Мечта цветет за тридевять земель

Глава 1.

-Ты видела ту птицу, ма ая? Она серая, а из под крыльев вылазит оранжевый хвост. Она тресет им, как отверженный Грода своей трещеткой. А как она летит! Давай в питомнике заведем такую? Смотри, смотри, она как будто волны считает, видишь? Вниз-верх и все по дуге. Ну, ая, обрати внимание!

Азно дергал мою руку без перебоя, исполненный чистого восторга при виде маленькой юркой птички.

Но в этот час, как ни странно для вятчицы, природа занимала меня меньше всего.

(Вятчица– то же, что и ведьма).

Свет разразил спокойное небо, предвещая скорый урожай радуг на полях Сантореи.

Я бросила взгляд на корзинку с фруктами у себя в руках и увидела скудное число сладких плодов, хотя собрала непомерно больше. Пока я стояла задумчиво, воришки тэйри расхватали наш обед. Маленькие, как бабочки, они имели способность становиться невидимыми и были до щекотки проворными. Законы им не писаны.

Но даже так я оставалась рассеяна к происходящему во внешнем мире. Меня занимали неприятные чувства по поводу молчания Виры. Прошло полгода после ее замужества, но от нее ни письма, ни гостинца дом наш не получил. Нельзя было отпускать ее за море. Глупый союз и глупая политика! Муж ее казался человеком приятным и вызывал чувство доверия, но ведь не с проста наши материки столько воевали каких-то пару сотен лет назад. Традиция скреплять мир между нами через женитьбу молодых никогда не воспринималась мной столь скверно, как когда я узнала, что старшая сестра навсегда покинет землю родную.

Только вот по известности, младший принц союзной страны со своей родней только так переписывается, да подарки шлет. Три раза за месяц к нему друзья, да знакомые в гости приезжают. А нам почему-то семья тех королевичей настоятельно «посоветовала» не беспокоить невесту и дать молодым привыкнуть друг к другу. Старшие послушались. Их влекло желание сохранить сугубо добрые, без единой червоточинки, отношения между семьями. Даже намеком на недоверие они боялись оскорбить вторую сторону. Я не понимала молчания отчима и тихие, бездейственные треволнения матери. Лоб ее под гранатовой диадемой хмурился, что пески Латеши завидовали высоте ее бугров, но ни одного слова она не проронила мне, сколь бы внутренне не пекла ее судьба Виры.

В конце концов я поняла, что не получу облегчения, пока не увижусь с сестрой. И сделать я могла это лишь отправившись на Майроп – остров встречи всех потерянных душ. У него не имелось правителей, только омниксы – войны, хранящие порядок на нем испокон веков. Осталось придумать, каким образом послать приглашение Вире, чтобы оно до нее дошло. Пусть страны наши имеют натянутые отношения, но на этот остров у ее новой семьи не должно найтись причин для запрета. Для всего мира он являлся территорией покоя, где даже врагов бдительные омниксы заставляли пожимать друг другу руки. Намек на малейший переполох – и они выкинут прямо в воду любого прохиндея и балагура. Законы у них были жесткие, зато благодаря этому мало кто осмеливался их нарушать.

-Ирцха! – крикнула я второпях по прибытии в домой, на бегу скидывая сапожки и пальто.

Няня в обеденый час обычно помогала самой младшей моей сестре заплетать косы для уроков с мечом и гимнастики. Для этого на втором этажа нашего деревянного терема нарочно оставили сразу несколько просторных комнат. Так вышло, что она в отличие от всех нас переняла дар отчима -то есть мне отчима, ей отца-боевой дар. И занятия ей определили совсем не такие, как мне и Вире.

Однако единственное, кого я нашла под массивными брусьями крыши, оказалась Ирцва – вторая сестра-близняшка из троицы.

Она занималась уборкой по дому, когда третья их сестра готовила нам кушанья.

Неспешно подметая пол, она, не отрываясь от своего занятия, медленно и плавно, как учительница, пропевающая слоги младшим ученикам, сообщила:

-Ушли в термы Ирцха с Дерной. Девчушка что-то очень стремилась туда к определенному часу. Словно бы дома купели нет.

-И давно ушли? - с опущенными плечами спросила я.

-Недавече, точнее не знаю.

Ирцха из троицы близняшек была самой умной. И вдобавок умела хранить тайны. Ее участие в наших с сестрами проблемах помогало нам больше, чем голодному – ароматный хлеб. Скверно, что я опоздала посоветоваться с ней. С другой стороны, теперь в доме не осталось никого, кто смог бы запретить мне покинуть его на длительное время. Я ощутила пустоту в животе.

Арзно просунул голову меж моей юбки и дверным косяком и любопытно оглядел меня и Ирцву.

-А чего ты здесь? – он поднял ко мне свой острый подбородок. – Чай с вареньем пить не идешь, что ль? Так бежала к этому варенью аж из Зеленцев ( Зеленцевы поля – местность), а теперь тут застряла.

-Прости. Еще обижаешься, что того птенца тебе не поймала?

-Это была взрослая особь.

-Прости, - снова сказала я и вяло пожала плечами. Сейчас было совсем не до брата.

Я быстрым шагом развернулась и направилась вглубь коридора. Позади моей спины Ирцва успокаивала Арзно:

-Да плюнь ты на нее. Лучше найди себе друзей-мальчишек.

-Не могу ведь. Папа не разрешает якшаться с теми, кто ниже альбова чина.

(Альбы – нижний чин при дворе князя)

-Вот бедняга.

Я оставила их сетования за дверью в свою комнату. И не успела я, зажмурившись, одолеваемая своими печалями и сомнениями, прислониться лбом к древесине, как позади меня звонко крикнула птица. Я резко обернулась и увидела Ажна на своем подоконнике. Черные перья охватывал белый поясок. Несмотря на то что глаза его были, как бусинки, в них явно читалось самодовольство всезнайки. Стриж с веселой важностью протопал от окна до края подоконника и прыгнул на мой письменный стол.

-Что это у нас здесь? – рокот его напоминал переливы ручейка. Он лапкой раздвинул разные бумажки у меня на столе, разглядывая их с деланным интересом, и в конце концов нашел тот самый конверт с красными чернилами. – Прочитаем-кась. Итак, милой сестрице Вире…

-Будто ты уже не прочел, - проворчала я и подошла к столу. – Почему ты у меня? Вообще-то ты зверушка брата, не забыл?