями о Матвее. Если мальчик потеряет ко мне доверие, я почувствую тоску. Возможно, что именно в нем я видел своего потерянного сына; иллюзия, ходящая со мной за руку, желание защитить, обучить, сделать сильнее. Я не хотел показывать ему, в какого монстра он мог превратиться, если вовремя не утолит свою жажду. Кто знает, сколько времени нам осталось жить вместе…

Если бы Арина не попала под руку преступнику — я бы не встретил Матвея. Не узнал, что в техномире живет один из вампиров. Я не верил в судьбу, не верил в сны, разучился мечтать и надеяться на лучшее. Весь мир был подернут пеленой тумана. Иногда я выходил из него собой прежним, но чаще был просто цербером-узником, таящим в душе настоящий ужас и смерть.

Я начал путать сон и реальность. Порой под своими ногами я видел обескровленное тело Арины, а напротив — улыбающегося Матвея, и его рот был испачкан кровью матери. Стоя перед ребенком, я осознавал, что смотрю на самого себя.

Возможно, я поступил необдуманно, поселив их в замке. Всегда быть у меня на виду, чтобы я мог чувствовать Матвея, воспитывать его в мире магии и ни на что не отвлекаться. Возможно… это просто самообман, чтобы заполнить пустоту и создать видимость нормальной жизни того.

Или же… стоит удовлетворить все свои желания и выбросить Арину, как ненужный сосуд? Обычный кусок мяса, который я выпью и ненадолго успокоюсь. Мальчику можно рассказать, что его мать загрызли дикие звери в лесу или снова схватили люди, и тогда он будет ненавидеть их. Так же, как и я – тех, кто погубил мою Аранку.