Мечты Кракена

Часть 2. Под водой

Точного ответа на этот вопрос Кали Мари не знала. Она хотела найти любую информацию о Уилле Тёрнере – для этого необходимо общаться с другими кальмарами. Также, стало ясно, что теперь придётся трудиться в совершенно другой сфере, уровнем повыше, скорее всего охотницей. Но вот как именно устроиться на работу оставалось загадкой. Она в задумчивости собирала по своей пещере вещи, готовясь к переезду, и рассеянно гоняла мелкого краба. После того, как Кали Мари вместе с Акватием покинули логово морской ведьмы, он проследовал за ними вплоть до жилища создательницы. У Мари не хватило духу выгнать из дому своё творение. Теперь краб убирался в пещере, проверял почту и учился ракушечной письменности. Кали Мари уложила последний каменный том стихов в походную раковину и захлопнула створки. Готово. Теперь только ждать. Она договорилась с Акватием, что тот передаст её резюме на биржу труда головоногих. Начальство, как ни странно, очень спокойно восприняло превращение одной из сотрудниц в совершенно другой вид. Всё списали на «несчастный случай при работе в зоне с повышенной магической активностью». Похоже, больше боялись, что она поднимет шум – послали двоих (официально – одного) рабочих в опасную местность без защиты и специальных приспособлений. Попахивает отмыванием зелёных водорослей на государственные нужды. Всем сильно повезло, что она не превратилась во что-нибудь более крупное и неуправляемое. О крупности – она растёт. И дело совершенно не в лишнем весе. Кали Мари чувствовала, что с каждым днём становится чуточку больше – мышцы увеличивались, щупальца удлинялись. Чем активнее она двигалась, тем быстрее шёл процесс. Она ощущала, как сила наполняет её. Молодая хищница ещё не решила, радоваться этому или пугаться, но начала пристальнее следить за собой, чтобы случайно не навредить другим.

От нечего делать, то есть, тренировки ради, они играли с крабом в прятки-догонялки. Он убегал и прятался в песке, едва она настигала его. Кали Мари училась целиться ловчими щупальцами, чтобы схватить краба, как только он снова появится из песка. Пока счёт шёл не в её пользу – для бывшего коралла проворности её творению было не занимать. С таким результатом в охотницы её не возьмут. Кали Мари сосредоточилась и выглянула из засады меж двух камней. Ага, вот ты где сидишь. Этот булыжник тебя не спасёт, даже не думай, водоросли коротковаты будут, а дальше всё голо и только по прямой до следующего песчаного заноса. Вот мы и посмотрим, кто быстрее! Тем временем краб без особой надежды рассмотрел булыжник, нервно переступил с ноги на ногу, повращал глазами на стебельках (это жульничество какое-то – такие глаза иметь!), заметил охотницу и поскакал вперёд. Впрочем, не так. Вернее – в противоположную сторону от соперницы. Или – куда угодно, только не вперёд. Хитрая глазастая горстка хитина на ножках виляла изощрёнными зигзагами, не давая Кали Мари даже шанса прицелиться. Едва ей удавалось оказаться прямо перед ним, краб тут же менял направление движения, а молниеносная хищница по инерции уплывала дальше, обеспечивая ему время для отхода. Песчаные наносы неумолимо приближались, а Кали Мари не видела возможности перехватить наглеца. Последний рывок! Ловчие щупальца постригли пучок водорослей в сантиметре от краба. Добыча довольно закопалась в песок. Кали Мари изобразила витиеватый жест, очень похожий на древнее проклятие. В переводе оно примерно обозначало: «да быть тебе зажаренным во фритюре с сырной корочкой». К счастью, краб сидел в песке и не видел, что дама с высшим образованием знает такие страшные выражения. Кали Мари кружила над ним и усиленно размышляла, как подобрать нужный момент для атаки. Чем больше она тренировалась, тем лучше получалось работать новоприобретёнными конечностями, но что-то она упускала из виду. Прямо как этого наглого краба. Кали Мари глубоко задумалась. Справа от неё что-то зашевелилось. Увлечённая цепочкой размышлений, она лишь краем глаза взглянула в ту сторону и махнула щупальцами, чтобы устранить источник шевеления. Не помогло. Что-то продолжило копошиться и ущипнуло её за щупальце. Кали Мари обернулась и удивлённо воззрилась на краба в одной из своих конечностей. Щупальце крепко обхватило субтильное тельце, в глазах на стебельках застыло поражённо-жалобное выражение: «не убивай, хозяйка! Я хорошим буду, обещаю!» Кали Мари ослабила хватку, краб плюхнулся обратно на песок и уставился на неё со смесью страха и уважения. Понятно. Значит, она всё это время подсознательно сдерживалась, а стоило ослабить контроль и вот – одним крабом могло стать меньше. Ну и дела… Она посмотрела на краба – тот легкомысленно развёл клешнями: «А что поделать?» Потоптался вокруг своей оси, огляделся, увидел пустую раковину и залез в неё. Кали Мари недоумённо повернула тушку на бок: «И зачем это было нужно?» Из раковины вылезла одна клешня и пощёлкала: «Давай уже, а то весь день так просидим». Кали Мари неуверенно затрепетала головными плавниками. Клешня выразительно постучала по раковине: «Она крепкая». Грозная хищница смущённо переплела щупальца: «А вдруг…?» Клешня исчезла. Кали Мари не отводила взгляд. Неподвижная раковина умудрилась всем видом выказать протест: «Ни за что отсюда не выйду, только если ты сама меня вытащишь». Кали Мари отвернулась: «Больно надо». Из раковины донёсся насмешливый щелчок: «Сдаёшься?» В ответ полетели щупальца.

Как только Кали Мари убедилась, что раковина по-настоящему крепкая, тренировка превратилась в удовольствие. Начинающая охотница быстро подкидывала раковину повыше, краб выжидал и резко щёлкал клешнями, в ответ его тут же охватывали щупальца. Теперь она не промахивалась, лишь иногда ракушка выскальзывала из её хватки, когда Кали Мари пыталась мягче ухватить «добычу». Ещё один бросок, щелчок, рывок – краб у неё в объятиях. Из раковины вылезли две клешни и бодро защёлкали: «Отлично поймала! Только хватай жёстче, а то я уже засыпаю, убаюкала». Кали Мари возмущённо вспыхнула разными цветами и затрясла раковину: «Я тебе покажу, убаюкала! А ну вылезай оттуда!» Краб залихватски защёлкал: «Кальмаров не боимся, в ракушке отсидимся!» Кали Мари сурово скрестила щупальца: «В песок закопаю и камнем накрою, понял?» Из раковины высунулась заинтересованная крабья физиономия: «Правда-правда?» Стебельки повстречались взглядом с большими и глубокими, как морская бездна, глазами Кали Мари: «Хочешь проверить?»

К пещере Кали Мари подплыл гружёный документами Акватий – по шуму он легко определил, где найти охотницу и её «жертву». Не мешая процессу так называемой тренировки, он разложил свою ношу, расчистил для себя место на дне, удобно улёгся и обратился к даме с погремушкой:

– Вы наигрались?

Кали Мари и краб одновременно обернулись: она, схватив его за тушку и планомерно вытягивая из раковины, он – растопырив все конечности в бескомпромиссном сопротивлении, однако зацепившись за щупальце, чтобы охотнице было удобнее тянуть. Акватий вопросительно поднял голову. Кали Мари и краб переглянулись.

– Да? – несколько смущённо ответила охотница, как будто их застали за чем-то постыдным. Акватий только махнул ластой:

– Тогда давайте, наконец, займёмся делом.

Они устроились в треугольник вокруг документов – Акватий на камне, краб – на раковине, Кали Мари – на собственных щупальцах, паря над дном.

– Итак, – начал Акватий. – Пока вы здесь предавались дуракавалянию (Кали Мари состроила гримасу), я нашёл всё, что необходимо. За счёт того, что кальмаров с глубоководным образованием практически не существует в природе, компании устроили свару за право взять вас на работу. Естественно после того, как я разрекламировал вас как ценный кадр. Вот тут стопка предложений от высокопоставленных головоногих, желающих видеть вас своим секретарём. Все исключительно серьёзные дельцы, ищущие ответственного помощника.

Кали Мари поблагодарила Акватия, немного растерянно кивнула и просмотрела каменные таблички, старательно изображая искренний интерес. Тут всё не то, что ей нужно, но он искал, потратил много времени, будет просто невежливо сразу отказаться от помощи. Неясно, заметил ли Акватий промелькнувшее в её глазах разочарование, но, выдержав вежливую паузу, он пришёл к определённым выводам:

– Раз никто из них не достоин вашего внимания, – иронично резюмировал он, прикрыв глаза тяжёлыми веками, – предлагаю на рассмотрение работу иного толка. Уверен, вы знаете о Хранителях Океана.

И без того большие глаза Кали Мари округлились от удивления. Она требовательно посмотрела на черепаху, ожидая подробностей. Любой другой занервничал бы под её сильным взглядом, но Акватий продолжил спокойно лежать, даже не шевеля ластами. Молодой охотнице захотелось слегка потрясти его щупальцами, растормошить. Подумав, она отложила это решение на потом. Сейчас надо разобрать более насущные вопросы.

– Конечно, знаю, – нетерпеливо махнула щупальцем Кали Мари, продолжая внимательно смотреть на Акватия. – Особая группа по защите океана и контролю деятельности животных суши.

– Именно, – кивнул Акватий. – Довольно многочисленная организация, включающая большинство морских видов животных. Помимо этого, у неё есть несколько сотрудников на суше, – Акватий сделал многозначительную паузу.

– И? – вопросила Кали Мари, в ожидании скручивая щупальца кольцами.

– Хранителям постоянно требуются образованные работники с… необычными познаниями. Чтобы активно работать со всем разнообразием океанической фауны, нужны знания, выходящие за рамки обыденного межвидового общения. Вы теперь чудо природы – кальмар с большим опытом жизни в теле осьминога-мимика. Иными словами, вам известны все особенности одного вида и множество подробностей о поведении десятка других животных. Хранители заинтересовались вашей кандидатурой и предлагают должность переговорщика.

