Мечта моей жизни

Глава 1. Эхо из прошлого

Диана родилась в Атлантиде — белом городе посреди океана.

С моря он казался миражом: мраморные башни, ажурные мосты, гавани с кораблями под алыми парусами. Чайки кружили над портом. В воздухе пахло солью, цветущим жасмином и свежим хлебом из пекарен Нижнего города. Улицы, мощённые светлым камнем, звенели под ногами. Каналы с прозрачной водой пересекали остров во всех направлениях, и по ним скользили лодки с весёлыми лодочниками.

Диана не помнила матери. Та умерла при родах, оставив дочери только имя, серебряный браслет с гравировкой и прямую линию крови — старшую ветвь королевского рода. Отец погиб ещё раньше, во время войны с Афинами. Так что с младенчества Диану растили во дворце — вместе с кузиной, дочерью короля.

Девочки росли как сёстры. Они бегали босиком по мраморным залам, прятались в библиотеке между стеллажами, шептались по ночам под одним одеялом. Кузина была младше на два года — звонкая, смешливая, с ямочками на щеках. Диана — серьёзная, молчаливая, с вечно нахмуренными бровями. Но вместе они составляли одно целое.

Королева, мать кузины, была к Диане добрее, чем положено тётке. Она гладила её по голове, когда та плакала. Рассказывала сказки на старом языке — о Посейдоне и Клейно, о первых царях Атлантиды, о кристалле Сердцевины, что даёт королевскому роду долгую жизнь. Называла дочкой.

Диане было десять, когда она впервые спросила у королевы:

— Почему вы называете меня дочкой, если я не ваша дочь?

Королева помолчала. Потом присела рядом, взяла её за руку и сказала:

— Потому что ты — наследница. Трон Атлантиды передаётся по женской линии. Твоя мать была старшей сестрой короля. Значит, ты — следующая королева.

— А как же кузина?

— Кузина будет принцессой. А ты — королевой. Так велит закон.

Диана запомнила этот разговор на всю жизнь.

В день, когда ей исполнилось шестнадцать, собрался совет старейшин. Двенадцать старцев в белых мантиях, с посохами из чёрного дерева, расселись вокруг круглого стола в главном зале дворца. Король, её дядя, сидел на троне. Королева стояла рядом с ним. Кузина сидела на скамье у стены — растерянная, непонимающая.

Диана вошла в зал с гордо поднятой головой. На ней было белое платье с серебряным поясом — наряд наследницы. Она знала закон. Трон Атлантиды передаётся по женской линии. Старшая дочь старшей дочери. Её мать была старшей. Теперь она.

— Мы собрались, — начал король, не глядя на неё, — чтобы решить вопрос о престолонаследии.

Диана стояла прямо. Сердце билось где-то в горле, но она не показывала волнения.

— По древнему закону, — продолжил король, — трон переходит к старшей дочери старшей ветви. Но времена изменились. Атлантиде нужна сильная правительница. Та, кого знает и любит народ.

Он повернулся к кузине.

— Моя дочь — вот будущая королева.

В зале повисла тишина. Диана смотрела на дядю и не узнавала его. Ещё вчера он называл её «племянницей» и спрашивал, как у неё дела. А теперь он отдавал её трон своей дочери — просто потому что мог.

— Это против закона, — сказала Диана. Голос прозвучал ровно, хотя внутри всё дрожало.

— Закон изменили, — ответил король. — Старейшины проголосовали.

Диана обвела взглядом старейшин. Они сидели, опустив глаза. Кто-то теребил посох. Кто-то разглядывал узор на столе. Никто не посмотрел на неё.

Королева подняла руку, будто хотела что-то сказать. Но король взял её за запястье, и она промолчала. Только в глазах у неё стояли слёзы.

Диана вышла из зала, не поклонившись. За её спиной старейшины зашептались. Кто-то сказал: «Жаль девочку». Кто-то: «Так надо». Она не обернулась. Только в коридоре, одна, прижалась лбом к холодной стене и стояла так долго, пока шаги не стихли.

С того дня она осталась во дворце — но уже не как наследница, а как защитница. Полезная. Опасная. Её силу уважали, но её саму держали на расстоянии. Королева больше не называла её дочкой. Кузина всё ещё улыбалась, но теперь между ними стояла тень.

А потом небо раскололось.

В тот день Диана стояла на смотровой башне и видела волну.

Сначала была вспышка — ослепительная, белая. Потом грохот. Он шёл из глубины, из самого сердца острова. Земля задрожала. Мраморные плиты пошли трещинами. В храме Посейдона зазвонили колокола — сами собой, без звонарей.

Волна поднималась из океана — не стихийная, не рождённая ветром, а направленная. Словно кто-то ударил по воде снизу. Она была выше городских стен. Выше храма. Выше всего.

— Защитница! — крикнул кто-то снизу. — Сделай что-нибудь!

Диана выбросила руки вперёд. Свет Сердцевины хлынул из ладоней — та самая древняя энергия, что текла в крови королевского рода. Свет ударил в волну, и та на миг замерла. Задрожала. Но удержать её было невозможно.

Внизу люди бежали. Матери хватали детей. Стражники пытались удержать порядок. Королевская семья покидала дворец. Король тащил дочь в подземное убежище. Королева замешкалась на ступенях. Белый луч ударил с неба — и она исчезла. Не упала, не вскрикнула. Перестала быть.

— Мама! — закричала кузина.

Король схватил дочь и побежал. Он не оглянулся. Ни на жену. Ни на Диану.

Волна накрыла Нижний город. Вода хлынула в улицы, заполнила храмы, перевернула корабли. Диана всё ещё держала щит над дворцом — из последних сил, из чистого упрямства. Она слышала крики внизу.

— Никчёмная!

— Она не справилась!

— Это из-за неё!

Когда щит рухнул, мир погас.

Очнулась она на берегу.

Чужой берег. Холодный, каменистый, заросший жёсткой травой. Океан был серым и спокойным. Диана лежала на песке и смотрела в небо. Одежда промокла. Рядом никого. На запястье — серебряный браслет матери. Единственное, что осталось.

Она села и заплакала.

Плакала долго, навзрыд, как в детстве. О королеве, которую любила и которая её предала. О кузине, которая стала чужой. О дяде, который украл её будущее. О городе, который её ненавидел. О себе — одинокой, выброшенной на край света.