Медвежьего царства хозяйка

Глава 3. Кто прячется за сосной? Ч2

Мы выдвинулись сразу же. Огородом деда Пахома прошли до заборчика, и Рыжуха скользнула в дыру между штакетинами. Я протиснулась туда же, чуть не зацепившись за гвоздь рукавом, выпрямилась и вдохнула полной грудью свежий воздух, напоённый ароматами луговых трав, влажной землёй, листьев. Как же хорошо, боже мой! Зелёное поле, испещрённое разноцветными пятнышками ромашек, маков и васильков, лежало, как скатерть на огромном столе, ограниченное с трёх сторон тёмными стенами леса. Солнце начинало припекать, и над лугом парило, высушивая траву. Маленькая тропинка змеилась, почти невидная, убегая к деревьям.

В балку?

В балку.

Рыжее пятно лайки мелькало тут и там между кочками с травой, и я поспешила за собакой, поправив на плече сумку с альбомом. Луг я зарисую позже.

Когда мы пересекли его и почти подошли к лесу, я споткнулась. С воплем полетела в траву, упала руками вперёд и чуть не стукнулась лбом о спрятанный камень.

— Вот чёрт! — в сердцах бросила, садясь, и оторопела.

На пучке травинок раскачивался, меленько регоча, крохотный человечек в набедренной повязке. Больше всего он был похож на Добби, домашнего эльфа семьи Малфоев — длинный нос и большие выпученные глазки на маленьком личике. И смех у него был такой же скрипучий, как у Добби. А чего это он смеётся, интересно? Над тем, что я упала?

— Чего хохочешь? — решила уточнить, потирая коленку. Человечек замер и навернулся с травинок на землю. Кувыркнулся и оказался прямо передо мной. Увидев, что я слежу за его падением, спросил, заикаясь:

— Т-ты мен-ня вид-дишь?

— А что, не должна? — огрызнулась, осматривая штаны. Слава богу, не порвала. Но ссадина останется. Ладно, хоть на камень не налетела!

— Кто ты такая? — он вскочил и исчез.

Я наморщила лоб и помотала головой. Нет, он и правда исчез! Какая наглость… Ещё и спрашивает, кто я такая… Я Ангелина. А он даже не представился…

— Полевики противные, — раздался голос над головой. Характерный такой голос, с быстрым дыханием. Я даже представила, как язык свесился набок. Мать моя женщина, это же Рыжуха!

Я медленно, очень медленно обернулась, стараясь не представлять, что могу увидеть. Даже взмокла от страха. Но всё оказалось весьма мило. Просто лайка, просто луг, просто трава. Собака улыбнулась мне, вывалив язык набок, и добавила:

— Они вечно всех роняют.

— Надо ли мне удивляться? — спросила я. Наверное, саму себя. Ладно, домовой и полевик… Но говорить с собакой?

— Я удивлена только тому, что ты не сразу начала со мной разговаривать.

— Кто ты?

Рыжуха села. Склонила голову набок. Ответила:

— Я собака.

— Я имела в виду… Ну, я разговаривала с домовым, например. А ты, что ли, оборотень?

Лайка засмеялась. Это было странно — будто она пыталась прокашляться, но не получилось. Потом Рыжуха снова заговорила:

— Нет, слава Велесу, я всего лишь Хранитель.

— Хм-хм, — сказала я. — Хм.

— Что не так? Я знаю, что ты уже контактировала с Хранителем. С моей бабкой!

Кто это была её бабка? Неужели, чёрно-белая Найда? Логично, дед Пахом оставлял себе щенка от своей собаки. С Найдой мы дружили, но я почему-то никак не могу вспомнить, разговаривала я с ней или нет.

Как будто по заказу услужливая память подбросила воспоминание: жёсткая шерсть, слегка маслянистая и грубая, но неожиданно мягкая на треугольных ушах и над бровями. «Да, детка, чеши ещё, ещё… Да, вот тут!»

Чёрт! Я может и не разговаривала с Найдой, а вот она со мной — очень даже!

— Скажи, а чем занимаются Хранители?

— Охраняют, — коротко бросила Рыжуха.

— А если немного развить мысль?

Я поднялась, отряхивая штаны, и повесила сумку на плечо. Лайка отряхнулась, наверное, чтобы выиграть время, а потом ответила:

— Хранители охраняют существа от Охотников.

— Отлично. Ещё два вопроса можно?

— Кто такие Охотники? — удивилась Рыжуха.

— Да. И кто такие существа.

Собака фыркнула:

— Ты не можешь не знать, кто такие существа! Ты разговаривала с домовым, видела полевика…

— А, понятно. А кто такие Охотники?

— Велес, дай мне силы, — пробормотала Рыжуха. — Хотя… Ты ещё не убивала… Возможно, тебя не инициировали. Но сделают это рано или поздно!

— Стоп, ты о чём? — я уставилась на неё, прищурив глаза. — Разумеется, я никого не убивала! Что за дурацкие намёки?

— Никаких дурацких намёков, — тут же отказалась собака. — Ты Охотница. Но не убивала.