Медовый Месяц

Глава 6.3: Плакун-Трава

Чутьё не подвело парочку: как они и предполагали, Василь был на площади возле торжища. И парнишке светила действительно дьявольская удача!

Поодаль вытирал губы, расшибленные в кровь, первый бросивший вызов сыну попадьи «счастливчик», сам же обладатель выкормыша пересчитывал заработанные барыши. Заметив среди толпы знакомые лица, юноша осунулся и запереживал; зато видимый лишь Власу годованец что-то прошептал хозяину на ухо — тот будто вмиг стал другим человеком, нагло упёр руки в бока и насмешливо заявил:

— Ну что, есть ещё желающие сойтись со мной в схватке? Или у всех поджилки трясутся?

Белокурый молодец хотел было шагнуть вперёд, но его опередил другой искатель быстрой наживы. Из круга зевак, собравшихся подле площадки для кулачных боёв, вышел дюже высокий и широкоплечий рыжий мужик со шрамом на щеке — даже оборотень по сравнению с ним казался хлипким замухрышкой.

— Слыхал о тебе много, Васька с Кожемячьего конца, — богатырь вытер пышные усы и кивком отдал должное сопернику. — Я Данила Дуболом, с Бабьего торжка, что в столице. Знаешь такого?

Праздные ротозеи все до единого захлопали глазами и начали возбуждённо перешёптываться: Дуболом был лучшим из кулачных бойцов не только в стольном граде, но и во всём княжестве. Василь лишь нагло улыбнулся и с дерзостью ответил:

— Знаю. Неужто в наши края прибыл, чтобы впервые в жизни проиграть?

— Или отделать голыми руками юнца, что решил отобрать мою славу, — довольно хмыкнул тот и расправил плечи, становясь ещё больше и внушительнее. — Что, согласен на бой? Ставлю сам государев подарок на кон!

Данила снял с шеи витую золотую гривну, отпрыск Евдокии же, приценившись, показал на мошну с серебряными монетами и пожал руку противнику. Устроитель боёв, толстый Негодуй, раскатисто объявил о начале сражения, а зрители принялись улюлюкать и топать ногами.

Дуболом, как и следовало опытному борцу, не стал беспорядочно махать огромными кулачищами перед парнишкой, а решил нанести один сокрушительный удар правой. Вложив всю свою мощь в кулак и метясь в челюсть Васьки, здоровяк резко выбросил перед собой длань... и промахнулся?!

Крепкая десница столичного гостя прошла мимо цели, а его самого бросило вперёд. В тот же миг перед очами великана вместо многолюдной площади из ниоткуда появилась твёрдая землица, а голову разорвала такая боль, словно на ту обрушились белокаменные своды княжьих палат. Сознание Данилы помутнело, а сам он, оглушённый и сбитый с толку, с трудом поднялся на ноги.

— Бей его, Васька! — выкрикнул кто-то из сборища.

— Давай, по кумполу ещё раз! Пусть не суёт своего носа в Витачов!

По-бычьи раздув ноздри, киевлянин нанёс ещё один удар увесистой левой рукой, но ускользнувший от убойного кулака сын попадьи будто превратился в тугую пружину и сперва стукнул противника по кисти, а затем и вовсе разможжил его и без того приплюснутый нос вторым замахом.

Доселе непобедимый борец был повержен!

Горожане радостно зарукоплескали и принялись горланить Васькино имя, с десяток мужиков же кинулись к лежащему на земле без сознания Даниле... как их вдруг остановил строгий голос Услады.

— Не трогайте его и не глазейте, лучше принесите мне, лечее, тряпиц, воды... — переведя взгляд с залитого кровью лица богатыря на его неестественно вывернутое запястье, она с беспокойством продолжила. — Отрез ткани подлиннее, несколько дощечек да топор. Не стойте же на месте! Живо, живо!

Вскоре витачовцы возвратились со всем необходимым. Врачевательница вытерла ставший червонным распухший нос Дуболома и велела одному из ребятишек зажать его мокрой ветошью, сама же внимательно осмотрела повреждённое запястье и подозвала к себе ещё одного неравнодушного горожанина.

С помощью ткани она поправила изгибы в месте перелома, наложила уходящую по обе стороны от него повязку и, с подмогой своих сподручников, закрепила руку в правильном положении благодаря нескольким палочкам-колышкам.

Глядя на то, как ловко управляется со своим ремеслом спутница, оборотень расплылся в улыбке... и вздрогнул, услышав скорого на язык Ваську. Вернее, годованца: именно нечистый вкладывал сейчас в голову хозяина мысли о мордобитии да заработке, делая того всё безжалостнее и алчнее.

— Хочет кто-то ещё свои умения показать?! Иль после несчастного Данилы струсили все? Смалодушничали?

— Отчего же струсили? — Влас выступил вперёд и посмотрел прямо в глаза врагу: не юнцу, а окаянному выкормышу. — Хочу после вчерашнего удачу испытать и проигранное забрать.

Мохнатая тварь ощетинилась и сердито обнажила зубы. Заметила какой-то подвох или просто недовольна повторной встречей с тем, кто мог продержаться против неё и её создателя чуть дольше, чем обычный человек?

— А ставишь-то что, коли гол как сокол? — заморыш странно повёл носом.