Чудо природы! Нахальство какое, возмутилась она. Тем не менее, теперь Кали Мари заинтересовалась по-настоящему. Хранителей очень уважали, а некоторые и побаивались. Они налаживали связь между обитателями всего океана и защищали их права, тайны и секреты. Выступали судьями для нарушителей, а когда дело касалось открытого браконьерства – палачами. Справится ли она с такой ответственностью?

Акватий, заметив, что его собеседница замешкалась, добавил:

– С Хранителями так или иначе сотрудничают многие важнейшие деятели океана. Взять Дейви Джонса – крупнейшего поставщика ритуальных услуг в Карибском море. Все его кракены работали Хранителями. У него долгосрочный контракт с отделением головоногих. Впрочем, вижу, вы молчите, так что перейдём к следующей вакансии… – Акватий безразлично протянул ласту, чтобы отодвинуть заветную табличку в сторону.

Такой шанс упускать было нельзя. Дейви Джонс забрал Прихлопа Тёрнера, возможно, он знает, где найти и Уилла Тёрнера.

– Я согласна! – вскричала Кали Мари, молниеносно выхватив приглашение из-под носа у Акватия. Расчётливый провокатор опустил ласту.

– О, я вижу, мне удалось вас заинтересовать! – довольно улыбнулся он.

– Будто вы об этом не догадывались! – буркнула она, надёжно спрятав табличку в переплетение щупалец. Скажите лучше, как с ними связаться?

– Напрямую, – коротко отозвался он.   

Кали Мари захватила походную раковину, и они отправились в Карибское представительство Хранителей океана. Долго искать нужное место не пришлось. В отличие от пещеры морской ведьмы, к коралловому рифу, где расположились Хранители, вела неиссякаемая очередь из жалующихся, просителей, пострадавших и страждущих. Друг за другом выстроились самые разнообразные виды, многих из них можно было увидеть вместе только здесь, так как в повседневной жизни они обитали в совершенно противоположных уголках моря. Поэтому вдоль рядов быстро и бесшумно сновали электрические скаты-хранители, следя за тем, чтобы никто из просителей не съел под шумок соседа.

При виде очереди Кали Мари стало плохо. Уж лучше бы снова дали разбирать магические побрякушки, хоть какое-то дело. Стоять тут часами в полной неуверенности, что её вообще примут, совершенно не улыбалось. Акватий взглянул на побледневшую спутницу, снисходительно улыбнулся и показал ластой в сторону от очереди. Далеко впереди, там, где в теории находился вход на территорию Хранителей, виднелась вторая арка. Она основательно заросла водорослями и выглядела редко используемой. Напротив неё стояла выложенная из камней стрелка, указывающая на главный вход.

– Нам туда, – прокомментировал Акватий.

– Там же указано, что идти сюда. Вы уверены? – засомневалась законопослушная гражданка Карибского моря.

– Уверен, – закатил глаза Акватий. – Это вход для местных работников или собирающихся таковыми стать. Пропуск по приглашениям. Впрочем, если вы хотите заодно пожаловаться на меня за использование в сортировке пещеры морской ведьмы, то вас примут в порядке очереди. В таком случае я подожду у входа.

Оставив юную хищницу кипеть от гнева в хвосте очереди, он меланхолично поплыл вперёд. Минуту спустя Кали Мари нагнала его и молча поплыла рядом, волнами излучая возмущение.

– Не думайте, что вам всё это так просто сойдёт с ласт! – наконец выпалила она. – Мне просто некогда заниматься вашим перевоспитанием, когда есть более насущные вопросы. Но мы ещё вернёмся к этой теме!

– Буду ждать с нетерпением, – лаконично ответил он, и на какой-то момент Кали Мари подумалось, что он и не иронизирует вовсе. Чтобы скрыть смущение, она ехидно щёлкнула клювом и быстрее поплыла вперёд к арке.

Кали Мари ничуть не удивилась, увидев на входе ещё одну морскую черепаху. Только они могли сидеть день-деньской в приёмной и получать от этого удовольствие. А может, Акватий воспользовался своими связями, чтобы быстрее провести её к Хранителям. Черепаха повернулась к ним, вежливо кивнула и уплыла по своим делам. Кали Мари только успела разинуть клюв, чтобы представиться, а несостоявшаяся собеседница уже скрылась за ближайшими кораллами. Это что такое?! Возмутиться хищнице тоже не дали, так как со стороны ближайшей стены тут же раздался голос:

– Ваш пропуск, пожалуйста.

Кали Мари озадаченно обернулась – когда они входили, кроме черепахи в украшенной морскими звёздами приёмной больше никого не было. Она посмотрела на стену – одна из наросших на камень ракушек приподнялась, выпустила пару клешней и усики и требовательно махала в сторону новоприбывших.

– Без пропусков сюда нельзя, вы по какому делу? – тоненьким голосом вопросил рак-отшельник.

Вот тебе и на. В необычной организации даже в приёмной необычные служащие. Интересно, как рак-отшельник сможет сдержать кого-нибудь, если ворвётся незваный гость? Кали Мари протянула табличку с приглашением и мельком взглянула на своего краба. Тот широко расставил конечности и всеми силами старался выглядеть больше и важнее. Значит, рак ещё и самочка привлекательной внешности. Становится всё интереснее. Тем временем служащая прочитала приглашение, понимающе щёлкнула клешнями, задумчиво повела усиками и указала в проём между кораллами.

– Пройдите туда, пожалуйста. Три синих столба прямо, после ведомства по делам морских ежей сверните направо. Заведующий отделением головоногих, Окто, расскажет вам всё о ваших обязанностях на рабочем месте. Добро пожаловать.

Кали Мари опешила.

– А как же собеседование? – пролепетала она. – Вы вот так сразу берёте каждого, кто к вам придёт?

Рак изучающе направила на неё усики – Кали Мари оказалась под прицелом двух тонких иголочек. Она ответила пристальным взглядом.

– Не каждого, – служащая махнула клешнёй, признав в новоприбывшей сотруднице достойную соперницу. – Хранители всегда подробно изучают личные дела своих будущих сотрудников. К нам просто так не попадают. Я, признаться, сама не ожидала, что меня пригласят, пока не получила извещение. Если хотите знать… – она дробно прощёлкала клешнями. Кали Мари узнала код, им пользовались многие девушки в институте, когда хотели посекретничать в присутствии юношей. Она едва сдержалась, чтобы не рассмеяться – её собеседницу взяли на работу после того как узнали, что она отлично знает, умеет и практикует соблазнение крабов – совершенно другого вида. Такая своеобразная «особенность» усатой вертихвостки объяснялась её врождённым даром интуитивно находить нужный подход к самым разным морским обитателям. В личной жизни она предпочитала крабов, но умела нравиться всем окружающим. Поэтому её и поставили встречать посетителей у входа. Дамы одновременно посмотрели на пыжащегося краба и понимающе переглянулись. «И как?» – подмигнула Кали Мари. «Они забавные», – повела усиками членистоногая соблазнительница.

– Удачи вам, – махнула она клешнёй на прощание. – Лёгкой работы не обещаю, но интересно будет точно.

Они попрощались. Перед тем как уйти, Кали Мари всё же спросила:

–  А как вы обеспечиваете защиту? Чтобы не зашёл никто посторонний?

– Вежливость – наше главное оружие, – скромно откликнулась рак. – Если же она не помогает, нас тут сотни на стенах, клешни у всех есть. Слышали про акустический удар?


***


Минуя ведомство по делам морских ежей, Кали Мари завернула за угол, и её снесло волной звука. В смятении она подалась назад и буквально легла на панцирь идущего за ней Акватия. Тот никак не прокомментировал падение на него грозной хищницы – не впервой ей на нём лежать – аккуратно убрал с головы щупальце и прислушался.

– Как это нет?! – громогласно разносилось по коридору. – Куда они все делись, по-вашему?! В прошлый раз тут они сотнями шатались! Не знали, куда деться от безделья!!! – ор на секунду прекратился, чтобы возобновиться с новой силой. – В отпуске?! Всем отделом?! Вы меня совсем за идиота держите?!! – ещё одна напряжённая пауза и снова взрыв. – Да не волнует меня, что у них брачный сезон! Потомство – дело вечное, а рабочий день с восьми до пяти! У меня нарушители ненаказанные плавают, а Кракены все, видите ли, размножаются!

Из-за поворота, изрыгая проклятия, вынырнула фигура. С виду незнакомец немного походил на человека, по крайней мере, гуманоидной фигурой. Но на широких плечах красовалась уменьшенная копия головы осьминога с несколько изменённой черепной коробкой, всю одежду покрыли водоросли и актинии, а клешне на месте левой руки позавидовал бы любой краб. Сотворённый Кали Мари членистоногий уже возмущённо щёлкал, вызывая соперника на дуэль. Заботливая хищница на всякий случай аккуратно спрятала своего подопечного в щупальце. За незнакомцем с усталым видом следовал умудрённый годами осьминог. Видимо это и был Окто.

– А я вам ещё раз повторяю, нет сейчас никого. И не будет, пока сезон не окончится. Против природы идти бесполезно, что вы мне предлагаете, запирать их? Они же пожрут друг друга от неудовлетворения и мной закусят, кричи не кричи – Окто философски покачал головой.

Тут на глаза его собеседнику попалась Кали Мари.

– Ага! Нет никого, говорите?! А это тогда кто?! Рыба-попугай?!

Кали Мари застыла, не зная, что делать. Окто с интересом посмотрел на неё, изучил взглядом, доброжелательно кивнул и повернулся обратно к незнакомцу.

– Это наша новая сотрудница. Она только недавно превратилась в кальмара и ещё не вошла в их ритм жизни. Тем более, сами видите, она не кракен. Крупнее обычного, но не гигантский кальмар.

