Мечта для мага

89. Эрих Зуртамский

Улыбающийся князь встретился мне раньше - когда я, тяжело дыша, шёл от развороченного полигона. 

- Что это ты, Зуртамский, опять полигон перепахал?

Я дышал тяжело, хотя чувствовал себя намного лучше. Но мне однознчно не было весело. Однако, вежливость - достоинство аристократа, потому ответил сдержанно, без улыбки:

- Застоялся на вакациях, ваша светлость, магии выход нужен. 

- Это хорошо, Зуртамский, это хорошо. Уметь вовремя выплеснуться дорого стоит. Какие-то новости есть?

- Да, есть одна, как раз хотел спросить, если позволите, - и вынул из кармана розовую карточку с серебристыми голубями. - Вас можно будет поздравить?

Князь глянул вопросительно и удивлённо.
- Откуда?

- Ваша дочь, - я намеренно сделал паузу. -  Пригласила.

Может, папенька девчонку повоспитывает, пользуясь случаем?

Но его светлость, казалось, не услышал двусмысленности в моей фразе. Нет, он погрозил  пальцем мне. Погрозил со словами:

- Эрих, будь осторожен с моей дочерью. Она слишком ветрена и непостоянна. И... ей только шестнадцать.

Ничего себе! Вот как это нынче называется?

Девушка без ведома родителей пригласила мужчину на бал - само по себе неслыханное дело, а её отец предупреждает меня? Это, оказывается, не глупость, не отсутствие воспитания, не неподобающее поведение? Ах да, это же ветреность и непостоянство. Потрясающе! Ну что ж...

- Да, мэтр, я помню, - отвесил вежливый поклон, в тайне надеясь, что отец объяснит девчонке, что мне она не нужна. - Вам не стоит беспокоиться за свою дочь. Она прекрасная девушка, обворожительная и красивая, но... моё сердце принадлежит другой. Так что...

Я развёл руками и опустил глаза. Пусть лучше это выглядит как смущенье, чем... как-нибудь иначе.

- Эрих! Вас тоже можно поздравить?! - князь воскликнул так, будто получил потрясающе важную и приятную информацию.

- Пока ещё рано о чём-то говорить, - я справился с чувствами и поднял на мэтра глаза. - Мне ещё предстоит завоевать ту, что царит в моём сердце.

- Ну что же, - князь похлопал меня по плечу по-отечески, с улыбкой, - желаю тебе успеха, Эрих. Надеюсь, что у вас всё сложится хорошо. А пока разрешаю тебе побыть кавалером моей дочери, раз уж ты не представляешь для неё угрозы.

Он засмеялся своей нелепой шутке. Я вежливо улыбнулся, чувствуя, что полигон снова притягивает меня с невероятной силой. Но нужно  было успеть привести себя в порядок и быстро найти фрак.
 

Помолвка молодого князя Делегардова проходила в тесном семейном кругу - только ближайшие родственники со стороны жениха и невесты. Что ж, всё правильно, к гостям, что начали съезжаться на бал, выйдет уже помолвленная пара: слушать поздравления, пожелания любви и счастья, поздравления и шутки о скорой свадьбе.

Марая висела на моей руке, улыбалась, счастливая и сияющая, снова и снова вопросительно заглядывала мне в глаза, ждала чего-то. А я смотрел по сторонам, ожидая и страшась увидеть Лиззи.

Я не нашёл её в академии. Пришлось даже подпоить привратника, чтобы убедиться, что моей девочки в академии нет. Неужели она не вернётся? Неужели после помолвки она уйдёт из академии? Холод закрадывался в душу и тяжёлой леденящей змеёй сворачивался там, раня и замораживая всё внутри.

Её я увидел только сейчас.

Все выстроились перед возвышением, на котором стояли сияющий гранд-мэтр, Вольдемар Делегардов и мальчишка-паж. Невысокий толстячок с блестящей лысиной степенно вывел Лиззи из боковой двери. Они шли к возвышению медленно и можно было подумать, что торжественно. 

Я пытался рассмотреть её лицо из-за спин гостей - Марая всё же не решилась провести меня вперёд. Она что-то тихо говорила мне едва не в ухо, но я не прислушивался - между гостей увидел её, мою Лиззи. Я был не в силах отвести взгляд от бледного, застывшего лица моей девочки.

Она двигалась медленно и, казалось, не спешила туда, где ждал её Вольдемар. Разве такими бывают счастливые невесты?!

Но что я знаю о невестах? А о счастливых - тем более...

Сердце сжималось, не верилось, что вот она, моя Лиззи, ещё чуть-чуть и станет чужой. И я пустил маленький воздушный поток, что обернулся вокруг её шеи и вернулся ко мне. Счастье? Счастьем здесь и не пахло! Обречённость - вот что это было! А значит...

- Погодите! - сказал я тем, кто стоял на возвышении, и попытался стряхнуть тяжесть, не дававшую мне сделать шаг вперёд. Дёрнул рукой раз, два, стараясь освободиться,  позвал: - Лиззи!

Наконец, то, что мешало, отцепилось от моей руки, и я сделал несколько больших шагов, раздвигая людей, закрывающих от меня Лиззи.

А следующий шаг неожиданно перенёс меня к моей девочке, и мгновеньем позже я уже смотрел в глаза, полные ненависти и отчаяния, в глаза Мараи.

Смотрел с возвышения.

Услышал, как за спиной кто-то судорожно  подавился вдохом. Вокруг раздалось дружное «ох!», а мне в грудь влетело чёрное заклятье.

Мгновенье, взрыв.

Всё...