Мечта на ладони

Глава 4

Шок, паника и непонимание охватили разом всё моё тело. Всё связные мысли разлетелись словно по команде. А я так и стояла, с бельём в руках. Бестолково хлопала глазами и беззвучно открывала рот в попытке вымолвить хоть слово.

— Да, да! Мне тоже приятно оказаться в одной компании. — улыбка мужчины была широкой и обворожительной. Я неосознанно засмотрелась, — Пташка, вещи говорю, давай. Эту прекрасную леди нужно одеть потеплее. — Он слегка приподнял Милли на руках. Видимо, боялся, что я перепутаю.

Я засуетилась. Одежда для Милли уже лежала на кровати. Только стоя рядом с Льюисом я осознала сразу две вещи. Первое, он адекватен. Второе, пытается сбежать с женщиной на руках. А потом, как молотом по голове ударило:

— Что ты сделал с Мартином? — гнев затопил меня целиком. Жар негодования поднимался от самых ног до кончиков ушей, смывая страх и другие эмоции.

— Ты так мило краснеешь, — казалось, улыбка Льюиса стала ещё шире, но взгляд оставался холодным. — Ваша травка вырубает мгновенно. Я испытал на себе её действие ещё до появления здесь. Оклемается он, не пыхти.

— Ты его усыпил?

— Только за то, что ты так обо мне «заботилась», поднося ложку к губам, тебя не усыплю. Но помощи попрошу.

— Угу, помочь украсть пациента! Ты точно не в своём уме. Отнеси Милли обратно. — не умела я говорить требовательно, получалась тихая мольба.

— Так, мне это надоело. — Льюис с Милли на руках протиснулся в мою комнату и положил девушку на кровать. Я при этом была оттеснена в угол.

От осознания, что Мартин спит, стало немного легче. Отходить, конечно, противно, но не смертельно. Следующая мысль меня снова заставила беспокоиться: «Я одна! Рядом вполне вменяемый или не очень, но сильный мужчина и он намерен удрать».

— Льюис, ты ведь несерьёзно собираешься с Милли на руках бежать? — на мой вопрос мужчина отвлёкся от одевания спящей. — Мы на острове. Сейчас хоть и лето, но очень холодно. На улице мороз и ещё лежит снег. Куда вы пойдёте?

— А куда собралась ты? — его взгляд упал на мой чемодан. Этим Льюис красноречиво показал, что не мне сто́ит говорить о разумности действий.

— Ну…Я…— ответа так и не нашлось. Посмотреть на Льюиса не смогла, поэтому сосредоточила свой взгляд на почти одетой Милли.

— Вот! Раз уж бежишь, то беги. А не хочешь, тогда другим не мешай. — из-за шока я сразу не заметила, что и мужчина уже одет в тёплую шубу.

— Посторонись! — было, его единственное прощальное слово.

Я так и стояла некоторое время, обуреваемая потоком разных эмоций. То краснела, то хмурилась. С другой стороны, останься Льюис в пансионе, его бы уморили. Накануне я была настроена спасти этого мужчину, при любых обстоятельствах. Но он спас себя сам. Ещё и несчастную Милли прихватил.

За остальных я не переживала. Они были либо не в своём уме, либо давно привыкшие к местному порядку. Вот только… Не знала, как побег двух пациентов, и мой уход скажется на Мартине. Если останусь я, то лечить свои раны буду ещё очень долго. Меня управляющая не пощадит.

«Наверное, даже к лучшему, что Льюис накачал его снотворным. Так, подозрение с Мартина полностью будут сняты. Может, Винсент не станет вымещать злость на нём. По крайней мере, первые три дня пока он спит, так точно».

Решение я приняла так же импульсивно, как и вечером, когда кормила Льюиса. Мало подумала, не взвесила и не успела представить возможные последствия. Надела шубу, взяла уже собранный чемодан, и не проверив друга, вышла за главную и единственную дверь пансиона Густа.

Холодный ветер с океана обдавал не только лицо и руки. Он проникал в самую душу, охлаждая каждый её уголок.

Мне было страшно. Оттого каждый хлёсткий удар, наносимый порывами ветра, ощущался как пощёчина. Я не знала, что меня ждёт. Не знала, как справлюсь на корабле и справлюсь ли… Все мои попытки оказаться среди людей оканчивались дурнотой, головокружением, а иногда и обмороками. Конечно, я практиковалась. Но больших достижений не было.

До бухты дошла быстро. Каждый шаг приближал меня к мечте, но отдалял от привычной жизни. Ноги стали, словно чужие, механически несли меня вперёд: отвлекая от водоворота мыслей. Только ветер оставался неизменным. Он всё так же бил по воспалённым щекам и морозил каждую клеточку моего тела.

Вскоре послышались голоса рабочих, загружающих корабль и людей стоящих в отдалении, ожидающих посадку. Приближаться я не стала. В предрассветной тьме меня вряд ли бы узнали, но мне хотелось отсрочить появление среди людской толпы. Чем меньше людей будет меня окружать, тем больше шанс устоять на ногах.

— Пташка! — негромкий голос над самым ухом заставил меня вздрогнуть. — Я всё думал, решишься или нет. — в словах мужчины явно слышалась издёвка.

Ответить было нечего. Меня охватило чувство стыда, но даже сама себе не смогла объяснить за что. Взгляд устремился куда-то сквозь мужчину, и я спросила то, что меня беспокоило больше всего:

— Льюис, позаботься пожалуйста о Милли. Куда ты её отвезёшь? — бровь мужчины медленно поползла вверх. Он продолжал удерживать Милли на руках и не выглядел уставшим, хоть и прошёл не одну сотню метров.

— Неужели, пташке не безразлична судьба очередной сумасшедшей? — уголок его губ приподнялся в ухмылке, а взгляд стал ещё холоднее. В восходящем солнце черты лица мужчины заострились и делали его похожим на хищника.