– В кальмара превратиться смогла, в кракена вырастет, – категорично заявил незнакомец.

– Она ещё неопытна в таких делах, – предупредил Окто.

– Не маленькая, научится, – отрезал незнакомец.

– Вы бы хоть её спросили, – вздохнул Окто.

Кали Мари, тем временем, смотрела на незнакомца и боролась с потоком мыслей: «Какие у него замечательные витые щупальца! И так много! А взгляд! Голова странная, человеческая, но она так подчёркивает глаза! Клешня-я!!!»

Незнакомец повернулся к Кали Мари, взглянул ей в глаза и почувствовал на себе всю мощь её безраздельного внимания. Он невольно вспомнил тот момент, когда был простым моряком и встретил Калипсо. У этой девочки во взгляде была та же скрытая сила. Отогнав от себя воспоминания, он прокашлялся и обратился к Кали Мари:

– Здравствуйте, леди. Как видите, у нас сложилась весьма сложная ситуация, и без вашей помощи не обойтись. Я, Дэйви Джонс, перевозчик душ и капитан «Летучего голландца», предлагаю вам место своего Кракена. После должной подготовки, вы будете топить корабли нарушителей морских законов, поддерживая установленный веками порядок. В награду вы получите сколько угодно рыбы, и все сокровища с потопленных кораблей. Место почётное, по окончанию службы гарантирую отличные рекомендации. Итак, вы согласны? – он требовательно воззрился на неё.

«Это Дейви Джонс, «морской дьявол», тот, кто забрал Билла Тёрнера. Самый беспощадный коварный хитрец во всех семи морях. И я вот так последую за ним?»

– Да, – тихо произнесла она, и испугалась, осознав, что сама произнесла это слово. Но дело сделано, она хотела этого, теперь надо идти до конца. Её голос окреп:

– Да, я согласна, – чётко ответила Кали Мари, глядя морскому дьяволу прямо в глаза.


***


Дейви Джонс дурит всех – в этом Кали Мари убедилась сразу. Сколько бы он ни притворялся, она видела, что морские законы он и сам не соблюдает, и обязанности свои выполняет, только если они приносят ему выгоду. Кракена морской дьявол требовал, чтобы расквитаться с неким Джеком Воробьём. Хитроумный человечишка сумел обвести вокруг пальца перевозчика душ, выторговав тринадцать лет жизни для себя и своего потонувшего корабля в обмен на сто лет службы на борту «Летучего Голландца». И исчез бесследно. Кали Мари иронично зааплодировала про себя. Смелый жулик. Жаль, жить ему осталось совсем недолго. Встречу с Дейви Джонсом можно отложить, но отменить нельзя.

Она тренировалась на поприще топления кораблей изо дня в день. На все её подозрения о некомпетентности Джонса, старик Окто усмехался и успокаивал, мол все это знают, и пользуются своим положением. Топление кораблей – целое искусство. Отказаться от выполнения обязанностей нельзя, а вот выполнять их со смекалкой – вполне. Бывали случаи, когда перед самым затоплением корабля все спасательные шлюпки оказывались в полной готовности к отплытию, а на помощь бедствующим матросам уже следовало «случайно проплывавшее мимо» торговое судно. Окто обмундировал свою новую сотрудницу по первому разряду – остроконечная шипастая раковина на голову, боевые когти на щупальца. Кали Мари росла, но ещё не могла сравниться по размеру с настоящим кракеном. Поэтому приходилось работать тараном – грозная хищница подплывала к кораблю, высчитывала слабые места в корпусе, разгонялась, раскручивалась и изо всех сил врезалась в дерево, как сверло. Судно благополучно получало большую пробоину и шло ко дну. Тем временем Кали Мари выпрыгивала из воды и грозно трясла щупальцами перед впавшими в ступор матросами, чтобы те двигались быстрее к шлюпкам (если это были простые торговцы) или разбегались кто куда и тонули (если ей попадались каперы – «пират, прячущийся под чужим флагом – простой трус!»).

Джонс, конечно, выходил из себя, орал, гонялся за своенравной хищницей с саблей, а когда она совсем выросла – догонял на корабле, но когда дело доходило до открытого противостояния, всегда проигрывал её непробиваемой логике:

– Леди Кали Мари, объясните, какого чёрта моряки этой посудины погрузили все свои вещи на спасательные шлюпки и уплыли по направлению к суше за час до запланированного крушения корабля?! – распалялся морской дьявол, гневно размахивая клешнёй. Он уже был не больше крупной присоски на щупальце своего Кракена и сильно напоминал ей возмущённого краба. Она сдержала усмешку.

– Не могу знать, сэр, они мне не сообщали. Когда я подплыла к судну, команда уже удалялась от него, а при виде меня матросы только закричали: «Это он!! Как и было предсказано!» – с невинным видом развела щупальцами Кали Мари.

– Кто из этих идиотов, по-вашему, мог предсказать ваше внезапное появление? – потрясывая вьющейся бородой, гаркнул Джонс.

– Боюсь, я плохо разбираюсь в людях, сэр, и мало что знаю об их легендах. Теряюсь в догадках, как только им такое удаётся, сэр, – с холодком спокойно откликнулась автор научной работы «Особенности общения морских существ с человеком с точки зрения мифологии».

– Вы что-то недоговариваете об этом происшествии, я вижу, – прорычал первый лжец Карибского моря.

– Я быстро и успешно потопила корабль, как вы и приказывали, сэр. Если вас не устраивает моя работа, вы можете подать жалобу нашему общему знакомому, Окто, с подробным изложением причин для недовольства. Уверена, он отнесётся к этому делу со всем вниманием. На корабле было что-то важное? – подстегнула она.

– Не вашего ума дело, – слишком поспешно обрубил Джонс. – Продолжайте работать.

– Есть сэр, – бодро ответила она. Джонс, проклиная всё на свете и свет в том числе, удалился в свою каюту.


***


Шли дни, приказов становилось всё больше, Кали Мари уже без труда топила небольшие суда собственными щупальцами. Понаблюдав за её работой, Джонс признал, что она готова. Ни словом не обмолвившись, к чему именно. Все последующие дни он тщательно избегал её общества, видимо, не желая ничем выдать свои планы. Джонс мог сколько угодно орать, издеваться и наказывать своих членов команды, но перед сильной женщиной пасовал. Приказы она выполняла, да, но настоящей власти над ней он не ощущал, а гнев и ругань её, похоже, только веселили. Поэтому он скрылся, оставив Кали Мари только догадываться о своих намерениях. И на этот раз с тактикой не ошибся. В условиях полной неопределённости грозная хищница терялась. Не зная, с чем приходится иметь дело, чему противостоять, она загнанно металась из стороны в сторону, пытаясь занять себя чем угодно. Такая ситуация быстро вытягивала из неё все силы и уверенность в себе. Повремени Дейви Джонс со своим решением, и Кали Мари бы сама пошла к капитану «Летучего Голландца» за приказами. Вот бы обрадовался старый прохиндей!

Глубоко за полночь Кали Мари спасалась от бессонницы за партиями в надонные игры. Вместе с крабом они выложили игровое поле, изобразив ракушками, камнями, актиниями и кораллами легендарные мифологические места, от самых плохих до самых хороших. Акватий предоставил обширный сборник морских проклятий и пожеланий. Каждое из них могло перенести игрока либо на несколько уровней вперёд – к заветному Рыбному Раю или Крабьим Кущам, либо скинуть в Бездонную Бездну, как повезёт. У каждой мифологической местности были свои особенности – одни защищали от проклятий, другие, наоборот, исключали действие пожеланий.

– «Вас спасут дельфины», – прочитала Кали Мари на выбранной каменной табличке. – Выбираюсь из Липкого Лабиринта, но теряю при этом панцирь. Без тяжёлого панциря превращаюсь из лангуста в кого? Правильно, в креветку. Отлично, теперь меня будет полоскать в Великом Потоке. Ты это специально?

Краб подмигнул глазками на стебельках. Ни стыда, ни совести. Он вытянул свою табличку и прощёлкал описание.

– «Якорь в глотку».

– Вот-вот, так тебе и надо, – проворчала «креветка».

Краб хитро перещёлкнул клешнями и, кажется, даже вильнул задними ногами.

– Как это – «ну и что»? Когда ты успел стать кашалотом?! Не помню такого, а ну покажи! – возмутилась Кали Мари.

Краб, насмешливо приседая на каждой пройдённой местности, быстро забегал по полю, повторяя предыдущие ходы. По всей видимости, выходило, что он таки стал кашалотом, а потому «Якорь» на него не действовал.

– Жулико Бандито ты после этого, – фыркнула Кали Мари.

Следующая табличка вещала: «Вы попались на крючок».

– Ну уж нет, обойдётесь! – торжествуя провозгласила Кали Мари. – Я креветка, меня на крючок не подловить! Тем более я в Великом Потоке барахтаюсь, он меня унесёт!

И тут ей в мозг буквально вонзился образ – какой-то сильно заросший усатый пират средней степени замызганности – на голове дреды, в волосах фенечки, во взгляде азарт и обман, на поясе – черти знают, что навешано, плюс компас и пистолет. «Привлекательный дегенерат» – заключила Кали Мари. «Джек Воробей» – гулко отозвалось у неё в голове. Свинцовым шариком упал второй образ – корабль под чёрными парусами. «Найти и уничтожить. Обоих». Воля капитана «Летучего Голландца» захватила Кали Мари и потащила к цели. Теперь она не могла сопротивляться.

Краб проводил взглядом удаляющуюся создательницу.

«Унёс Поток», – подумал он.


***


Кали летела сквозь толщу воды на зов чёрной метки, щупальца мелко вибрировали от переполняющей их силы, в голове теснились чернильные, жестокие, простые и логичные мысли. Найти и уничтожить. Людям не место в море, они не соблюдают морские законы. Найти. Они ловят нас сетями и убивают гарпунами. Уничтожить. Наши виды вымирают сотнями. Найти. Чтобы стать корсетами и щётками на радость двуногим. Уничтожить. Джек Воробей поплатится за свои грехи первым. Найти и уничтожить.

Когда Кали увидела над собой рыбацкое судно, не осталось уже никаких сомнений. Она одна из Хранителей океана, её долг – защитить свой дом от любой опасности, наказать всех, кто нарушает установленный порядок. Ловчие щупальца выстрелили в цель, с глухим стуком присоски и крючья впились в корпус корабля. Кали спокойно, с выверенной силой и точностью, резко потянула судно на себя. Как только борта оказались под водой, их обхватили остальные щупальца. Посудина сложилась пополам, как раковина моллюска. Дело сделано.

«Джек Воробей», – снова простучало в мозгу. Сделано, да не совсем. Где же этот пират? Зов чёрной метки не унимался, значит, он ещё жив. Над головой мелькали тени. Кали посмотрела вверх. На поверхности воды в окружении обломков судна выделялся треугольный предмет. Зов усилился. Она выстрелила и притянула к себе находку. Приглядевшись, она узнала в предмете старую шляпу. Зов прекратился. Его здесь нет. Кали почувствовала, как в ней вскипает гнев. Люди! Вечно напялят на себя семь слоёв одежды, не поймёшь, где кончается человек, и начинается тряпьё! Пиратишка, видимо, как рак-отшельник, так долго носил эту шляпу, что практически прирос к ней, считал частью себя. Но что-то очень сильное смогло-таки оторвать её от него. В этот раз не вышло. Придётся ждать следующего зова. Кали бесшумно скрылась в тёмных глубинах.


***


Мари сидела на дне и корила себя за недальновидность. Что-то в её плане не сходится. Надо ещё раз пересчитать все факты. Стать кальмаром – есть. Вырасти в кракена – тоже есть. Привлекать к себе внимание, топить браконьеров – в планах изначально не было, но и это есть. Теперь только ждать. Ждать и ждать новостей.

Она очередной раз посмотрела на побитый, позеленевший от водорослей корабль на дне. От «Летучего Голландца» во все стороны разносились звуки органа. Капитан опять в печали. Насколько Кали Мари удалось вызнать, когда-то он влюбился в одну распутную морскую богиню, Калипсо. Он её тоже заинтересовал, и она благоволила их роману до поры до времени. Человек есть человек, с ним особенно не развлечёшься, поэтому Калипсо наделила Дейви Джонса сверхъестественной силой и, не будь дурой, скинула на него свои обязанности по сбору душ умерших в море за право один раз в десять лет видеться с ней. Всё приятно, всё логично. Если бы реже – он бы умер от старости, не дождавшись и второй встречи, чаще – надоел бы ей до ужаса. Десять лет идут, души погибших в море исправно поступают в мир иной, Калипсо тем временем увлечённо подбивает клинья к Тритону, сыну Посейдона. И сам мужчина видный (какая пышная борода, широкие скулы, а мышцы!), и на его отца повлиять можно, если осторожно. Не вышло. Трезубец папы оказался быстрее стрелы амура. Посейдон сказал своё веское «Нет», Тритон не пошёл против воли владыки морей, а распутнице пришлось быстро ретироваться, пока её не превратили в рыбное жаркое на шампуре. Раздражённая неудачей, она бродила по морям, устраивала шторма и думала, чем заглушить горечь поражения, когда, наконец, вспомнила о Дейви Джонсе и их договорённости. Обрадовавшись, что есть ещё тот, кто её бедную, несчастную обласкает, она кинулась к острову встречи. Правда, прошло уже больше десяти лет. Пятнадцать или двадцать? Ну да какая разница, мелочь какая, если любит – придёт. Явилась она на остров, а там никого. Только письмо лежит. Открывает, а там сплошные обвинения: «Ты не пришла, ты не сдержала своё слово, ты меня предала, я тебя больше не люблю». Какая наглость! Что этот гордый человечишка о себе возомнил?! Это Он должен Её ждать всегда, как попутного ветра. И благодарить за то внимание, каким она наградила его. Она дала ему такие силы, о которых он и мечтать не мог! Нетерпеливое, наглое, самовлюблённое создание! Что он сделал! Вырезал себе сердце и спрятал его, чтобы оно никогда не стало моим! Проклинаю его! Проклинаю на вечную муку! Пусть он и вся его команда сами станут бессердечными тварями, морскими чудовищами, страшнее которых не видела Бездна! Пусть эта боль преследует его во веки веков!   

А потом внезапно пиратские бароны взяли и заточили её в человеческом теле. Теперь поменялись они с Джонсом местами. Он всегда где-то в морских глубинах, а она на суше. Печально, но делу это никак не помогает – заключила Кали Мари. Теперь ещё, вместо того, чтобы самой искать сына Прихлопа, приходится гоняться за этим Джеком Воробьём. Делать ей больше нечего.

– Где Уилл Тёрнер?! – возопила она под аккомпанемент органа.

Из трюма корабля на палубу вынырнула сгорбленная фигура.

– Уилл? Мой сын? – раздался хриплый удивлённый голос.

– Прихлоп? – Кали Мари с трудом узнала своего старого знакомого. Пребывание на борту «Летучего Голландца» не пошло ему на пользу – кораллы и полипы покрывали тело моряка с ног до головы, к лицу с одной стороны намертво прилипла морская звезда. Билл Тёрнер озадаченно взглянул на собеседницу, смутно узнавая её черты.

– Да, меня так звали. Вижу, и вас Дейви Джонс к себе забрал… Вы изменились… – грустные глаза внимательно изучали Кали Мари.

– Вы тоже, знаете ли, – начала защищаться она и смутилась. – Но… эм… неплохо сохранились.

– Вы что-то говорили о моём сыне? – припомнил Прихлоп. Он стоял, будто старый сломанный манекен. Для полноты образа каждое его движение сопровождалось мокрыми щелчками и хрустом. Кали Мари старалась не слишком сильно рассматривать его, чтобы не смущать матроса.

– Да, я хочу встретиться с ним, увидеть, какой он. Рассказать, что вы не сгинули совсем, а живы… В определённом смысле…

– Спасибо, – без особой надежды произнёс Прихлоп. Ему на глаза попалась шляпа в щупальце Кали Мари. – А это что?

– Что? А это? Шляпа Джека Воробья, – рассеянно махнула Кали Мари. Дейви Джонс послал меня за ним, но, судя по всему, мне придётся собирать этого пирата по частям.

– Шляпа Джека, – задумчиво пробормотал Прихлоп. В его глазах промелькнуло воспоминание. – Да, точно, я передал чёрную метку Джеку. Он говорил что-то о Уилле. Уилл помог ему вернуть «Жемчужину».

– Уилл как-то связан с Джеком?! – надежда летающей рыбкой воспарила во всех трёх сердцах Кали Мари – «Найду Джека, найду и Уилла!» И так же быстро исчезла – «Потоплю Джека, потоплю и Уилла». 

– Да, возможно, я не уверен, – на лице Прихлопа отразилась мука. Влияние корабля мешало думать, проклятие уже глубоко проникло в его тело и боролось за разум. Надо торопиться, ещё немного и спасать будет некого.

– Спрошу Джека при встрече, – мрачно констатировала Кали Мари.


***


Как назло зов больше не повторялся. Что за чёрная метка такая, возмущалась Кали Мари, что по ней даже нельзя найти одного пирата в пределах одного же Карибского моря? Сработала всего раз и то на шляпу, и отключилась. На какой распродаже Калипсо подбирала магический арсенал для своего любовника?

Она отрабатывала ночную смену. Море штормило, лил дождь, обречённый на погибель корабль сам благополучно налетел на риф и разбился. Кали Мари дежурно вытаскивала наружу щупальца, трясла ими, хорошо поставленным голосом страшно рычала – в целом, поддерживала атмосферу и корабль, чтобы он совсем не развалился. А то ищи потом команду по всему дну, чтобы Джонс их мог спросить, хотят они умереть сразу или сначала у него послужить. Среди шума волн наверху послышался ритмичный плеск. К разбитому судну подплыла лодка. «Уже и мародёры пожаловали», – с удивлением отметила Кали Мари. – «Что-то они рано». Она всплыла и устроилась между рифами, маскируясь под особенно крупный валун. В этом не было особенной необходимости, шторм ещё не утих, и вряд ли кто-то разглядел бы её силуэт на фоне бушующих волн, но так Кали Мари чувствовала себя спокойнее. Из лодки вылез один человек. Совсем странно – в одиночку он много добычи в лодку не нагрузит, искать долго будет, корабль за это время совсем потонет. Да и какому идиоту могло прийти в голову лезть на разбитое судно одному? «Либо очень жадный глупый пират, либо просто глупый альтруист», – решила про себя Кали Мари и продолжила наблюдать. Пират-альтруист, освещая путь лампой, неуверенным шагом начал исследовать корабль. Услышал шум снастей, заметил оставшегося в живых матроса, подошёл к нему. Не убил, поговорил, попытался успокоить. «Альтруист. Точно потонет», – убедилась зоркая наблюдательница. Обречённый альтруист побродил по кораблю, нашёл ещё пару выживших, и тут море забурлило. Волны расступились, и из глубин с фонтаном брызг вынырнул «Летучий Голландец».  «Прибыл наконец», – проворчала про себя Кали Мари. – «А я уж думала, всю ночь дежурить придётся». Под шум выливающейся из трюма воды, корабль морского дьявола подплыл к потерпевшему крушение судну. Команда с хрустом и проклятиями оторвалась от заросшей морской растительностью палубы «Летучего Голландца»  и пошла на абордаж. Спасшиеся матросы в страхе падали перед искорёженными морем людьми Дейви Джонса. Альтруист же оказался не из пугливых и выхватил шпагу. Кали Мари заинтересованно облокотилась на щупальца, наблюдая за развитием событий. Исход драки ясен, смельчак обречён – тем, кого не приняло море, шпага не страшна, – но интересно увидеть развязку. Что он выберет? Тем более, Кали Мари ещё ни разу не видела рукопашный бой между людьми. Люди Джонса фехтовали отвратно, это могла сказать даже она. Сложно махать мечом, когда из-под мышек растут кораллы, однако команда и не старалась победить выскочку техникой, решив просто окружить его и задавить количеством. Альтруист сражался неплохо, порезал пару противников и проявил смекалку – опустил шпагу в бочку с маслом и поджёг лезвие о лампу. Один из команды сунулся поближе усмирить вояку. Альтруист быстрым взмахом вспорол ему брюхо, запахло жареной рыбой. Люди Дейви Джонса обступили противника со всех сторон, он метался по кругу, размахивая горящей шпагой. «Конец», – определила Кали Мари. Закончилось всё банально быстрым ударом по затылку.

