Медведь и воронёнок. Сердце пополам

Глава 1

- Сашка, ну признавайся же, не томи!

Саша в ответ лишь фыркнула возмущённо.

- Настя, это точно нужно обсуждать именно сейчас?

Они как раз переходили кованый мост через реку, и ярмарка вокруг кипела и бурлила. Вокруг, будто рыба на нересте, сновал народ – плечистые и взмокшие от натуги парни с поклажей на горбушке, рыжеволосые девки с зелёными и алыми лентами в длинных косах, пухленькие женщины с корзинами, наполненными разнообразной снедью. Приглядевшись к одной из них, Саша увидела торчащие из-под ситцевой тряпицы пучки зеленого лука и укропа. И это в декабре, за три недели до Рождества! Ещё месяц назад она бы несказанно удивилась – откуда в берендеевой глуши свежая зелень, когда сугробов намело уже кое-где и по пояс? Колдовство, не иначе!

Теперь, наконец, всё встало на свои места. Чародейская сила, что воплотилась в потомках сильной деревенской ведьмы и зверя, навсегда снявшего медвежью шкуру ради любви – всё княжество было пропитано ею. Вот в чём заключалась берендеева тайна: в покровительстве могучих предков, хранивших свой народ и после смерти за невидимой стеной.

Вот только волшба эта в последние годы давала сбой, объяснения которому до сих пор не нашлось даже у отпрысков правящего рода…

- Однажды я придумаю, как навсегда прикрыть Росславь от шпионов всех мастей, захватчиков да чернокнижных колдунов, чтобы никому неповадно было даже смотреть в сторону здешних богатств. Станет полегче, - говорил Ратмир на очередной встрече, когда они уже в который раз приехали на обед в «Кабанью голову» – А сейчас главное – понять, по какой причине в Белой Стене образуются бреши. Каменная матушка здесь нам не помощница, у неё самой не достаёт сил. Она же всё-таки человек, хоть и могущественная ведьма. И есть ещё кое-что…

Берендей умолк. Саша не торопила. Она до сих пор была настолько ошарашена случившимся, настолько пьяна от переполнявшего её восторга, что готова была просто сидеть с ним рядом и кивать согласно, ляпни он даже несусветную глупость.

Ратмир вёл себя иначе. Вроде бы тоже радовался случившемуся, а ещё – явно расслабился после того, как Саша сказала, что ни капли на него не сердится. Даже складка между вечно нахмуренными бровями начала разглаживаться.

И лишь во взгляде всё ещё сквозила непонятная тревога.

- Источники живой воды тоже иссякают, - признался он вдруг. – Для торговых нужд скоро не хватит, а одним лесом сыт не будешь. И Бог бы с ней, с торговлей, но рано или поздно её перестанет хватать и нам.

Он вновь замолчал, затем усмехнулся.

- Признаюсь тебе в таких вещах, о которых даже народ наш пока не догадывается. Слухи-то уже ползут, но о масштабе грядущей беды не догадывается никто, и это правильно. Простым горожанам ни к чему жить в страхе перед грядущим. Только Владияр знает, дядька Ждан с братьями и их семьями, да часть дружины – из парней, кто Белую Стену всем скопом могут какое-то время держать вместо меня. Ну и волхв наш тоже…

- Я никому не расскажу, - Саша успокаивающе погладила его по руке, вдруг стиснувшей вилку до побелевших пальцев. – Хочешь – под заклятье встану, которое язык завязывает. Раз волшба, что память уезжающим людям искажает, не работает на магах.

- Зачем? Ты собираешься уехать от нас?

- Если только ненадолго.

И впрямь, куда ей сейчас возвращаться, зачем? На рожу Малашки Пыжиной в госпитале любоваться да трястись от одной мысли, что Савелий Горохов может прислать по её душу жандармов? Яков Меркурьевич ясно дал понять – до середины весны на службе носа не казать. Но вряд ли он будет в гневе, если она тут задержится и до лета, и до следующей осени, тон полученного письма на это ясно указывал.

- Мало ли, дядька помрёт от услады своей. Не отпускать же Настю одну справляться с делами. Она во многих житейских вопросах очень наивна… Но мы не болтушки, не подумай плохого. И я об этом ей точно рассказывать не буду. Однако сам же знаешь, есть разные способы заставить человека заговорить. И многие из них не под силу вынести даже мне.

- Это верно, - Ратмир сжал в ответ её ладонь, осторожно и бережно. – У простых невест и выведывать обычно нечего, а в столицу они ездят с сопровождением кого-то из новой семьи. Но ты другое дело… вот леший!

Он потёр лоб, а затем выдохнул с плохо скрываемым раздражением.

- Нас ведь и постояльцы соседних трактиров да гостиниц видели, а среди них столичных много. Наверняка тебя кто-то опознает. И вскоре в столице тоже станет известно, что лекарка Александра Усольцева завязала отношения с княжьим братом… Воронёнок, я не пущу тебя одну в Николасбург, даже не надейся.

- Начинается, - Саша фыркнула. – И недели с нашего уговора не прошло, а ты мне уже что-то запрещаешь?

Не помогло – Ратмир вместо того, чтобы посмеяться вместе над ситуацией, лишь ещё пуще нахмурился.

- Не запрещаю, а беспокоюсь. Ты ж сама за меня как переживала на жальнике, которым Мрачень заправляет. Но я-то полон сил, могу ими делиться, если понемногу за раз отдавать. Потом на дивьей стороне в лучах тамошнего солнышка погреюсь, и вновь целый-невредимый. А ты выгоревшая, едва начала в чувство приходить…

Саша так быстро отдёрнула руку, что Ратмир посмотрел на неё с недоумением.

- Это что, ты с ним той же силой делишься… что и со мной?! И я, получается, такая же кровопийца, и тоже лишаю тебя жизненной энергии? Может быть, прямо сейчас?