Меченный

Меченный

Пролог

Третий цикл как продолжалась битва. Третий цикл как звезды содрогались, вторя каждому удару. Пространство разрывалось, коверкая законы мироздания.

Таэрис потерял счет времени. Он не помнил себя. Он не помнил когда зачем и и почему все это началось. Все что он знал, все что он мог помнить , то что постоянно поддерживало его это два бесконечно глубоких голубых как сама вселенная глаз, взирающих на него все это время, дарящих, ласку тепло и почему то надежду.....

Бум — очередной удар потряс мироздание. В мгновение ока взорвались тысячи солнц, измельчая в ничто безжизненные куски камня.

Бум — и ярчайший свет, до того плавящий все даже само знание и сами законы обратился непроглядной тьмой, настолько темной, что ни жизнь не смерть ни могла покинуть её.

Таэрис был на пределе. Его молот вздымался все реже и реже. Грудная клетка словно кузнечные меха вздымалась и опадала в тщетной попытке зачерпнуть еще хоть немного праны. Если бы не два голубых глаза, дарящих тепло и силы продолжать, он уже давно превратился в космическое ничто.

Бум — два серпа тончайшей нитью, наделенные мощью и массой десятков тысяч миров врезаются в грудь Таэрису. Внутри взрывается все, уничтожается даже сама память о его имени. Нет больше ни слов ни законов . Все тонет в бесконечной злобе словно яд влитой в острия серпов.

Бум — тяжелый молот падает в обессиленной рукой. Рык торжества, пронзает саму душу вселенной, выворачивая ее наизнанку, раскатами, уничтожающими целые пласты реальности, расходится по мирозданию.

Все замерло, само время остановилось, в жалкой попытке оплакать утраченное. Но только смерть властвуют повсюду, серпами ненавистного Зирга безвозвратно вырезая остатки того, что когда то было мироустройством. Даже память, и даже законы больше не существуют.....

Дзинь — звук. словно тоненький звон колокольчика, настолько тихий, что даже тень звука в нескончаемом океане тишины звучит громче , разносится по вселенной. И только этот едва ощутимый, призрачный, бесконечно неуловимый звук единственное что заявляет о своем праве быть.

Дзинь, дзинь — словно капель, разносится этот тоненький звук достает до самых недоступных уголков вселенной. Он дарит силы, он согревает, он заставляет надеяться.

Пальцы Таэриса, до того обездвиженные сомкнулись на рукоятке, связанного с ним судьбой молота. Глаза, глаза они по прежнему там, но теперь они тусклее. И каждую секунду из них капает слезинка.

Дзинь-дзинь-дзинь — все больше слезинок, волнами проносятся по вселенной, и вернувшись с эхом обратно синими мотыльками устремляются к Таэрису..

Дзинь-дзин-дзинь-дзинь — все настойчивее и настойчивее, все громче и торжественнее разносят по вселенной свою песнь слезы Аймэ.

- Остановись, остановись молю, заклинаю, не делай этого, не делай ….. это ведь.... это ведь ты ….эти слезы это ведь ты — плача, стеная, не веря в происходящее, готовый отдать все, чтобы это было, что угодно только не то что он видел перед собой - взмолился Таэрис.

Дзинь-Дзинь-дзинь-дзинь-дзинь — но только больше слез, обращающихся голубыми мотыльками и все тускнеющие глаза были ему ответом. Он не мог, не мог изменить происходящее. В бессильной ярости Таэрис поднял свой молот.

-Бум — молот наполненный яростью, врезался в раскинувшего в своем торежестве серпы Зирга.

-Бум — время очнувшись ото сна вновь обрело плоть, и вновь наполнило своим присутсвием вселенную.

-Бум- и темнота содрогнувшись взорвалась тысячей светлячков

-Бум- и молот наполненный синим свечением надежды заставляет Зирга подогнуть одно колено.

-Бум — и миллиарды светлячков вгрызаются в тело Зирга, заставив безумные серпы вместе с изможденным телом божества злобы смерти и разрушения пасть.

В тщетной попытке Таэрис смотрит на то место, где когда то на него взирали голубые сосредоточившие в себе всю глубину мироздания родные глаза любимой.

-Аймэ.... - тихо зовя, глухо стеная, бесшумно плача, надеясь произносит Таэрис.

Ничего не происходит. Только вселенная озаряется нескончаемыми огнями, знаменуя начала новых миров, нового порядка, новой эпохи.

-Аймэ.... еще более горсетно и еще более тихо, с еще меньшей , но разрывающей сердце на миллиарды мельчайших кусочков, надеждой произносит Таэрисю

Аймэ, Аймэ, Аймэ, Аймэ......Аймэ.... - сквозь века, сквозь всю вселенную, сквозь бесчисленные пласты реальности тихо стеная зовет он любимую.

….....

-Дзинь -звук. словно тоненький звон колокольчика, настолько тихий, что даже тень звука в нескончаемом океане тишины звучит громче , разносится где то над ухом. Маленькая синяя бабочка тихонько присела у него на плече.

-Аймэ....

 

 

 

 

 

 

Часть 1

В мареве полуденного солнца появился силуэт незнакомца. Его высокая, складная фигура отбрасывала длинную тень, тянущуюся к самому началу вымощенных улиц городка. Горожане, видевшие как подходил незнакомец, поглядывали на него с любопытством и боязнью, ибо было в нем нечто странное.

Все видели как незнакомец подходил к поселку, но никто не видел его лошади, хотя до ближайшего поселения было несколько десятков лиг. Не мог же он оставить её где то в пустыне. Странным было и то, что в знойный жаркий день на незнакомце можно было различить поблескивающие сквозь одежду антрацитовые чешуйки лат.

Сверху на незнакомце была в иссиня черная накидка с глубоким капюшоном, скрывающим лицо, покрытым таинственной вязью рун, изредка переливающихся голубым серебром. Каждый шаг незнакомца сопровождало металлическое бряцание, как будто оружие, иногда выглядывающее из под накидки, истосковавшись по крови, словно голодная собака выпрашивало у хозяина пищу.



Роберт Разумов

Отредактировано: 12.04.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться