Мечты сбываются

Глава 16. Вордосские болота, сырники и поцелуи.

Таша

Проснулась я в темноте. Судя по внутренним ощущениям, где-то ближе к рассвету. С густо-зелёного неба светили крупные чистые звёзды. Обе луны стояли высоко. Воздух был очень влажный, но тёплый. Уютно потрескивал костёр, рядом с которым стоял Хартад, пристально глядя на огонь.

В паре шагов от меня спали Варук и Серт, завернувшись каждый в своё покрывало. Чуть дальше похрапывал связанный Бвер. Метрах в пяти виднелась неслабая тушка сладко посапывающей Альки.

- Привет, – прошептала тихо, чтобы не разбудить остальных.

На душе было радостно и легко. Ожидание чего-то светлого и вера в чудо переполняли сердце, словно тридцать первого декабря в глубоком детстве.

- Я долго спала?

- Часов шесть примерно, – улыбаясь, ответил Хартад. – Как ты себя чувствуешь?

- На удивление хорошо, - Я поднялась и встала рядом с ним, оглядываясь. – Правда, красиво?

- Ты о чём?

Я пожала плечами.

- О звёздах, небе, лунах, да и вообще…

Хартад смотрел нежно и слегка удивлённо. На одну меня смотрел, даже не пытаясь перевести взгляд на небо или окружающее.

- Ты права. Действительно очень красиво.

Сердце, гулко бухнув об рёбра, опять забилось в горле. Глядя в завораживающие глубиной зелёные глаза, я чувствовала себя зачарованной принцессой из сказочного королевства.

- А почему ты опять не спишь? Дежуришь? – выдавила я, пытаясь побороть охватившее смятение, и зябко поёжилась от внезапно налетевшего порыва ветра.

- Ну да, - ответил тарухан. – Замёрзла?

- Немного.

- Сейчас я тебе плед принесу и…

- Не стоит, - тихое. - Есть и другой вариант.

Хартад уже потянулся к пледу, но замер с вопросительным выражением на лице:

- Какой?

Я передвинулась и прижалась спиной к его груди.

- Так лучше, - прошептала смущённо. – Да?

- Намного, - выдохнул севшим голосом и, довольный, как кот объевшийся сметаны, обнял меня, закутывая полами своей куртки.

Так мы и стояли, вглядываясь в ночное небо и глупо улыбаясь. А звёзды лукаво перемигивались друг с другом. Ветер что-то тихо нашёптывал, играя с язычками пламени. Где-то недалеко ухала незнакомая, но, судя по всему, большая птица. Все мысли улетучились, оставив ощущение покоя и счастливого предвкушения чего-то светлого и очень важного.

Как жаль, что нельзя остановить время! Совсем скоро наступит рассвет, и волшебство этой ночи рассеется, уйдёт навсегда… Светлая печаль переполнила душу, ища выхода. Прислонившись затылком к плечу Хартада, я закрыла глаза и тихо запела, стараясь не спугнуть хрупкую сказку.

- Всё пройдёт. И печаль, и радость…[1]

Песня плыла, переплетаясь с ветром, окутывая нас, усиливая ощущение зыбкой нереальности происходящего. Хартад почти не дышал, а я просто пела, прогоняя из сердца и души печаль, ни о чём не думая и не беспокоясь…

- … только верить надо, что любовь не проходит, нет…

Когда последние слова стихли, мы ещё долго стояли молча. Вдруг, что-то зашелестело, и перед моим лицом в воздухе возникла крохотная, не больше пальца, серебристо-розовая фигурка девушки с двумя парами полупрозрачных крыльев, напоминающими стрекозиные.

- Фея…  - восхищённо выдохнула я, подставляя руку крылатому чуду.

Существо, усевшись мне ладонь, тихо спросило хрустальным голоском:

- Это ты разбудила меня?

- Вряд ли, – задумалась я, отодвигаясь от Хартада. -  Я конечно, пела недавно, но не громко. Даже спутники наши не проснулись…

- Меня как раз разбудила песня.

- Ох, тогда это действительно я виновата. Извини, пожалуйста. Мы не хотели тебе мешать.

- Да что ты! Я спала уже несколько тысяч лет, - малышка внезапно опустила глаза и печально добавила. – Знаешь, как страшно чувствовать и видеть сквозь сон, как гибнет твой мир? А ведь раньше здесь было так красиво… Сотни ручьёв, сбегая с Рассветных гор, пели, звеня и пересмеиваясь. Кругом росли цветы, а мы танцевали под лунами каждую ночь.

- И что же случилось? Почему всё изменилось? – спросила я, предвидя ответ.

Феечка закрыла лицо ладошками и заплакала. Плечики её горестно вздрагивали.

- Прости меня. Я не хотела расстраивать тебя.

- Ничего… - успокаиваясь, ответила малышка. - Я расскажу. Нас были тысячи, но с каждым веком становилось всё меньше и меньше. Когда осталось совсем мало, мы испугались, и, собрав жалкие остатки волшебства, спрятались, зачаровав Поющий грот.

Малышка тяжело вздохнула и сокрушённо покачала головой.

- Мы хотели переждать плохое время и дождаться, когда к нам вернётся магия. Поэтому наложили на грот и себя заклятие чуткого сна, только вот проснуться уже не смогли. Века шли за веками, тысячелетия за тысячелетиями, а мы всё спали и спали. Сила, которая должна была подтолкнуть заклятие и пробудить нас, всё никак не возращалась. А вот сегодня меня разбудила твоя песня. В ней было что-то… несущее надежду.