Медведь и воронёнок. Сердце пополам

Глава 9

Шкапчики с полками во все стены. Книжные корешки с золочёными буквами, астролябии за стеклом, огромный – и двумя руками не обхватить! – глобус в углу. Подробные карты всех существующих материков на противоположной стене. Письменный стол с десятком выдвижных ящиков, на углу – италийский парусно-винтовой фрегат в бутылке. Лампа с зелёным абажуром, подобные были в каждой мало-мальски состоятельной николасбургской семье. Вот только здесь явно работал мастер. Не кустарное производство и не фабричное, на ткани ручная вышивка…

Кожаное кресло, плотно придвинутое к столешнице, рядом два стула с пропиловочной резьбой на спинках. У окна – диван с оттоманкой. Сбоку столик с фарфоровыми чашечками и расписным чайником, рядом блюдечко с шоколадными конфетами.

От чашечек поднимался к потолку ароматный пар. Мёд, липа и что-то ещё, сладковато-терпкое. Саша точно знала травку, которая так пахнет, но никак не могла вспомнить её названия.

- Милости прошу к нашему шалашу, - Ратмир задёрнул бархатные портьеры, и в комнате тут же вспыхнули огни. Загорелась лампа на столе, заплясали язычки пламени в камине, огороженном решёткой. Словно по мановению волшебной палочки.

Саша огляделась по сторонам.

- Может, не надо окна закрывать? – шёпотом уточнила она. – Нам прятаться вроде бы не от кого, предосудительного ничего не замышляем. Зато со двора злоумышленникам проникнуть легче лёгкого, а мы и не увидим, пока в окно не полезут…

Ратмир взглянул на неё с сочувствием, стало даже неловко.

- Воронёнок, я помню, что ты в своё время числилась в армии, пусть и не бывала в настоящей бойне. Потому и чувства твои мне понятны, хотя дико даже представить, чтобы ба… женщина переживала о делах, которые её вообще бы касаться не должны. Поэтому буду с тобой говорить как с… - он снова запнулся. – Как с коллегой. Подойди сюда.

Он откинул угол портьеры, и Саша увидела угол дома, освещенный фонарями, и двоих парней из младшей дружины, уже успевших протоптать дорожку в снегу. Лица у них были сосредоточенными и хмурыми.

- Гостям моей усадьбы сегодня ничего не грозит. Во дворе отряд из двадцати человек плюс четверо – в медвежьем обличии, на каждую сторону забора, явится чужак – они по запаху его за версту учуют. А парни в случае необходимости дадут отпор даже чернокнижнику с его оравой - они обвешаны амулетами с ног до головы. У нас ведь и своя магия имеется, как ты помнишь.

- Только у других я ещё не видела её в действии. А клинки против колдовства бессильны, как и звериный облик.

- У нас ещё много тузов в рукавах, - туманно ответил Ратмир. – Просто поверь – сюда и муха без моего ведома не проскочит. Да и в городе безопасно теперь. Чужакам со злой ворожбой ходу за охранный тын не будет. Если только не прикатят десяток мортир под плетень, как ты однажды предполагала.

Саше легче ничуть не стало, но спорить с хозяином дома не просто глупо, но ещё и оскорбительно. Поди, не дурак, из люльки в детстве вниз головой не роняли. Знает, что делает.

Поэтому она присела на диван и достала из крохотного мешочка-ридикюля, висевшего на поясе, открытку, которую днём нашёл Ванька.

Ратмир выслушал её рассказ с непроницаемым лицом и заявил, едва она закончила.

- Не нравится мне это. Я тебе говорил ведь уже, что пара оборотунов служит в вашей Тайной канцелярии? Под прикрытием, естественно, подобрали в своё время не таких крепких, вот как Владиярка по комплекции, и с карими глазами. Ну и сменяются они быстро, чтобы примелькаться не успели. Его величество и сыскари в курсе, а остальным и знать нечего. Так вот, они успели все приюты обойти ещё в ту неделю, как я в Николасбурге побывал. И сам государь-император следит за этим делом, ибо есть ощущение, что корни там тянутся глубоко и далеко, и детвору не в первый раз для чернокнижных нужд используют. Сейчас слежку установили за всеми приютами, проверки одна за другой, вплоть до персонала. Добровольно колдуну никто не помогает, заклятий на людях нет, но…

Он замялся, словно подбирая слова.

- У этого богоугодного заведения покровителем и меценатом знаешь, кто числится? Иоганн Гравей, отец женишка твоего, безвременно почившего.

- И что? – Саша поморщилась. Резко ставший нелюбезным тон Ратмира, как и пренебрежительные высказывания, её задели.

- А то, - берендей вдруг отвернулся. Явно понимал, что говорит неприятные вещи, но и молчать уже не мог. – Говорю же, не нравится мне всё это.

Дошло, впрочем, до Саши быстро.

- С ума сошёл?! - она едва не уронила открытку. - Чтобы начальник погодно-магического бюро Николасбурга, потерявший старшего сына во время разрыва материи, который спровоцировали закромешники, помогал одному из них?!

- Всякое бывает, - Ратмир пожал плечами. – У нас купчик один сам у себя подворовывал, чтобы компенсацию с князя получить, мол, дружина зазря хлеб ест и город не защищает… А ты слишком сильно веришь в людей. Помогли эти Гравеи тебе после гибели родителей? Или соболезнования выразили, и всё на этом?

- А они и не обязаны были. Я дворянка во втором поколении, и то звание отцом за заслуги полученное. А их род едва ли не древнее императорского. Удивляюсь, как они вообще позволили Теодору жениться на мне! К свадьбе ведь почти всё было готово. Или они просто так потратили без малого пятьдесят тысяч рублей на подготовку торжества?