Мечта для мага

50. Лиззи Ларчинская

Желание убежать не просто усилилось, оно стало нестерпимым. И я даже вцепилась в складки платья, будто так можно было удержать себя на месте. И огромным усилием воли сдержалась, чтобы не рвануть на всех парах из гостиной. Да и едкая ржавчина с наблюдением за Вольдемаром, обойдусь без аргументов или вовсе без наблюдения! Князь с размаху рухнул в кресло и уставился на меня с непонятной смесью чувств, а у меня зашевелились волоски под корсетом - то ещё неприятное ощущение, скажу я вам...

- Лиззи, милая! Мне тоже во время засыпания часто приходят идеи!

Ну подумаешь, новость. Чего же из-за этого так вскипать? Я во все глаза смотрел на взволнованного князя и боковым зрением уловила движение. Оказалось, это княгиня с сардонической улыбкой качала головой.

Представляю, каково ей жить с таким вот то и дело восторженно прозревающим мужем.

И сейчас глядя на Ольгу Леоновну, понимала: судьба благоволит ко мне, именно так расположив события, а я приняла правильное решение после встречи с Ираклом, уже не моим Ираклом - мне замуж выходить не стоит. Вскакивающая по ночам с криком «Идея!» я, мои странные для женщины увлечения, кузня, мастерская, железо и смазка, алхимия и инструменты - кому такое понравится? 

Такое точно не для мужа. Не для семьи.

Для семьи - это когда мужчина приходит из лавки или со службы, и всё, его голова больше не занята делами. Сразу вспомнился папенька, как он заходил в дом, сбрасывал на руки Прохора сюртук или шубу, кряхтел, снимая сапоги, улыбался мне устало, поднимался к себе. Потом, когда он уже в домашнем, сидел за столом, было видно, как он устал - руки двигались медленно, голова не поворачивалась, а под глазами были тени.

Когда ужин заканчивался, батюшка усаживался, вытянув ноги зимой - к камину, летом - на веранде. А я пристраивалась рядом и рассказывала о своём дне. Болтала без умолку, вертелась вокруг него, тормошила.

И когда папенька обнимал меня наконец, сжимал в объятьях, я понимала - ну вот, отдохнул. А отдохнув, он уходил в свой домашний кабинет, и снова там что-то считал, читал, писал в большие толстые книги или черкал на листочках.

 Да, мой батюшка тоже был увлечён своим делом, но это не мешало ему быть хорошим семьянином и лучшим в мире отцом.

Вот только он был мужчиной. И у него не было жены.

Да...

Я задумалась: каково это было, если бы у него была жена?

И снова посмотрела на Ольгу Леоновну. Вот так бы это и выглядело - она тихо качает головой, отвернувшись в сторону, вздыхает.

А если бы на месте князя была его жена с таким вот отстранённым взглядом, шевелящимися губами?..

Я только усмехнулась - нет уж. Я полностью права: жена-изобретатель, жена-механик, жена, помешанная на железках - плохая жена. Мужчины любят, чтобы женщины окружали их вниманием, чтобы восхищались ими и поддерживали во всех их начинаниях. Чтобы делали дом уютней, следили за свежестью и разнообразием пищи,  и за чистотой и опрятностью одежды. А такая скука -  точно не моё.

Нет, я не хочу семью.

Ещё с Ираклом я бы подумала об этом... Но кроме него, достойных внимания мужчин я не видела. Иракл же никогда не станет моим, да и я ему такая не нужна. 

Решено: никаких мужчин, а моя любовь отныне одна-единственная, и это механика!

Я подняла глаза и встретилась с вопросительным взглядом гранд-мэтра.

- Да? - уточнила я. Может, и я прослушала что-то, объясняясь в любви любимым железякам и ставя мысленно крест на всех своих любовных историях разом?

- А как сделать так, чтобы это состояние засыпания продлить? Ведь не всегда получается проснуться, чтобы записать идею. Эх... Сколько же их так и пропало во сне!

Он горько сморщился, вспоминая, видимо,  кладбище собственных идей. И судя по горькому выражению лица, кладбище было большим.

- Не знаю, - протянула я, размышляя, что нужно сделать, чтобы мгновенно выйти из сна. - Спать в неудобной позе? Чтобы просыпаться, едва заснёшь. Ммм... Сидя?

И я вопросительно глянула на гранд-мэтра. Он был задумчив и явно сомневался.

- И держать что-то тяжёлое! - выдала я быстро. - Чтобы оно выпадало из рук, как только заснёшь, и грохотало!

Его сиятельство смотрел перед собой, и я воочию увидела, как в голове у него  галопом неслись мысли.

- А если не очень-то хочется спать? - пытливо сощурился он, выныривая из своих мыслей.

Тут я легко ему могла подсказать и даже улыбнулась:

- Ну так не поспите пару ночей, будете и стоя засыпать.

Взгляд графа снова уплыл куда-то вдаль, он подпёр рукой подбородок и пробормотал: «Очень интересно... Очень...». Княгиня отвернулась и прикрыла лицо ладонью. Её тяжкий вздох и покачивание головой подсказали, что я, кажется, нарушила покой этой семьи - новые опыты, бессонные ночи... а ещё шум падения тяжёлых предметов.

Мне стало ужасно неловко - вот ведь сболтнула, отплатила за всё добро, что княгиня для меня сделала! Теперь ей терпеть грохот и... не знаю, может и ругаться с мужем?

Представилось, как князь, сидя на стуле, засыпает, в руках - две чугунные болванки, они с ужасным грохотом падают, сотрясая стены особняка. Падают на пол и на ногу князя. Ой, ой, святая механика!