Мажор, ты достал

Глава 1.

Университетский городок жил своей размеренной, кипучей жизнью. Через неделю после того злополучного вечера Алиса почти забыла тот случай, загнав обиду в самый дальний угол сознания. Почти.

До тех пор, пока по главной аллее кампуса, вызывая восхищённые вздохи одних и раздражённые взгляды других, не проехал тот самый красный «Порше Кайен».

Алиса замерла, выходя из столовой. Он был здесь. Прямо здесь, в её мире. Сердце заколотилось чаще. Она проводила машину взглядом, пока та не припарковалась на самом видном месте у главного корпуса, на «месте для инвалидов», естественно, без какого-либо опознавательного знака.

В течение дня она выяснила всё. Владельца машины звали Артём Воронцов. Сын того самого Воронцова, чьё имя было на каждом втором новом здании в городе. Он учился на втором курсе эконома, был неформальным лидером самой золотой молодёжи универа, кумиром девушек и объектом тихой ненависти большинства парней. Про него ходили легенды: он срывал пары самым заслуженным профессорам, заваливал сессии, а его вечеринки становились главным событием семестра.

Она столкнулась с ним лицом к лицу в коридоре. Мажор шёл в окружении своей свиты – пары ухоженных парней в такой же дорогой одежде и девушек, смотревших на него с обожанием. Он громко смеялся, рассказывая что-то. Их взгляды встретились. На секунду в его глазах мелькнуло смутное узнавание, но оно тут же погасло, сменившись полным безразличием. Парень не узнал её. Вернее, не запомнил. Для него она была просто очередным препятствием на дороге.

— Воронцов, – выдохнула она, перегородив ему дорогу.

Компания замолкла. Все удивлённо уставились на эту смелую (или глупую) девчонку в джинсах и простой кофте. Артём медленно, с явной неохотой остановился, оценивающе окинул её взглядом с ног до головы, зацепившись на мгновение за стоптанные кеды.

— Я тебя знаю? – спросил он с ленивой снисходительностью.

— Ты чуть не сбил меня на прошлой неделе. На Садовой.

Он нахмурился, делая вид, что вспоминает.

— А, точно… Торт, – он усмехнулся. Его друзья переглянулись. – Что, хочешь ещё денег? У меня мелочи с собой нет.

Один из его приятелей фыркнул. Алисе стало жарко.

— Мне не нужны твои деньги. Мне нужно, чтобы ты извинился.

Вокруг воцарилась тишина. Кто-то из проходящих студентов замедлил шаг. Артём Воронцов извинялся? Это было смешно.

Он сделал шаг вперёд, навис над ней. От него пахло дорогим парфюмом и уверенностью, купленной за папины деньги.

— Слушай. Я ни перед кем не извиняюсь. Особенно перед теми, кто сам лезет под колёса. Это закон джунглей: сильный прав, слабый виноват. Заучи. Пригодится.

Он легко отстранил её плечом, как назойливую муху, и прошёл дальше, продолжая свой рассказ с того места, где остановился. Его свита, перешёптываясь и бросая на неё насмешливые взгляды, последовала за ним.

Алиса стояла, чувствуя, как по щекам разливается краска стыда и бессильной злости. Его слова жгли сильнее пощёчины. «Сильный прав, слабый виноват». Нет. Не в её мире.

Весь оставшийся день она ходила сама не своя. Мысль о мести, сначала смутная, начала кристаллизоваться в чёткий, ядовитый план. Он ценил свою машину больше, чем людей? Прекрасно. Он получит свой урок.

План родился сам собой – дерзкий, глупый и идеальный. Она раскрасит его дорогой «Порше». Яркой, кислотно-розовой краской из баллончика. Пусть весь университет видит, как пошутили с королём. Она знала, где он паркуется. Оставалось дождаться нужного момента. Спустя два дня подвернулся шанс, которого она так ждала.

В кармане её куртки лежал новенький баллончик с краской, купленный в ближайшем хозяйственном магазине. Он был увесистым и холодным на ощупь, словно предвещая грядущую бурю. Сердце колотилось о рёбра так, что казалось, его вот-вот услышат все вокруг, а в горле стоял комок, мешая дышать.

Это было чистое безумие, не иначе. Если её поймают… эта мысль ледяной волной пробежала по спине. Но стоило ей представить его самодовольное, насмешливое лицо, как страх отступал, уступая место жгучей решимости. Сегодня он заплатит за свою надменность.

Она сидела в кустах напротив парковки, когда часы на главном корпусе пробили одиннадцать. Кампус затих. Артём и его компания были на одной из своих вечеринок – об этом трубили все соцсети, выкладывая сторис с громкой музыкой и смеющимися лицами.

Машина стояла одна, под тусклым, мерцающим фонарём, словно нарочно выставленная напоказ. Этот автомобиль был символом его высокомерия и безнаказанности, и именно он должен был стать холстом для её возмездия. Она осторожно выбралась из кустов. Ветер шевелил волосы, а холодный воздух бодрил. Теперь уже не было пути назад.

Алиса подбежала к машине. Руки дрожали. Она сняла крышку с баллончика...

— Ну и что мы тут делаем? – раздался спокойный, насмешливый голос прямо у неё за спиной.

Она вздрогнула и медленно обернулась. Из тени деревьев вышел Воронцов. Он был один. На нём была всё та же кожаная куртка, руки засунуты в карманы. Он смотрел на неё с таким выражением, словно наблюдал за забавным, но крайне глупым насекомым.

— Я… – голос отказал ей.

— Так и думал, что ты не из тех, кто просто так сдаётся, – он сделал шаг вперёд. – Слишком злые глазёнки. Ну что, Соколова? Хочешь сделать мою тачку прекраснее?