Дальше всё пошло по порядку – команда собрала всех выживших, выстроила их в ряд. На палубу, постукивая крабовой ногой, поводя клешнёй и внушительно шевеля бородой, зашёл Джонс. Закурил неизвестно как остающуюся сухой трубку и начал вербовать. Кали Мари невольно заслушалась – говорить старый мерзавец умеет. Тихо, вкрадчиво, живописно устрашает жертву ужасами загробной жизни, а затем предлагает «выбор». Раздался крик: «Не слушай его!» Кто-то решил позлить капитана. А ему только этого и надо. Клешня хищно захлопнулась на шее наглеца. Вопрос, ответ, приказ, всплеск – наглядная демонстрация свободы выбора. Робкое согласие. Один выбыл, один в команде. Джонс пошёл дальше по рядам. Ему на глаза попался альтруист. Кали Мари, скрывая свои передвижения в волнах, подплыла поближе и тоже присмотрелась к обречённому смельчаку. Молодой, привлекательный для человека – тонкие правильные черты лица, выразительные глаза, приятная, гладкая на вид кожа. Он точно не матёрый моряк – ветер, солнце и соль с годами огрубляют внешность. Мускулистый и подтянутый – зарабатывает на жизнь физическим трудом. Умеет фехтовать – военный? Вряд ли – Кали Мари видела военных на некоторых кораблях, у них другая выправка, да и одеты всегда в форму, личные вещи берегут, не полезут в них на разбившееся судно. Для мародёра и пирата слишком чистый – тёмные волосы хоть и спутались и обрамляют лицо мокрыми прядями, но им ещё далеко до дредов Джека.  Опять же, видно, что в море недавно подался. Зачем он вообще сюда явился?

К своему удивлению Кали Мари услышала, как её вопрос задали вслух. Дейви Джонс пришёл к тем же выводам, что и она, и потребовал с альтруиста ответа:

– Ты ещё не похож на хладный труп! Чего надобно здесь?

– Джек прислал, в уплату долга.

Джонс удивлённо и неверяще воззрился на альтруиста. «Джек где-то поблизости?!» – поразилась Кали Мари. – «А метка всё молчит. Никакой надежды на эту магию. Всё самой делать надо», – она с ворчанием развернулась и огляделась, высматривая, где мог затаиться пират. Ага! Корабль под чёрными парусами! Дрейфует на отдалении, чтобы на глаза не попадаться! Теперь никуда не уйдёт! Найду Джека и вытрясу из него, где Уилл Тёрнер находится!

Кали Мари мгновенно ушла под воду и стрелой понеслась к цели. Корабль быстро приближался. Она уже выпустила ловчие щупальца, прицелилась, и словно сама налетела на неизвестно откуда взявшийся на пути риф. «Жемчужина» Джека дрейфовала буквально у неё над головой, но напасть Кали Мари не могла, конечности не слушались. Она ещё раз попыталась выстрелить щупальцами по кораблю – безуспешно, мышцы сами собой расслаблялись. В гневе она подалась назад и всплыла на поверхность, посмотреть, что могло защитить корабль от атаки. На палубе лицом к лицу с Джеком стоял Джонс. Понятно. Капитан тоже решил для начала поговорить с должником, а не топить сразу. Мог бы и предупредить.

Кали Мари обосновалась у борта «Жемчужины» и вслушалась в разговор. Плеск волн скрадывал слова, но основная мысль была ясна. Джонс: «Тринадцать лет прошло, срок нашего договора подошёл к концу, пора платить по счетам». Джек: «По договору тринадцать лет в должности капитана, а меня выкинули с корабля через два года». Джонс: «Меня твоё де-факто не волнует, де-юре ты от должности капитана не отказывался, плати». Джек: «Уже заплатил!» Джонс: «Чем?» Джек: «Прислал тебе отличного евнуха!» Джонс: «Ну уж нет, а проценты?» Джек: «Ага! Значит, устраивает! Будут проценты! Только назови сумму!» Джонс: «Э? Об этом я не подумал. Какие сейчас расценки? Ну, сто душ! И через три дня!» Джек: «Я знал, что с тобой можно договориться!»

«Вот он какой, Джек!» – Кали Мари задумчиво изучала выкручивающегося перед Джонсом пирата, как особенно интересную ракушку. – «Опять развёл капитана на сделку. Устрашение на него не действует категорически, только подстёгивает на новые идеи». Они снова заговорили, Кали Мари сосредоточилась на голосах, вылавливая общий смысл беседы из шума ветра и воды. Джек: «Тогда верни мне мальчишку, и встретимся через три дня!» Джонс: «Ещё чего! Останется у меня в качестве залога! Ищи ещё девяносто девять душ!» Джек: «А он больше стоит! Слыхал про Уилла Тёрнера? Это он!»

Кали Мари почувствовала, что тонет.


***


Акватий умиротворённо лежал на дне и размышлял об основах мироздания, сладко посапывая. Вода нежно омывала панцирь, вокруг в беззвучном танце колыхались водоросли, высоко над головой чрез толщу воды пробивались лучи солнечного света. По дну рядом с черепахой пробежала дрожь. «Креветки какие-нибудь», – сквозь сон подумал Акватий, не открывая глаз. Дрожь приблизилась. Великий мыслитель проигнорировал суету реальности. Суета на пробу ткнула его в бок. Безрезультатно. Дрожь возобновилась – обогнула его с одной стороны, с другой. Акватий недовольно задвигал ластами. Дрожь, воспользовавшись подсказкой, взобралась по ласте на панцирь и суетливо забегала по нему. Акватий попытался скинуть каверзное создание, покачав туловищем из стороны в сторону. Дрожь прекратилась. Он удовлетворённо вкопался обратно в песчаное ложе на дне. По голове вежливо постучали.

– Ну что?! – Акватий наконец раскрыл глаза и поднял голову.

– Кали Мари, – защёлкало сверху, – похоже, она нашла того, кого искала!

– Очень рад за неё, – саркастически отозвался Акватий. – А теперь, если позволишь… ай! – краб ущипнул его за шею.

– Теперь она считает, что обязана его спасти!

– Похвальная инициатива, а я тут причём? – Акватий раздражённо потёр о края панциря пострадавшую шею.

– Ты можешь помочь! – без тени вопросительной интонации донеслось сверху.

– Полагаю, выбора у меня нет, – иронично хмыкнул мудрец. – Как черепашата малые… – нарочито устало взмахнув ластами, он поднялся со дна. – Ты зачем на меня залез, собственно? Я и так хорошо слышу.

– Повези меня, большая черепаха! – весело раздалось в ответ.


***


Они застали Кали Мари в метаниях. Приказов от Джонса не поступало, «Летучий Голландец» дрейфовал где-то на поверхности, и, не зная, что предпринять, она безустанно кружила по одной траектории. Вокруг неё уже образовался небольшой водоворот, втягивающий в себя ракушки, водоросли, камни и даже некоторых мимо проплывающих морских жителей. Подгадав момент, Акватий приблизился, позволил потоку подхватить себя и по спирали догнал Кали Мари. Она удивлённо и обрадованно махнула щупальцами, увидев его:

– О! Здравствуйте. Давно вы ко мне не заглядывали! – с ноткой обиды поприветствовала Кали Мари мудреца. Хорошо, что пришёл, но мог бы заходить и почаще. Акватий хмыкнул:

– Да вот, услышал от вашего беспутного создания, что вы наконец-то нашли того, кого искали, и решил лично поздравить, – с панциря донеслась череда быстрых хихикающих щелчков. Акватий закатил глаза. Мимо пролетела и скрылась выше по спирали водоворота стая озадаченных креветок. – Вижу, вы уже бурно празднуете свой успех, – констатировал он.

– Какой успех?! – раздражённо вспыхнула флуоресцентными огнями Кали Мари. – Вы о чём вообще?

– Вы, кажется, нашли того человека, как же его звали… – наигранно задумался хитрый мудрец.

– УИЛЛ ТЁРНЕР! – взорвалась Кали Мари. Акватий умело заскользил в восходящем потоке воды, вовремя уходя от хлещущих щупалец. – Этот альтруистичный, легкомысленный, смазливый, безалаберный, храбрый идиот сам запёрся на корабль к Дейви Джонсу!

– А вас это чем-то не устраивает? – подстегнул Акватий. – Кажется, вы обещали Прихлопу, что сообщите Уиллу о нём, чтобы он, как хороший сын, вызволил своего родителя. Сейчас парень сам попал на корабль, узнал об отце и может приступать к его спасению. Ваше обещание больше не действительно.

– Вот именно! – Кали Мари в отчаянии затрясла туго скрученными щупальцами. – Я не успела исполнить обещание, предупредить Уилла об опасности! Теперь они оба навсегда останутся на «Летучем Голландце»! Превратятся в пару переборок в трюме! И я ничем не могу помочь!

Мимо Акватия с жалобным видом пролетела акула. Он долгим взглядом посмотрел ей вслед.

– Что ж, если вы продолжите кружиться от безысходности, решение придёт само собой, – прокомментировал наблюдательный мудрец. – Рано или поздно водоворот подхватит корабль Дейви Джонса и разобьёт его в щепки. Тёрнеры отделаются лёгкой быстрой смертью, – Акватий смерил Кали Мари оценивающим взглядом. Она сердито зыркнула на него в ответ, но сбавила обороты. Провокатор удовлетворённо кивнул. – Если вам такой результат не по душе, давайте спустимся вниз и спокойно обсудим наш новый план действий.

