Медвежий Угол

Глава 23

В Новгороде жило много варяг, и потому викинги здесь чувствовали себя относительно спокойно, не ожидая внезапной опасности на чужих землях. Бажена вместе с Сигурдом поселилась в хоромах знатного купца-скандинава, пока тот отсутствовал в Новгороде. Несмотря на то, что Новгород Бажене нравился, она не могла перестать скучать по дому, и временами её прекрасное лицо теряло краску, она тосковала и лила слёзы по родным. Однажды Сигурд попытался овладеть ею среди ночи, и та подняла страшный шум, а после ударилась в истерику, дрожа от ненависти к варягу.

— Ты сломал мне жизнь! Я чужая жена!

— Не говори так! Ты моя, — Сигурд вышел из себя, проклятая девка изводила его своим отказом. — Смирись, Бажена!

— Я свободная, и ты не можешь сделаться моим хозяином, жалкий лис! Только муж может женой управлять, а ты, варяг, мне никто!

В ту ночь Бажена спала в комнате без Сигурда. Он запер её и ушёл, и она не видела его несколько дней. Сигурд страшно разозлился на Бажену, но больше на себя. Зачем он тащит её за собой в пропасть? Ведь славянка права, он в самом деле женат. Оказавшись на морозе, мужчина схватил ладонями снег и растёр им свои горящие от злости щёки. Снег помог остудить мысли, и впервые за долгое время Сигурд вспомнил Олету, и тут же настроение его стало ещё хуже. Придёт тот миг, и ему придётся увидеть свою жену, представить ей Бажену... В таком мужском поступке в те времена не было никакого стыда. Викинги часто привозили хорошеньких рабынь, и жёны тому не смели возразить. Таков был порядок и уклад. Сигурд знал, Олета не смеет ему сказать слова против, и, как ни странно, в этой ситуации Сигурд переживал более за Бажену. Сможет ли славянка смириться и начать новую жизнь? Согреет ли она когда-нибудь его своей любовью? Будут ли они так близки, как и раньше? Теперь Бажена рядом, она всецело в его власти, но при этом так далека от него душевно, что и не знает он, как же к ней подступиться.

Сигурд отсутствовал два дня. Они с братом отправились охотиться на оленя, когда же вернулись с добычей, Рауд сообщил об отвратительном поведении славянки. Девка знатно подпортила старому слуге жизнь. Вздохнув, Сигурд прошел в ее комнату, ожидая трудного разговора.

Бажена сидела на сундуке и грызла орехи, макая их в мед. Дверь скрипнула, и на пороге возник высокий викинг. Увидев варяга, девица закатила глаза и отвернулась к стене. Варяг испортил ей аппетит. Он молчал, чем злил ее еще больше, не выдержав, она все-таки обожгла его взглядом.

— Зачем ты обижаешь Рауда? Он рассказал мне про твои глупые выходки.

— Ябеда.

— Рауд — мой слуга, он обязан все докладывать, ведь такова его работа.

— Я расстроена твоему возвращению, варяг. Очень молилась, чтоб тебя разорвал в лесу проснувшийся медведь или сшиб кабан.

— Видно, не так уж усердно молилась, раз я жив.

Сигурд прошелся по комнате и, остановившись подле нее, заложил руки за спину. Несколько мгновений они глядели друг на друга, пока Бажене не надоело играть в молчанку. Она вернулась к орехам, пачкая пальцы в глиняном горшочке с медом.

— Я пришел поговорить с тобой, Бажена. Выслушай, и я уйду.

— Навсегда уйдешь?

— Слушай и не перебивай, — Сигурд повысил голос. — Ты обязана меня слушаться! Я долго терпел твои забавы, но, видно, зря. Ты не приняла моей доброты, и я решил: отныне по-твоему будет.

От его холодного тона у Бажены кровь застывала в жилах. Она интуитивно поняла: сейчас он скажет что-то такое, что навсегда разрушит их отношения. «Молчи, варяг, молчи!» — молила она про себя Сигурда, ей отчего-то не хотелось разрывать их связь окончательно. Он и так достаточно ее унизил! Тонкая рука замерла над горшочком с медом, она не смела пошевелиться, а Сигурд все продолжал говорить:

— Ты рабыня, и у тебя нет права перечить мне, тем более на людях. Сделай ты еще раз так, и будешь публично наказана. Ты также не имеешь права оскорблять моих людей. Не имеешь права возражать против моих приказов. Я желаю видеть только молчаливое послушание и ничего более от тебя не жду. За каждую провинность ты будешь нести наказание, как и полагается женщине твоего статуса. Я запрещаю тебе обращаться ко мне, используя мое имя. Отныне ты будешь называть меня, как и все мои люди, словом «господин» и никак иначе. Ты поняла меня, женщина?

Два дня вдали от нее показались ему вечностью. Он понял: его сил не хватит для того, чтоб отказаться от славянки, и потому нужно ее научить жить по новым законам. Он не станет потехой для своих людей и научит рабыню послушанию. Другого выхода нет. Она отказалась быть его любовницей, и потому ему необходимо поставить ее на место. Сигурд захотел наглядно показать, как изменится ее жизнь, коль отвергает она его доброе отношение. Конечно, и сейчас им двигала любовь. Подобно утопающему, он терял любимую женщину и не знал, как вернуть ее расположение. Часто мужчины допускают подобную ошибку: они начинают силой и превосходством добиваться желаемого, и оттого любимая женщина становится еще более недосягаемой.

Горсть орехов, зажатая в ладони, упала на пол. Славянка подняла голову, сверкнув синими глазами, которые сейчас горели светом ненависти. Сигурд выдержал ее тяжелый взгляд, но слова его ранили.

— Выходит, я твоя вещь? Живые существа умеют говорить и возражать. Возьми хотя бы барашка, сделай ему больно, и он воспротивится. Ударь пса, и он заскулит. Напугай любого зверя, и он начнет рычать.