Мажор, ты достал

Глава 3.

Следующий вечер Алиса провела в аду. Он носил название «Пентхаус Воронцова с панорамными окнами». Дверь открыл немолодой, чопорный мужчина, тот самый Игорь, проводник по аду. Его быстрый и оценивающий взгляд скользнул по её простому чёрному платью и стареньким балеткам.

— Вас ждут. Прошу, — произнёс он, и в его интонации не было ни капли настоящего приглашения.

Квартира оказалась не просто огромной, а всепоглощающей. Стерильный блеск хрома, идеальные глянцевые поверхности и холодное, бездушное стекло панорамных окон отражали лишь одну пустоту Вскоре ад наполнился голосами. Явилась золотая молодёжь. Шумная, наделённая врождённой самоуверенностью тех, кому никогда ни в чём не отказывали. Гости расходились по комнатам с бутылками дорогого алкоголя, даже не удостаивая этикетки взглядом.

Алисе выдали не просто фартук, а нечто унизительное, кричащее о её новом статусе служанки. Задачи были просты и бесконечны: собирать пустые бокалы, вытирать пролитое вино, подносить закуски. Она была невидимкой, призраком, мебелью. И это было самым тяжёлым.

Её взгляд уловил движение — парень с сигаретой в зубах что-то оживлённо рассказывал приятелю. Проходя мимо, он даже не повернул головы, просто сунул ей в руки свой дымящийся окурок.

— Держи, — бросил он в пространство, уже обращаясь к другому гостю. — Помнишь того рыжего из клуба?

Ализа замерла с тлеющей сигаретой, чувствуя, как жжёт не только пальцы. Вдруг из-за спины раздался нетерпеливый голос. Девушка, любующаяся своим отражением в зеркале, даже не посмотрела на неё.

— Эй, ты, в фартуке! Да, да, тебя и зову. Шампанского. Быстро.

Они не видели в ней человека. Только функции «прибери» и «принеси».

А Артём Воронцов был солнцем, вокруг которого вращалась эта вселенная. Он парил среди гостей, его смех был самым заразительным, его рассказы — самыми захватывающими. Его взгляд иногда находил её — мимолётный, с лёгкой, язвительной усмешкой, будто он проверял, на месте ли его новая игрушка. Но ни разу не заговорил с ней напрямую.

Всё изменилось в один миг. Пробираясь с подносом грязной посуды сквозь гущу тел, она почувствовала грубый толчок. Поднос с оглушительным грохотом обрушился на пол, осколки хрусталя и остатки алкоголя веером разлетелись по идеальному мрамору. Воцарилась натянутая тишина, и десятки любопытных глаз устремились на неё.

— Ой, какая неуклюжая! – воскликнула одна из девушек.
— Да это просто катастрофа! – засмеялся кто-то.

Алиса, пылая от стыда, бросилась собирать осколки. И тут к ней приблизился сам хозяин ада. Он был невозмутим.

— Всё в порядке, народ. Просто маленький беспорядок, – сказал он гостям, и толпа тут же потеряла к ней интерес. Он наклонился к Алисе, делая вид, что помогает. Его губы оказались в сантиметре от её уха. – Я же говорил, что ты создана лишь для того, чтобы пачкать и ломать, Соколова? – прошептал он так тихо, что только она одна услышала. – Убери это. Быстро.

В его голосе не было злости. Было холодное, леденящее душу презрение. В тот момент она возненавидела его больше, чем когда-либо прежде. Ненавидела его красоту, его уверенность, его власть.

Она собирала осколки, чувствуя, как острая кромка одного из них впивается в палец. Выступила капля крови. Смахнула ее, не подавая вида. Физическая боль была ничто по сравнению с тем, что творилось у неё внутри. Закончив, поспешила скрыться в кухне, надеясь хоть там перевести дыхание. Но стоило переступить порог, как воздух показался вязким, будто и здесь не было спасения. Дорогу ей преградил плечистый парень из свиты Воронцова.

— Эй, мышь служанка, — парень похабно ухмыльнулся. — Куда это собралась? Давай сюда, помой мои руки, они в икре... — Он потянулся к ней своими липкими пальцами, чтобы схватить за запястье.

Алиса отпрянула, прижимая к груди поднос как щит.

— Отстань.

— О, дерзкая! — рассмеялся и сделал ещё шаг, зажимая её в углу между холодильником и стеллажом с бокалами. Его дыхание с запахом дорогого коньяка ударило ей в лицо. — Люблю дерзких... Давай познакомимся поближе, а?

Паника ударила в виски. Но следом за ней пришла ярая, слепая ярость. Алиса не была служанкой для таких типов. Отшатнувшись, она нащупала за спиной массивную ручку дверцы холодильника. И тогда, собрав всю ярость в кулак, она рванула её на себя и со всей дури ударила этой тяжёлой металлической дверцей ему прямо в лицо.

Раздался глухой удар, и короткий, обреченный выдох. Парень отлетел, схватился за лицо, из его носа хлынула алая струя, заливая белоснежную ткань дорогой рубашки. Он застонал, не то от боли, не то от шока.

В этот самый момент на кухню вошёл Артём. Он замер на пороге, его взгляд скользнул с окровавленного гостя на Алису. Та стояла, вся трясясь, всё ещё сжимая в руке ручку дверцы холодильника. Её глаза были полыми от адреналина, грудь тяжело вздымалась.

Их взгляды встретились. Вечность длилась секунда. В глазах Артёма не было ни гнева, ни насмешки. Было чистое, неподдельное изумление. Шок. И что-то похожее на... восхищение? Он видел, как его приятель пристаёт к девушкам, и обычно это вызывало у них лишь скучную усмешку. Но чтобы так...

— Блин, Серёга, опять ты доигрался, — нарочито спокойно бросил Артём, ломая напряженную тишину.