– А он есть? – искренне изумилась Кали Мари, сразу забыв, что сердится на Акватия.

– Естественно, – отозвался мудрец.


***


Кали Мари перестала кружить, водоворот рассеялся. Попавшие в поток морские жители выслушали извинения грозной хищницы за причинённые неудобства, благодарность Акватия за участие в разработке нового водного лифта «Вихрь мечты» и расценки на стоимость его использования от краба. Пока членистоногий воротила развлекал ошарашенную толпу описанием всех преимуществ новой услуги, Кали Мари вместе с черепахой расположились поодаль обсудить более важные дела. Но для начала предусмотрительная хищница решила расставить всё по полочкам.

– Вы что опять задумали?! – прошипела она Акватию, осторожно поглядывая на толпу и распинающегося перед ней краба. – Мне и так стыдно, что я их всех затащила в водоворот, а эта трещотка только и твердит: «на постоянной основе», «выгодно», «быстро», «удобно»! Не буду я никого «быстро и удобно»! Делать мне больше нечего!

– А мы вас и не заставляем, – наполовину прикрыв глаза, меланхолично отозвался Акватий.

– Так он всех дурит, что ли?! – распалилась Кали Мари. – Соберёт предоплату и тикать?! Я в этом не участвую, понятно?!

– И не будете участвовать, – развёл ластами заговорщик.

– А в кого все камни полетят, когда эта толпа обнаружит, что никакого «Вихря мечты» нет?!

– А он будет, – констатировал Акватий и поднял ласту, пресекая дальнейшие возражения. Кали Мари возмущённо вскинула щупальце, открыла клюв, передумала, сложила все конечности перед собой и выжидающе уставилась на черепаху. Акватий продолжил:

– Он будет, но без вас. Не поверите, сколько молодых кальмаров слоняются без дела в наши дни. Соберём порядочную стаю, займутся общественно полезной деятельностью. И вашему созданию давно пора найти себе работу. Хватит у вас на хвосте сидеть.

– Или у вас на шее? – прищурилась догадливая хищница. – Хорошо, будь по-вашему. Но зачем вообще такие сложности? Почему вы не дали мне рассказать им всё как есть?

– Что вы от волнения забыли о своём новом размере, создали водоворот и нарушали работу с полсотни служащих? – фыркнул Акватий. – Затаскают по судам. Сейчас у нас, а точнее, у вас есть более важные дела, чем судебная волокита. Вы хотите спасти Тёрнеров? 

– Да, конечно хочу, – откликнулась смущённая хищница. – Только вот как? Они оба заключили договор с Дейви Джонсом. Не нарушив морских законов, их соглашение не отменить.

– Так-то оно так, но не совсем, – в задумчивости произнёс Акватий. – Любое соглашение с морскими жителями позволяет обратиться к Фортуне. У каждого есть шанс испытать свою удачу, и, если море окажется благосклонным к нему, он может разорвать договор или извлечь из него большую выгоду для себя. Предлагаю воспользоваться этим. Не припоминаете никаких необычных традиций на борту «Летучего Голландца»? Связанных с везением.

– Необычные традиции?… – Кали Мари задумалась. Что необычного можно выделить на корабле, свободно плавающем как по морской глади, так и под водой, с командой из мёртвых матросов и капитаном, похожим на результат порочной связи краба с осьминогом? Везение…. Недавно она уже слышала это слово. Дробный стук игральных костей, крики, «тебе снова не везёт, приятель!» Ага! – Матросы каждый день играют в «веришь-не веришь» на годы службы.

– То, что нам нужно, – кивнул Акватий. – Убедите старшего Тёрнера участвовать вместе с сыном в игре. Мальчишка нашёл «Летучего Голландца» и сам пошёл к Дейви Джонсу на корабль, пока ему везло. Удача любит идиотов и смельчаков.

– А если на этот раз она от него отвернётся? – неуверенно повела щупальцами Кали Мари.

– Дейви Джонс сам не соблюдает морские законы и игнорирует свои обязанности, – отмахнулся Акватий. – Краб рассказал, что парня послал к морскому дьяволу в обмен на свою душу Джек Воробей. Это запрещено. Дейви Джонс просто издевается, заставляя пирата искать ещё сто душ. В конце концов, он заберёт Джека. Договор с молодым Тёрнером недействителен. Поэтому, пока они будут играть, готовьте шлюпку к отходу. И найдите команде несколько бочек с ромом. Парню не нужны шумные проводы.      


***


Кали Мари начала готовиться сразу же. Доверху гружённый бочками с ромом корабль она умыкнула прямо на выходе из порта. Краб вылез на доски причала, проследил, что грузят, в каком количестве и подслушал, какого качества, и сообщил создательнице все опознавательные знаки судна. Выйдя в море, корабль грациозно отплыл к горизонту и с удивлённым бульканьем скрылся под водой. Команда так до конца и не поняла, каким образом она вдруг переместилась с борта судна в спасательную шлюпку. Вслед за последним матросом прилетела бочка рома и мешок сухарей. Команда растерянно закружила на месте. Из воды вынырнуло гигантское чудовище и с ужасающим рыком кинулось на лодку. Матросы сразу овладели навыком синхронной гребли и в хорошем темпе устремились к берегу. Кали Мари с чувством выполненного долга отбуксировала трофейный корабль к «Летучему Голландцу».

Там по совету Акватия она вместе с Прихлопом изобразила шумную сцену разгрузки. На многообещающий грохот бочек сбежались все люди Джонса. Увидев ром, они откинули Прихлопа в сторону и под его вялые возражения сами растащили всё спиртное. Эта часть плана сработала. К ночи команда будет в буквальном смысле мертвецки пьяна. Далее всё пошло не совсем по плану. Оказывается, Уилл с отцом не сразу узнали друг друга, оба побежали выполнять приказ, данный «мистеру Тёрнеру», и уронили пушку, вместо того, чтобы её закрепить. Прихлоп постарался выгородить Уилла, взять вину на себя, и тут на шум явился Джонс. Узнав об их родстве, старый извращенец устроил шоу с плетью, заставив отца отстегать сына. Уилл не сильно пострадал, но несколько шрамов на память останется. Надо вытаскивать его живее, а то, если они с папашей и дальше тормозить будут, превратится он в хладный труп уже к концу дня.

Благо далее неожиданностей не предвиделось. Команда благополучно наклюкалась и села играть в «веришь-не веришь». Кали Мари обосновалась у борта корабля, Тёрнеры присоединились к остальным. По палубе волнами разливался густой аромат рома, морской галькой шуршали и перестукивали кости в стаканах, далёким штормом гулко громыхал орган в каюте капитана.  Прихлоп объяснил сыну суть игры. Молодой авантюрист решил сразу же взять осьминога за щупальца и вызвался играть с Дейви Джонсом. Громовые раскаты органа резко смолкли. Старый авантюрист поддался на провокацию и согласился. К ним же подсел и Прихлоп. Игра началась. Уилл, видимо, решив не мелочиться, поставил на кон свою душу, а взамен запросил ключ от сундука Джонса. Так вот, зачем его Джек отправил! Прихлоп подстраховал сына, поставив то же, что и он. Кости легли, каждый назвал свою цифру. Кали Мари слушала, затаив дыхание и скрестив щупальца. Удача отвернулась от Уилла – он «солгал». Страховка Прихлопа сработала, он выгородил сына, и сам обрёк себя на вечную службу. «Глупость!» – согласилась Кали Мари с Уиллом. Они делали ставки по несуществующему договору, молодой Тёрнер мог уйти в любой момент. Но так будет проще, Дейви Джонсу не к чему прицепиться своей большой клешнёй. Один из Тёрнеров освободился. Осталось вывести его с корабля.

Ночную тишь нарушал только плеск волн и храп упившейся команды. Кали Мари аккуратно плыла перед судном, рассекая волны и уменьшая качку. Прихлоп сменил другого матроса на посту и тихо провёл Уилла к спасательной шлюпке. Попрощались, отец подарил сыну свой нож. Младший Тёрнер пообещал спасти старшего, чего бы ему это ни стоило. Не хотел бросать старика одного, боялся, что его накажут. Прихлоп утешал, что с ним уже ничего не сделать, хотя отлично знал про карцер, где любой со временем превращался в бездушную часть корабля. Наконец Уилл отплыл. «Вот есть же хорошие люди!» – с грустью подумала Кали Мари. – «А мне попадаются только всякие Дейви Джонсы…». 


***


Утро ударило по голове чугунным молотом. Сонно вздрагивая от расходящихся по щупальцам вибраций, Кали Мари нехотя расширила зрачки никогда не смыкающихся полностью глаз. Глубоко втянула свежую воду сифоном, выпустила струёй – вверх взметнулись фонтаном песчинки. Распустила сложенные пучком щупальца, конечности вялыми бурыми ото сна актиниями заколыхались в восходящих потоках. Кали Мари начала потихоньку приходить в себя и светлеть, меняя цвет с густого коричневого на более спокойные бежевые тона. Потом она решит, какими хроматофорами подчеркнуть внешность, а пока бы просто выглядеть живее старой коряги на дне. Полностью прийти в чувства не дали – вслед за чугунным молотом упал свинцовый шарик новой цели – трёхмачтовый торговец, шотландский, плывёт прямо перед «Голландцем». У капитана, что ли, с утра клешню свело, или борода сама в себе запуталась? Поднял с утра пораньше за каким-то торгашом охотиться. Кали Мари, глухо ворча, переключилась в режим «я страшное чудище» и, предавшись мечтаниям о вкусном завтраке, позволила телу унести себя по направлению к цели.

