Мажор и Отличница

Глава 14

Ветер

Ярость горячей лавой распространяется по венам, стоит вспомнить картину, на которой Нестратов ошивается рядом с моей первогодкой. Сердце бешено грохочет за грудиной. Анализируя скверное прошлое, понимаю, что виноват во всем только я.

Называется, пришел с ребятами в клуб, желая расслабиться. А на деле – отшиваю мурлыкающих кошек в блестящих платьях, потому что всю неделю в голове сидит одна строптивая красная пандочка.

Ко мне на встречи опаздывает, нос свой мелкий задирает. Морщится, будто рядом умертвие новый парфюм тестирует, а рядом с Артемом чуть не за ручку идет, улыбается вся из себя довольная. И самое паршивое - к нему жмется при виде меня.

Хотела ад, мелочь?

Устрою.

А я ведь не собирался жестить. Думал лишь слегка обрисовать для тебя силуэты царства Аида.

Но ты так усиленно нарываешься. Еще и с задачами меня провела. Даже не пикнула, что большую часть уже решала.

Я, как полный дурак, пялился на листок с ее ответами, не веря своим глазам. Пытаясь понять, как она успела за столь короткий срок выполнить все задания. И, возможно ли, что я стал наставником вундеркинда?

Оказалось, что нет.

Стал наставником одной мелкой райской обманщицы засранки.

Ничего.

Понравилось, как я тебя всю неделю заданиями заваливал?

Прочувствовала вкус задач?

Отлично.

Это, безусловно, самое тупое наказание, которое сгенерировал мой мозг, но, после того как я ее мысленно в той аудитории раздел, поставил в своем разогретом воображении в пару поз, а затем через призму собственной несвоевременной похоти увидел в ее уже вполне реальных глазах неподдельный страх, меня будто по голове ударило. Не слабо так.

Но надо было придумать что-то такое, чтобы не оставляло ей времени коситься в сторону Нестратова.

И почему он именно к ней прицепился.

Как не приду к Миле, где-то рядом ошивается.

Неужели так и не успокоился из-за той мерзкой истории.

— Тебя штырит от твоей первогодки, Дим, — ухмыляется Ник, развалившийся рядом со мной на диване вип-зоны.

Медленно поворачиваю в его сторону голову. Моментально убиваю взглядом. Но улыбка лучшего друга становится только шире.

— Это ты моему брату и Рыжему можешь набивать голову хероборой про наставническую хрень и твою репутацию. А я не глотаю брехучий дым, да и доширак к ушам не люблю прикладывать, ты же знаешь.

— Раздражает.

— И потому ты ее выбрал?

— Я ее выбирал исходя из присланных анкет участников. — повышаю голос, так как, несмотря на вип-зону второго этажа, музыка вдруг резко грохочет по ушам, добираясь до самого мозга.

— Ага, — нахально усмехается белобрысый. — А ее фоточку в анкете долго рассматривал? Правой рукой помогал себе определиться?

— Ник!

— Да я же не собираюсь трепаться. Успокойся, чего смотришь как потомок сатаны? — тянется к своему пиву и делает большой глоток. — Она же та девушка из книжного, которую ты материл почти все лето? Я прав, м? Ты рядом с ней буйным становишься, не ощущал? К тому же вряд ли все девушки для тебя вдруг стали «пандочками». Я как-то раньше не замечал твою чувственную зацикленность на медведях. — иронично заканчивает свою тираду Ник.

Вливаю в рот остатки жгуче-зеленого энергетика и в очередной раз зло поворачиваюсь на того, с кем мы дружим с пятого класса. Блондин в темной толстовке расплывается в улыбке чеширского кота и начинает плавно водить плечами:

— Так и думал. Я поистине гениален. Маме хотя бы со мной повезло.

Красная шторка входа сдвигается влево и внутрь вваливается вторая часть нашей компании.

— Девушки такие трогательные создания, — с азартным блеском в глазах говорит Кот, опускаясь на полукруглый диван. — Так бы их трогал и трогал.

— Девушки, как печеньки, — вторит ему младший из братьев Авериных, садясь в кресло. — Ломаются, пока не намокнут. — и оба начинают громко ржать.

— Если нас окружают одни идиоты, — философски произносит старший из Авериных, с трагизмом поворачиваясь на меня, — Значит, мы центральные.

— Иди в жопу, Николос! — не переставая смеяться, кидает ему Тоха, а Кот неожиданно замечает:

— Кстати, Ветер, там твоя первогодка на танцполе тусуется. Задницей улетно трясет, я тебе скажу!

— Моя первогодка? — заторможено повторяю я.

— Ну да, эта твоя сексуальная штучка, которая должна посвятить себя учебе во благо твоего эго и статуса, сейчас внизу ребят заводит. — кивает Тоха, уничтожая гренки, как шредер наконец встретивший белую бумагу. — А чего ты ее не завалишь тупыми заданиями? Пусть каждое утро приносит тебе кофе, например.

— И поцелуйчик, — хмыкает кот и сразу ловит мой недовольный взгляд. — Воздушный. — добавляет и тут же искренне интересуется. — Может, нам ее оттуда убрать? — К моей радости, никаких потаенных намеков в его предложении не имеется.