Медуница для лорда-дракона

Глава 3

Памела не знала, кого в первую очередь возненавидели леди: двух счастливиц, неспешно прогуливающихся по боковой дорожке, ровной, чистой и препятствий лишённой, или неизвестного обладателя неуёмного воображения, придумавшего, из чего должен состоять этот этап.

Леди потеряли шляпки и шпильки, а кто-то особо удачливый – и туфельку. Самая везучая дама лишилась сразу обеих. Все до единой облачённые в утренние платьица, леди испачкались буквально с ног до головы, измарав светлые ткани так, что те стали похожи на несвежие тряпки бурого оттенка. Леди порвали юбки и рукава, измочалили чулки и перчатки и к финишу выглядели хуже сказочной болотной нечисти, из этого болота только что вылезшей. По крайней мере, на лицах, расписанных тёмными пятнами и кривыми полосами, отражалась та же неистребимая ненависть ко всему человечеству, какая полагалась естественной для нечисти. Однако, вопреки очевидному отсутствию хорошей физподготовки, леди бросились на штурм первого этапа с энергией, упорством и настойчивостью, какой Памела не ожидала от юных благородных дам, полагавшимися существами изнеженными, тепличными, не приспособленными ни к чему, кроме улыбок и сияния на светских мероприятиях. Они бесстрашно, пусть и напрочь неумело лезли на барьеры выше их в полтора раза, балансировали на брёвнах и канатах, натянутых в полуметре над землёй, взбирались и спускались по узким лестницам, прыгали по плоским камням, наполовину утопленным в жидкой грязи, и пытались оседлать деревянных козлов. Препятствия, конечно же, не были слишком крутыми и непреодолимыми, каждое окружала либо небольшая грязевая ванна, либо серые гимнастические маты. По другую сторону беговой дорожки дежурило несколько слуг и две женщины в форменных синих платьях лекарок. Лекарки осмотрели каждую участницу по окончанию этапа, дабы убедиться, что травм никто не получил. Памелу и Мадину не осматривали – они всего-то прошлись по дорожке, идущей параллельно основной, какие уж тут травмы? Впрочем, Памела шла медленно, то и дело останавливаясь, чтобы посмотреть, как справляются леди. Из семи молодых дам до финишной черты добрались пять, две не смогли осилить последнюю треть препятствий и были извлечены с беговой дорожки слугами. Кого из них двоих объявят первой проигравшей, чья участь первой же покинуть обитель Чёрного дракона, будет известно позднее, во время обеда. А пока грязных, смурных и изнурённых нежданными нагрузками леди повели в замок.

Профессионалок тоже.

По пути Памела гадала, действительно ли это испытание призвано показать наиболее крепких и выносливых кандидаток или большая крылатая ящерица попросту издевалась эдак изощрённо над потенциальными невестами?

Всё возможно.

Илатта наблюдала за прохождением полосы препятствий, сидя на скамейке, и после сопроводила пошатывающуюся, спотыкающуюся нестройную вереницу обратно. Лорд-дракон как улетел, так и пропал и больше никого из лиц, коих можно поименовать вышестоящими, Памела не приметила. Или всё руководство отбором возложено на плечи Илатты, а лорд появится ровно два раза, на открытии и когда придёт срок назвать имя победительницы? Хотя если учесть, что он на протяжении уже восьми лет не называет заветного имени, то, может статься, и в этом году победительницы не будет.

А на следующий год?

Так-то оно Памеле не важно, но любопытно же, как долго ещё отборы эти проводиться будут.

Подобно большинству жителей королевства, Памела знала, что первый отбор для молодого дракона проводится, когда он вступает в возраст, подходящий для женитьбы и продолжения рода. Конечно же, никому не было известно наверняка, какой конкретно возраст подразумевается в случае драконов. Это у людей мужчины могли жениться и в двадцать два, и в пятьдесят два, не вызывая при том нареканий у окружающих. Победительница отбора становилась законной женой лорда, после чего, какую бы жизнь она ни вела прежде, ей приходилось поменять её на новую, в уединении драконьего замка. Порой она вместе с супругом появлялась на светских мероприятиях – когда лорд до оных мероприятий вовсе снисходил, – но в целом после свадьбы счастливицу видели редко. В свой срок она давала жизнь наследнику – хотелось всё же думать, что наследник этот на свет появлялся традиционным для людей способом, а не вылуплялся из яйца, словно птенец, – тот рос, воспитывался и получал образование, положенное всякому отпрыску знатной семьи. Взрослел, становился сначала юношей, а затем мужчиной, вступал в возраст, подходящий для женитьбы и продолжения рода, и для него проводился его первый отбор…

А что потом?

Отбор, жена, наследник – с этим всё понятно. А родители его где? Не могут же они умереть ровно тогда, когда сын в тот самый подходящий возраст вступит? Драконы человеческими болезнями не болеют, они куда крепче, выносливей физически, нежели люди, и шансов благополучно дожить до преклонных лет у них больше. Если предположить, что нынешний лорд-дракон не слишком стар, то и родители его должны быть живы. Отец так точно. И где он? А титул передаётся от отца к сыну только в случае смерти первого или они все лордами именуются, независимо от количества живых его носителей? Девочки у драконов по каким-то неведомым причинам не рождаются, лишь мальчики, но мальчиков может быть больше одного в семье… или не может? В силу завидного здоровья детская смертность у них нулевая… по крайней мере, так говорили. Однако что же получается, если сын-наследник всегда наличествует сугубо в единственном экземпляре, то род никогда, ни при каких обстоятельствах не ветвится?

С одной стороны звучит неплохо и нет риска, что титул отойдёт какой-нибудь очень, очень дальней родне, если вдруг родится не заветный мальчик. А с другой, разве ж то не лишний риск – вдруг да родится не мальчик, или всё же случится с ним что, а родственников-то и нет, ни близких, ни дальних, и вообще…