Мечта цветет за тридевять земель

Глава 8.

Покои стража делились на несколько комнат. В передней вместе с мужчиной, похожим на охрану, осталась караулить и моя ненарочная дуэнья.

-Она не пойдет с нами? - спросила я Эрана, не зная, что думать. На человека дурного он похож совсем не был. Но откуда мне знать, что это не маска?

-Со мной вам не угрожает опасность. Ей это известно. Зато мне с вами нужно поговорить.

Он оставил меня стоять перед входом в комнату, похожую на рабочий кабинет, разве что очень большой и с убранством из хрусталя и парчи. Сам же, скинув бархатный камзол, остался в одной белой рубашке и брюках. Сапоги снимать не стал, однако в углу, под креслом, я заметила чьи-то меховые тапочки.

Мужчина подошел к столику у стены и налил себе что-то в бокал из находящихся там бутылок с разноцветной жидкостью.

-Не хотите выпить? Обещаю сыворотку правды не подливать,- он постарался пошутить, но усмешка быстро сползла с его лица, когда наши взгляды снова встретились.

-Вы сошли с ума?- настороженно спросила я, в любую секунду готовая развернуться и выбежать через дверь позади меня. Благо он ее не запер.

Мужчина хмыкнул, брови его подскочили, а взгляд стал невидящим, словно он спрашивал о чем-то у самого себя. Он отпил желтоватую жидкость из своего бокала, и лицо его прояснилось, будто жидкость помогла ему опомнится.

-И вовсе нет,- пробормотал он и чем дольше он смотрел на меня, тем веселей становился его взгляд.

Да что это с ним? Это именно то самое, что имеют ввиду девушки, говоря, что своей красотой и любовью сводят мужчин с ума? Это так происходит? Правда, в меня-то никто не влюблен.

-Тогда почему вы так себя ведете? О чем вы хотели поговорить? Разве мы пришли в ваши покои не ради дела?

Он усмехнулся.

-Разумеется. Кстати, в этих бутылках нет никакого алкоголя, только волшебные снадобья, со вкусом которых экспериментирует мой повар ради тренировки собственного профессионализма. И, отвечая на ваши вопросы- я даю время.

-Для чего?- все меньше и меньше понимала я.

-Для воспоминаний, потому как в отличие от вашей моя-то память, похоже, помнит больше и лучше. А ведь мы даже не были детьми,- хмыкает он. - Скажите, вы всегда забываете тех, кому дарите свой поцелуй? По вашим словам он был первым, но теперь я начал сомневаться в своей особенности.

Сперва я подумала, он с кем-то меня спутал. Затем, что он страж, а стражи заперты здесь и ни при каких обстоятельствах не могут покинуть владений замка. Ну а после, заметив десятки небольших картин, развешанных по всему кабинету, занимая все свободное пространство их стен, меня осенило.

Ой, нет-нет-нет! Неужели?

-Вы много путешествовали,- пробормотала я и воскликнула, словно меня кипятком ошпарили.- Раньше у вас был другой цвет волос!

Он всплеснул руками, показывая, как рад.

-Ну наконец-то! Да, я много где побывал. И где-то вместе с вами. Я красил волосы, чтобы как можно меньше напоминать себя обычного. Когда путешествуешь со всеми удобствами, какие способны позволить себе лишь состоятельные люди, а светловолосых королевичей не так уж и много в Предмирье, кто-то точно догадался, чей я сын.

-Вы сказали мне, что художник, которому покровительствует княжеский род. Вы мне солгали.

Я испытывала легкую обиду из-за этого теперь. Легкую, потому что обескураженность занимало все остальное место в моей груди, вытесняя иные эмоции.

Очевидно, что все картины со всех этих красивых мест писал он сам. Я знала, ведь некоторые из них он творил при мне.

-Прости меня, Мари,- назвал он меня, как в прежние времена. - В конце концов мне стоило рассказать. Или же…,- он с намеком поглядел на меня,- я оказался прав, не делая этого. Скажи, ты целовала всех привлекательных незнакомцев?

Щеки у меня загорелись. Это случилось три года назад. Я грезила о дальних странах и новых впечатлениях настолько рьяно, что в итоге, несмотря на отказ матушки, пробралась в одну из гостевых карет и в тайне спряталась в ее багажном отсеке. А потом, когда они сделали привал, выбралась, чтобы никто не увидел. Мои похождения продлились несколько месяцев, и я сильно заставила поволноваться домашних. В шестнадцать я ощущала себя настоящей бунтаркой, и то был бунт. И я не жалею о нем, если честно, хотя тысячу раз потом извинялись перед матушкой за те седые ее волосы, что еще долго не проявились бы без моей помощи.

До сих пор та история оставалась единственным временем, когда я бывала вне пределов нашего княжества Сантореи.

-Нет,- я покачала головой, краснея еще пуще и вздохнула, надеясь выпустить хоть малую долю смущения с этим воздухом. - Ты единственный. Ты казался не таким, как все,- я невесело усмехнулась и подняла взгляд на него,- так, я погляжу, и оказалось. Страж,- с вызовом назвала я его по его условному сословию, так как стражи на самом деле находились превыше всех сословий.

Он подошел ближе, взгляд мой уперся в изгиб его шеи из-за того, что он был выше меня на пол головы. Между нами осталось расстояние меньше чем в длину локтя.

-И ты не хотела бы продолжить начатое нами в прошлый раз?- тихо спросил он.

Вот что. Он просит остаться с ним в замке? Раз мы находились в столь близких, пусть и неопределенных отношениях, он вероятно хотел бы, чтобы избранной стала я.

Но именно этого я сейчас боялась больше всего на свете.

-Дело не в тебе,- сглотнув, также негромко ответила я.- Посмотри на количество своих картин,- я махнула рукой в сторону столика с бутылками, над которыми были развешены разномастные деревянные рамки. -Я еще не успела увидеть мир. В отличие от тебя. Но я хочу. Нечестно, что этот отбор произошел так не вовремя. Помнишь, как мы расстались?

-На твой след напали войны твоей матери,- глубоким голосом произнес он и в его тоне я услышала понимание наперевес с тяжестью принятия. -Я обещал навестить тебя, однако из замка слуги известили меня, что болезнь отца стала тяжелой, и мне пришлось вернуться да уже навсегда,- и не дав мне вставить слова, продолжил. -Да, я видел много, Мари. И ты- та, на кого единственно я желал взглянуть еще раз. Создатель исполнил мое желание, я благодарен. Достаточно и того, что я от тебя уже услышал,- сказав это, он коснулся голой кожи моей руки. -Я и не думал принуждать тебя составить мне компанию, раз мы знакомы. Я лишь думал, ты почтишь это за очередное приключение,- он поднес мою руку к своим губам, не выпуская моего взгляда из своих бесконечно голубых глаз, таким образом давая понять- он готов меня отпустить.