Медвежий Угол

Глава 19

Пришла осень. Деревья уже теряли свою листву, и для того, чтобы придать им праздности, дети украсили ветки цветными обрезками ткани. В больших хоромах старшего общими усилиями жители накрыли столы. В воздухе стоял запах браги, которую во дворе варили местные умельцы. Дородная женщина, жена старшего, раздавала указания молодым девкам, следя за тем, как они располагают на столе кушания.

Свадьбы в медвежьем краю любили, и традиции предков уважали. Потому на еде никто не скупился. Столы ломились от угощений: мясо кур, гусей, кабанов. В центре стола — запеченная оленина, которую только-только сняли с огня, каши, заправленные конопляным маслом, ароматная рыба с травами: осетр, стерлядь, окуни. Среди прочего — всевозможные овощи: белокочанная капуста, брюква, редька, много лука. Хозяйка облизала губы. Скорее бы все расселись за столом и вместе отведали кушания!

По двору носились дети и псы. Мужики на вертеле запекали мясо и пили пиво, обсуждая охоту. Юные девицы носились с посудой и поручениями от взрослых баб, не забывая послать смущенный взгляд стройным молодцам. Двери домов украшали ленты и сухоцветы. Бажена стояла в центре горницы, а у ног ее крутилась мать, подшивая подол свадебного сарафана, который надевался поверх нарядной рубахи с красной вышивкой. Золотые кудри заплели в две толстые косы, а на лоб повязали золотой обрез ткани, украшенный вышивкой. Старуха поднесла тонкий кушак с лапой Велеса, как оберег от нечисти, его повязали на поясе девушки. Ядвига придирчиво осмотрела дочь и вспомнила, чего не хватает! Из сундука достали поршни, кожаную обувь поставили перед молодой невестой, и она нехотя натянула их на ступни.

— Хороша! Чудо как хороша! — старуха цокнула языком, расправляя складки на сарафане невесты. — Жаль, свадьба не летом, холодно возле реки уже стоять.

— Молодым тепло, — возразила Ядвига, и щеки девушки покраснели.

В те далекие времена свадьба в доме невесты была почетным обрядом, ведь свадьба означала для молодой девушки похороны, потому и украшали ее так трепетно и ярко. Выходя из отцовского дома, девушка умирала в своей семье и возрождалась, становясь женой в доме мужа. Отныне душа ее и тело будут принадлежать мужу, и она родит детей другому роду... С тяжелым сердцем Бажена вышла на улицу, где всюду веселились ее земляки. Слышался смех и шутки про молодых. Бажена схватила мать за руку.

— Позволь мне пройти в лес, мама. Хочу побыть одной.

— Бажена, ты уже три раза ходила туда утром. Я боюсь, ты дашь деру.

— Нет, обещаю...

— Уже нельзя. Сваты пришли.

Бажена закусила губу, когда ее вывели со двора. Ярополк схватил дочь за плечи и поцеловал долгим поцелуем в лоб. «Всё кончено», — решила про себя Бажена, и из глаз ее брызнули горькие слезы. Ярополк отвернулся и отошел в сторону. На узкой дороге стоял Красибор, и глаза его светились радостью. Он протянул Бажене руку, та не шелохнулась, и Ядвиге пришлось заставить дочь протянуть жениху ладонь.

Люди расступились, и молодые двинулись впереди остальных, позволяя другим сопровождать себя к могилам предков. То был важный обряд. Жених и невеста рука об руку шли на кладбище, где получали благословение от умерших на их брак. Бажена шла так, словно к ее ногам привязали тяжелые камни. Каждый шаг — как пытка. Она не отрывала глаз от черной земли. С погодой повезло. Дождей не было вот уже несколько дней, и даже светило солнце, пытаясь приободрить невесту.

Красибор шел рядом, крепко держа в своей руке ладонь невесты. Он чувствовал, как холодна ее кожа, и ему не терпелось прикоснуться к ней губами. Следом за ним шла мать Красибора, которая не могла сдержать восхищенного взгляда. Ганна гордилась сыном! Высокий, широкоплечий и белолицый — самый завидный жених в медвежьем краю! На парне хорошо сидела рубаха и шерстяные штаны, Ганна не скупилась и купила сыну новые кожаные сапоги с заостренными носами на зависть всем. Все в ее сыне ладно и пригоже, да только вот жена не очень-то хороша: идет с кислым лицом, нос от него воротит. Ганна давно ждала, когда та переступит порог их горницы, и уж тогда она научит своенравную гордячку порядкам. Коль мать с отцом не справились, придется ей вмешаться в воспитание.

С другой стороны от молодых шли родители невесты. Ярополк возносил молитву духам, пока Ядвига придирчиво рассматривала жениха дочери. Материнское сердце одолевала тоска и сомнения. «Всё-таки не так уж он и хорош, и нос у него черезчур длинный», — терзалась Ядвига, но исправить уже ничего не могла. Придется ей смириться со свадьбой дочери, с Красибором, с его угрюмой матерью и даже с длинным носом жениха. Как тяжела участь матерей невест! Какое же сильное сердце нужно иметь, чтобы навсегда отдать свою кровь в мужские лапы.

Перед кладбищем все поклонились. Красибор воздал молитву деревянным фигурам на открытом участке, Бажена не поддержала молитв. Не просила она вместе с мужем благословения в новой жизни, за то и получила немой упрек от отца. Проходя с женихом мимо могил предков, Бажена думала лишь о том, как завидует тем, кто уже закончил свой земной путь... Шаман стал возносить молитву духам, все принялись внимать каждому слову, ощущая трепет в теле. Бажена взглянула синими глазами на небо, где спокойно спали облака. «Смотришь ты сейчас на небо? Какое оно в твоих краях, Сигурд? Слышишь ли боль моего сердца за многие версты от тебя?» — говорила она мысленно с тем, кто навсегда потерян для нее в этом мире, пока вокруг нее земляки молились о ее благополучии в новом статусе жены.

Над головами кричали вороны, верные хранители мира тех, кто спит вечным сном. Поклонившись, молодые покинули кладбище и направились в хоромы старшего, где каждого из них ждали испытания. Войдя в шумный двор, их руки разъединили. Гости выпили по чарке хмельного пива, бабы принялись кричать песни, пока дети хлопали в ладоши. Толпа людей двинулась к реке. Бажену начало трясти, но не от холода, а от страха.