Не выспавшаяся хищница заученными движениями подплыла, сравнялась с кораблём и выстрелила ловчими щупальцами. Судно встало. Судя по исходящей от трюма дрожи, команда забегала, ища причину внезапной остановки. Что-то мало шумят, не поняли видимо. Кали Мари сладко зевнула сифоном, покачала головными плавниками и закинула на палубу одно щупальце. Конечность вернулась с трепыхающейся добычей. Корабль затрясся от криков и беготни. Вот теперь можно и поработать, удовлетворённо кивнула Кали Мари.  «Кракен!!!» – вопили матросы. «Да, это я!» – честно отвечала хищница, нежно обхватывая судно со всех сторон щупальцами. – «Кто не спрятался, тот мой завтрак, я предупредила!» Надёжно закрепившись на бортах корабля, она начала методично трясти всеми конечностями и сгребать команду с палубы. Матросы оказались храбрее многих и стали вооружаться. Щупальце что-то кольнуло. «Гарпуны? Господа, к чему такие нежности, мне нравится точечный массаж, и я не боюсь щекотки». Другую конечность обожгло круглыми шариками. «Так, а вот пули мне в теле ни к чему, я не поддерживаю пирсинг! Мужчина, вам придётся ответить за свои действия». Пострадавшая конечность вмиг обвила обидчика, взметнулась спиралью и с хрустом снесла некую преграду. «Ой, простите, наверное, это была ваша мачта», – зарделась хищница. С мачты тоже кто-то упал. Кали Мари заинтересованно проследовала щупальцем за падучим. К удивлению хищницы, он начал фехтовать с её конечностью. Кали Мари приняла вызов – не стала хватать и топить храбреца, скрутила для удобства щупальце спиралью – «Ан гард! Алле!» – начала бой хищница. Кончик щупальца атаковал противника. Тот вовремя сделал выпад и контратаковал. «А хорошо фехтует морячок!» – восхитилась Кали Мари. – «И так, и вот так…» – она мастерски вывернула конечность и нарвалась на укол. – «И даже так достал! Где-то я этот стиль уже видела… недавно… УИЛЛ?!!!»

Дейви Джонс пристально наблюдал с борта «Летучего Голландца», как гигантское щупальце Кали Мари под аккомпанемент хруста перекрытий и криков команды переломило торговый корабль пополам. Поэтому от морского дьявола ускользнул тот момент, когда другая конечность осторожно обвила одну мачту, вырвала её из палубы и скинула с неё что-то в сторону от тонущего судна. Разорванный надвое корабль быстро погружался в пучину в объятиях Кракена. Джонс направил «Голландец» на поиски выживших. Мальчишка мог спастись. Безрезультатно. Среди обломков молодого Тёрнера не оказалось. Вор исчез бесследно вместе с ключом от сундука!


***


Настал ещё один солнечный, ясный день на Карибских островах. Свежий морской бриз ласкал зелёные дырявые паруса корабля, солёные волны игриво щекотали прогнившие борта легендарной развалины – «Летучий Голландец» полным ходом шёл к Острову Креста. Насквозь промокший Уилл Тёрнер, дрожа от порывов ветра, цеплялся за декоративные деревянные «клыки» на носу корабля. Кали Мари, устроив шоу с потоплением шотландского торговца, дала парню шанс взобраться обратно на судно Дейви Джонса и устроиться в незаметном закутке, где его никто не увидит. Теперь она плыла под судном, широко расставив щупальца на случай, если молодого авантюриста снесёт волной в море. Дейви Джонс гнал корабль на всех парусах, «Летучий Голландец» врезался в морскую гладь, оставляя за собой пенные буруны. Кали Мари вздрагивала при каждой сильной волне. Что делать?! Из-под корабля она совершенно не может проследить, хорошо ли держится Уилл, и даже если ей удастся выловить его из воды при падении, вернуть Тёрнера обратно на судно не получится – кто-нибудь из команды обязательно заметит тянущееся к борту щупальце. Команда…. «Часть команды, часть корабля» – таково правило. С матросами она договориться не сможет, это точно, и с Прихлопом сейчас связаться не выйдет, но должен быть и другой путь. Она же тоже формально часть команды, и немаленькая такая часть! А значит, и часть корабля тоже. «Летучий Голландец», фигурально выражаясь, питается матросами, постепенно заменяет ими утраченные за годы скитаний балки, перекрытия и обшивку. Дейви Джонс постоянно набирает новых членов команды, и большая их часть со временем бесследно исчезает в трюме. Судно должно уже как минимум наполовину состоять из бывших людей. Кали Мари не может договориться с командой, но что если она сможет найти общий язык с другой частью корабля? Чтобы само судно не дало Уиллу упасть в воду.

Иного выхода Кали Мари не видела, поэтому сразу взялась за дело. Она ускорилась, немного обогнала судно и осторожно дотронулась до днища щупальцем. Скользкая от водорослей обшивка осталась безучастна к такой ласке. Кали Мари сосредоточилась на своих ощущениях. Она чувствовала бурлящее течение воды вдоль бортов, дрожь дерева, разбивающего волны. На грани восприятия она даже могла различить беготню команды по палубам. Кажется, больше ничего нет, это предел. Кали Мари упрямо держала щупальце у днища. В крайнем случае, сделает пробоину, не будут гнать с такой скоростью. Отвлёкшись, она чуть не пропустила то, что искала. Даже не ощущение, а мимолётный шёпот. Выкинув из головы все лишние мысли, Кали Мари прислушалась. Шёпот перерос в отдалённый гул голосов. Она могла уловить только отдельные фразы: «голова болит, точит червь», «сундук закрыт, найди ключ», «сто лет – души нет». Бывшие матросы «Голландца», тени живых людей, на все лады рассказывали о своих судьбах. Большинство жаловались на злую участь, бессвязно бормотали, вспоминая прошедшую жизнь или цитируя легенду о сердце Дейви Джонса, видимо желая, чтобы кто-нибудь наконец покончил с капитаном. На общем угнетающе мрачном фоне выделялся один голос. В нём не было печали, злобы или страха. Кали Мари с удивлением поняла, что слышит пение. Тихий умиротворяющий женский голос перекрывал собой глухое ворчание сотен мёртвых матросов.

Вскоре Кали Мари слышала только песню. Переливаясь и звеня, летела она по волнам как тот корабль, что вёз на себе двоих возлюбленных, ищущих счастья на новых берегах, где у них будет своя земля, еда и кров, вместе они создадут свой мир. Шторм разрушил их надежды, потопил мечты, но не развеял стремление к жизни. Они знали, что будут счастливы вместе даже на службе у морского дьявола, и сто лет не разлучат их. Годы скитаний проходили незаметно для них. Никакие тяготы службы не могли сломить познавших силу в единении душ. Они простились с болью и печалью, находя радость в небе и солнце над головой и на дне морском. Когда на корабль упало проклятие, и «Голландец» призвал их стать частью себя, они не испугались, зная, что всё равно останутся вместе, превратившись в единое целое. И впредь плывут они, слившись в вечном объятии, он уже мирно спит, а она поёт ему колыбельную, ожидая, когда присоединится к нему навсегда. Кали Мари осторожно дотронулась до ещё теплящегося огонька сознания девушки, и та пустила её в себя, будто почувствовав родную душу. На миг всё потонуло в белом свете. Скрип корабля сменился щебетом птиц, солёный запах моря расцвёл дивными, неведомыми ароматами, кожу ласкала мягкая ткань. Кали Мари привиделся дом на берегу, небольшой, но добротно сложенный, рядом с ним сад, плавно переходящий в огородные грядки. Под крышей дома свили гнездо синицы, и птенцы наперебой зовут мать. Из окна на чердаке выглядывают три любопытные физиономии, два братца и сестра, ну прямо те же птенцы, только побольше. Один мальчик подначивает другого дотянуться до гнезда, тот, красуясь, лезет наверх, девочка в испуге хватает его за пояс, тянет, и они кубарем летят назад в комнату. А родители расположились на траве перед домом. Она смотрит на море и поёт, поглаживая его каштановые волосы – он прилёг отдохнуть, положив голову ей на колени, и только тихо дышит, согревая её своим теплом.

Кали Мари моргнула, и всё опять утонуло в белом свете. Она с трудом снова открыла глаза. Веки распахнулись с заметным хрустом. К чему бы это? Кали Мари попыталась пошевелить щупальцем. Перед глазами замаячила очень короткая, практически негнущаяся конечность, увенчанная пятью отростками. Сфокусировав взгляд, Кали Мари поняла, что это рука. Человеческая рука. Пригляделась получше – тёмно-бурая, почерневшая от времени кисть, покрытая ракушками и водорослями, со щёлканьем сложилась в кулак. Перед ней что-то дёрнулось и отодвинулось подальше. Кали Мари подняла взгляд. Глаза слепил свет солнца, проникавший через деревянные зубья её укрытия. Сощурившись, она разглядела человека перед собой. Он стоял, слегка пошатываясь от сильной качки, длинные чёрные волосы растрепались на ветру, в глазах мелькал страх. Уилл… Значит, она вселилась в тело той девушки, и теперь находится на борту вместе с ним. Он сделал шаг назад, видимо решая, что лучше – прыгнуть за борт или дождаться, пока она доложит о нём Джонсу. Кали Мари снова протянула руку, теперь уже разжав пальцы:

– Уилл! – голос вышел немного хриплым от долгого неиспользования, но вполне женственным.

– Ты знаешь меня? – со смесью удивления и страха откликнулся Тёрнер. Он инстинктивно продолжил отходить. Стой, дурак, упадёшь же.

– Я знаю, кто ты, и что ты хочешь спасти своего отца. Я не причиню тебе вреда, – успокаивающе произнесла Кали Мари.

– Ты не сообщишь обо мне Дейви Джонсу? – он быстро подавил страх, и теперь в глазах отражалось только подозрение.

– Нет, – твёрдо ответила она. – Я хочу помочь тебе. Подойди ко мне.

– Я не могу тебе доверять, – он всё ещё колебался, но особенного выбора у него не было. Либо она, либо море. – Кто ты?

