Мечта

Глава 3. Не моя жизнь

Глава 3. Не моя жизнь 

Петухи пели уже минуты две, а я всё лежу с открытыми глазами и смотрю в потолок. Кажется, я начала сходить с ума. Нет, это и раньше за мной замечалось. Уж больно я всегда нелюдимая была, жила в своем мирке и никого не трогала, а теперь не знаю, где мной придуманный мир, а где реальный. Наверное, именно так и сходят с ума, когда тонкая грань между выдумкой и реальностью стирается.

Закрываю глаза и вижу лицо того парня, синие стеклянные глаза и лужу крови. Все такое реальное, от вечернего холода, до полета, когда тебя сбивает машина. Даже кровь, которой я во сне захлебывалась, такая реальная, что я чувствую ее вкус во рту и сейчас.

Неловко причмокиваю, почувствовав что-то еще. Я вчера напилась, что ли? Во рту такой тошнотворный привкус алкоголя, что меня даже мутит. Дыхнула себе в руку, ох, как от меня несет перегаром. Это что же я вчера праздновала? Не помню, зато, когда сажусь, сбиваю ногой две бутылки, одна с вином, другая с водкой. Ого, я в последний раз так «праздновала» проваленные экзамены в ВУЗ. Мне пить совершенно нельзя, становлюсь абсолютно неадекватной, а затем быстро засыпаю. Если уж я мысленно смешала такую мощную отвертку, то мне хотелось забыться, ибо случилось что-то очень плохое. Напрягла память, но в ней кроме сна с вчерашним днем, в котором мне снился ещё один прошлый день, ничего нет. Как же нелепо звучит, если произнести это вслух! Застонала, упираясь локтями в колени. Несколько раз моргнула, когда локти соскользнули, я уснула в телесных колготках и домашней майке. Странный выбор одежды, особенно учитывая, что колготки в принципе надеваю не часто, всего пару раз в году, а так обычно джинсы, удобные футболки и кофты… Рядом тоже не обнаруживаю совершенного ничего, к чему можно было бы надеть не то, что колготки, но даже и туфли. Да и туфли у меня одни, вон пылятся в углу, за шкафом.

Стоп, а где они?

Вместо туфель в углу заброшено лежат мои тетрадки, пыли на них столько, словно я уже несколько месяцев их не открывала. Странно, обычно они на столе стоят, рядом с ноутбуком.

А где мой ноутбук?

Меня мало того, что ограбили, так ещё в колготки одели?! Вскочила на ноги и чуть не упала, поскользнувшись на торте. Под громкий мат открыла дверь в коридор, почему-то закрытую не только на замок, но и на задвижку. Ко мне ночью ломились, что ли? Что я вчера натворила, что оно померкло по сравнению со странными снами? На одной ноге допрыгала до ванной, благо никем не занятой. Смыла с ноги, а точнее с колготок торт, но потом мне этого показалось мало. Подперла шваброй дверь, засунула занавеску и приняла холодный душ – именно то, что надо в моем странном состоянии. Дрожа от холода, укуталась в свой старый голубой халат и с мокрой головой потопала в свой свинарник. Здесь я вчера явно напивалась в хлам, как и хотела, проблема в том, что ничего не помню. Для меня вчерашний вечер закончился так же, как и позавчерашний – моей смертью на пару со знакомым незнакомцем. Что-то мне захотелось снова накатить и забыть о том, что вообще такие реалистичные сны могут сниться.

Встала на колени, чтобы вытереть пол от шоколадного крема. Узнаю в остатках живописной мазни, свой любимый киевский торт. Странной у меня была закуска, обычно со сладким я алкоголь не пью, на мясо больше тянет.

Петухи горланят раз шестой и не перестанут, пока я их не выключу, но мне как-то не хочется вообще брать телефон в руки. А что если я увижу опять ту же дату: двадцать третье марта? По телу пробегает дрожь от мысли, что придётся снова идти на работу и как психбольной ждать того самого парня в колбасном отделе. Такое впечатление создаётся, что после встречи с ним я обязательно должна сдохнуть. Даже если это происходит во сне, но он так реален, что даже страшно! От парней одни проблемы, вот уж точно!

– Машенька, ты уже проснулась? – услышала сзади голос собственницы квартиры.

Баба Варя на первый взгляд казалась бабушкой – божьим одуванчиком, но на самом деле это только маска. Бабулька ласково улыбнулась из-за своих больших очков и потерла край своего цветочного халата. Обычно субботнее утро, как и прочие дни, она проводит в церквушке возле кладбища неподалеку, грехи замаливает. Учитывая, как часто она туда ходит ещё и на вечернюю службу, сложно представить, что там за грехи, что она так усердно их отмаливает. Думаю, таких бабушек и сам бог боится, если он, конечно, существует. Могу поспорить, это он меня наказал этими странными снами за такое крамольное отношение к себе.

– Да, баба Варя, на работу собираюсь, – использую обычную отмазку, чтобы поскорее закрыть дверь в комнату перед ее загнутым крючком носом.

– Подожди-ка, милочка, ты за квартиру уже второй месяц не платишь! – вдруг выдала она мне, не давая закрыть дверку.

– В смысле? – мягко говоря, удивилась этой фразе. – Я же каждый месяц вам плачу в день зарплаты.

– Вот-вот, раньше так и было, – зловредно проскрипела она. – Но когда негодяя себе этого завела, так совсем об оплате забыла, сама посмотри!

С этими словами она вручила мне хорошо знакомую клетчатую тетрадку с записью принятой квартплаты и моей подписью в каждом месяце под суммой. Сколько помню, я всегда подписывалась, отдавая старушке деньги за месяц, но два последних месяца действительно были без моих подписей. Какого чёрта здесь происходит? Я ведь помню, что платила! Эта новость пришибает меня почти так же сильно, как и слова о каком-то негодяе и моих отношениях с ним. Не поняла, это когда у меня появился парень и почему я об этом не в курсе?