– Я… – она замешкалась. И как на это отвечать? «Я дружелюбный кракен в теле мёртвой девушки, занимаюсь на досуге восстановлением пиратских семей»? Уплывёт от неё с испугу быстрее «Голландца».

– Меня зовут Мари, – наконец нашлась она. – Я служу Джонсу, но не подчиняюсь ему. И хочу тебе помочь. Подойди, иначе тебя смоет волной!

Она требовательно протянула руку, моля всех морских богов, чтобы он послушался. Уилл сделал шаг вперёд. И тут со всех сторон поднялся крик: «Дно!!!» Корабль накренился и пошёл носом в воду.

– Уилл!!! – крикнула Мари. Он кинулся к ней, она обняла его, и их накрыл поток воды.


***


Акватий, томно мигая, в красках расписывал своей ясноокой пассии, каких высот философской мысли может достичь их союз, если она соблаговолит стать соавтором его трудов, когда до него донёсся крик Кали Мари. Великий мыслитель скорбно прикрыл глаза ластой.

– Что это я слышу, дорогой Акватий? Этот звук печалит вас? – участливо осведомилась статная черепашица.

– Боюсь моей протеже снова требуется помощь! – отвечал мудрец, войдя в образ заботливого учителя. – Не соизволите ли вы, моя дорогая леди, сопровождать меня на пути к ней, дабы мы могли продолжить нашу беседу?

– Как это благородно с вашей стороны, помогать тем, кто от вас зависит, даже в ущерб себе! Конечно, я с радостью последую за вами! – охотно согласилась юная дама.

И черепахи быстро поплыли к опускающемуся на дно «Летучему Голландцу».


***


К моменту их появления пребывающая на грани нервного срыва Кали Мари, уже вернувшись в собственное тело, всерьёз решала, под каким предлогом выкинуть корабль на поверхность, и нужен ли предлог для спасения жизни. Акватий вместе со своей пассией прибыли в тот самый момент, когда отчаявшаяся хищница с решительным видом потянула щупальца к судну.

– Постойте, уважаемая, насколько вижу, он и сам неплохо тонет, ваша помощь не требуется, – смело вклинился Акватий между кораблём и щупальцами своей подопечной, впрочем, на безопасном расстоянии от обоих.

– В этом всё и дело! Ему нельзя тонуть! Там Уилл! – вскричала Кали Мари, слишком взволнованная, чтобы размениваться на приветствия или более чёткие объяснения.

– Ясно, – коротко кивнул Акватий, приосанившись под восторженным взглядом ясноокой леди черепашьего рода. – Где он находится? Носовая часть, корма?

– Нос, нос! Надо его вытаскивать! Я должна поднять корабль на поверхность! – Кали Мари продолжила тянуть щупальца.

– Давайте обойдёмся без крайностей, – предупреждающе взмахнул ластами геройствующий мудрец. – Я вытащу парня на поверхность и довезу до берега, так будет проще. 

– Мы вытащим его! – вклинилась будущая невеста геройствующего мудреца. – Я помогу совершить благое дело!

– Спасибо, – только и смогла произнести благодарная хищница. – Он там, спасите его, пожалуйста, – она указала щупальцем на «клыки» носовой части корабля.

Черепахи в унисон кивнули, спасательная операция началась.

Прошмыгнуть незамеченными к носу корабля оказалось легко – мало ли кто в море плавает. Дальше дело пошло интереснее – Акватий быстро нашёл Уилла в глубине клыкастых «челюстей» судна, но парень будто прирос к стене. Его тело утопало в налипших на дерево водорослях, кораллах и актиниях, лицо полностью скрылось под гигантской раковиной моллюска. Видимо, воздух в ней ещё не кончился – Уилл изредка вздрагивал, пытаясь освободиться, но растительные путы крепко держали его. Мудрец хмыкнул – без помощи самого корабля не обошлось. Кали Мари сумела найти общий язык с многоликим сознанием перевозчика душ. Умница, он всегда знал, что его ученица далеко пойдёт или поплывёт. Иначе бы не стал тратить на неё время.

Как только Акватий подплыл достаточно близко, путы, связывавшие молодого Тёрнера, ослабли и распустились, раковина упала с лица. Уилл оторвался от стены, рванулся вперёд, увидел перед собой двух черепах и инстинктивно попытался схватить их. К его удивлению, животные ничуть не сопротивлялись, казалось даже, что они стараются помочь ему взяться за их панцири. Впрочем, на раздумья о необычном поведении морских обитателей времени у него не было. Корабль неизбежно тонул, а воздух кончался. Уилл оттолкнулся, выскочил из пасти «Голландца» и что есть силы погрёб вверх, к поверхности воды.

Черепахи благополучно довезли его до мелководья, выскользнули из-под рук и скрылись в пучине так же неожиданно, как и появились.


***


Дальнейшие события развивались стремительно. Джек и Уилл обогнали морского дьявола и добрались до сундука с сердцем первыми. Впрочем, скрыться с добычей им так и не удалось – нагрянула команда «Летучего Голландца», и, после непродолжительной беготни по Острову Креста, сундук вернулся обратно к своему владельцу. Как только команда возвратилась на судно, Дейви Джонс на всех парусах помчался вслед за «Жемчужиной», чтобы раз и навсегда покончить с опасным должником.

«Долго же до него доходило», – ворчливо размышляла Кали Мари, скользя у поверхности воды вслед за кораблём морского дьявола. – «Джек подчиняется правилам игры только под дулом пистолета и то затычку найдёт, стоит только отвернуться. С ним нужна железная хватка, холодная голова и острый глаз. А что мы сейчас делаем? Капитан, что вы творите, Diodon holocanthus вам в глотку? Взбесился и погнался. Никакого плана. Да при попутном ветре корабль этого прохвоста куда быстрее вашего! Вот, видите, он уже уходит!»

Погода благоволила пиратам – «Чёрная жемчужина» и правда успела значительно оторваться от преследования и набирала скорость. Прозвучали последние пушечные выстрелы, ядра с весёлым плеском ушли на дно, так и не коснувшись судна. «Летучий Голландец», скрипя и покачиваясь, замедлился и остановился. Джонс осознал бессмысленность погони.    

«Набегался старый перечник, а кому работу доделывать? Правильно, Кракену», – Кали Мари всплыла над поверхностью, чтобы не упустить из виду «Жемчужину». Она слышала, как на борту «Голландца» скрипит шестернями механизм вызова, кричат матросы, качается на ветру оснастка. Один щелчок, второй, третий. Она закрыла глаза. Зов выстрелом пронзил мозг. Одним рывком Кали оставила далеко позади морского дьявола.

Как бы быстро ни плыла «Жемчужина», она не могла уйти от идущего на зов Кракена. Кали легко обогнала летящее по волнам судно и выстрелила ловчими щупальцами. Корабль встал на месте. Сегодня никакого баловства – крепко обвить борта щупальцами и утащить на дно – быстро, безупречно, безжалостно. Не дать пирату и шанса выкрутиться. Конечности, змеясь, поползли вверх, тщательно ощупывая обшивку, выискивая все щели и выступы, за которые можно зацепиться. Ещё немного, борта уже закончились, теперь только обхватить…

«Уилл!!!» – истошный женский вопль проник даже в толщу воды. Кали озадаченно приостановилась. Это имя что-то значило для неё – когда-то давно, до того, как зов чёрной метки поглотил всю её волю. Не время отвлекаться, ей нужен Джек! «Огонь!» – прозвучал ещё один голос. Не будет огня, везде будет вода. Хищница попыталась сжать щупальца, над головой громыхнул залп, и все конечности обожгло болью. Вода окрасилась кровью. Кали не удержалась от глухого рычания: «Гнусные пираты! Ах, так, да?! Расстрелять меня вздумали? Решили, что пушки вас спасут? А что вы будете делать без них?! Сравняем счёт!»

Восемь щупалец синхронно восстали из воды и хищно впились в борта корабля, снося и разрывая всё на своём пути, потроша судно, как стая пираний неуклюжую толстую рыбёшку. Воздух наполнился криками матросов и хрустом разлетающихся в щепки перекрытий. Никто не уйдёт. Кали с хирургической точностью препарировала «Жемчужину», выхватывая пиратов, словно мелких паразитов, снующих по трюму и палубам. Щупальце обвило за ногу и потащило очередную жертву. Раздался знакомый женский вопль. «Какое у них поверье есть? Женщина на палубе к беде! Сейчас устраним угрозу!» Стук! С влажным чмоканьем лезвие топора отсекло кончик щупальца. Кали раздосадовано убрала пострадавшую конечность. Ничего, крикунья потонет вместе с остальными. Боли хищница уже не чувствовала.

Матросы зачем-то подвесили на мачту большую сеть с бочками. Корабль раскачивался из стороны в сторону, бочки постоянно попадались под щупальца. Кали разозлилась: «Понавешали тут всякого!» Она сомкнула конечности над сетью, и снова волной невыносимого жара её накрыл взрыв. Ударная волна сорвала мясо со щупалец, горящая жидкость разлилась по коже. В воздухе резко запахло палёной плотью и порохом. Как так?! Она же устранила все пушки! Как они смогли поджечь бочки?! Завывая от обиды и вновь пробудившейся боли, Кали скрылась в глубине под кораблём. Конечности с шипением погрузились в воду следом за ней. Хищница не собиралась отступать. С такими повреждениями «Жемчужина» долго не протянет, но она не оставит судно мирно уйти ко дну. Она должна сама потопить его, убедиться, что Воробей мёртв, убить его собственными щупальцами…. Нет. Щупальца её уже дважды подвели. В третий раз такой ошибки она не допустит. Кали начала медленно всплывать на поверхность.

Воздух обжигал обугленные конечности, солнечный свет резал сверхчувствительные глаза, но она взбиралась по борту, цеплялась за дыры в корпусе, поднималась вверх, пока перед ней не предстала одинокая фигура на палубе.

– Здравствуй, Джек, – широко улыбнулась Кали.