Медвежий Угол

Глава 41

Ночь праздника подходила к концу. Усталая и охмелевшая Бажена с трудом преодолевала проклятые каменные ступеньки. Следом за ней, поддерживая славянку за шубу, поднимался Сигурд. К слову, без его поддержки она вряд ли бы победила ступеньки. Отворив тяжелую дверь, он затащил Бажену в комнату. У нее сейчас сил не больше, чем у новорожденного бельчонка. Усадив девушку на кровать, он открыл дверь, впуская рабынь с горячими камнями, которые они подложили в студеную постель. Бажена сложила губы трубочкой и выпустила колечко пара, удивляясь столь холодному воздуху. Может, лучше было бы уснуть со всеми в общей зале на полу, там ведь гораздо теплее: люди надышали, и горит огромное полено в очаге... Она взглянула на Сигурда, который принялся снимать подбитый мехом плащ.

— Не лучше ли остаться полностью одетым, господин?

— Будет неудобно. Я накрою нас своим плащом сверху.

— Мы не помрем в таком холоде, аль может вернуться в твой дом?

— В такую ночь? — Сигурд удивился. — Там снега намело по горло, если отправимся сейчас в путь, точно встретим свою погибель. Раздевайся и ложись..

Щеки девушки загорелись алой краской, она перевела взгляд на кровать. Неужто ей придется разделить с ним ложе? От одной только мысли ее бросило в жар, и она передернула хрупкими плечами. Слуги принесли им в комнату факел, он будет давать свет и лучи тепла, пока они не уснут. Сигурд проверил, хорошо ли его закрепили, и, выпроводив слуг, подошел к Бажене. Слегка приоткрыв рот, она взглянула на него своими синими глазами, освещенная отблесками огня. Мужчина протянул ей руки, и она без слов приняла его добрый жест, когда помог он ей снять шубку. Присев на кровать, она занялась сапожками и еще долго бы возилась с ремешками, желая их снять, если бы не Сигурд. Присев пред ней, он быстро справился с тугими захватами ремешков, и вскоре они оба лежали на высокой кровати. Сначала комната погрузилась в тишину, нарушаемая лишь голосами викингов, оставшихся в зале пить пиво от жадности. Правда, тишина в их комнате длилась недолго, Бажена засмеялась, прижимая ладони к горячим щекам.

— Ты чего? — Сигурд привстал, разглядывая ее веселье. — Умом не в ту сторону забрела?

— Я смотрела на потолок, и мне сделалось смешно.

Сигурд вопросительно поднял бровь, отчего Бажена стала громче хохотать.

— Сам посмотри, как глупо мы спим! Кровать так высока, что мы... — она снова хихикнула. — Почти на потолке спим, как летучие мыши!

В ответ Сигурд лишь слегка улыбнулся. Устраиваясь в постели поудобнее, он решил, что впредь надо следить за тем, сколько пьет его рабыня за столом. Ничего хорошего не выйдет, если она пристрастится к медовухе. Перестав смеяться, она вдруг затихла и придвинулась к нему ближе, слегка касаясь рукой его плеча. Викинг замер и тяжело задышал. Тяжелое и рваное дыхание заставило девичье сердце биться быстрее, она закусила нижнюю губу и, как назло, вспомнила их первый поцелуй. Сердце ее застучало так громко, что сделалось стыдно... Аль вдруг он слышит? Сигурд, словно хищник, почуял ее смятение и, повернувшись набок, вгляделся в нежный профиль.

Осторожно, словно касаясь хрупкой бабочки, он ласково провел пальцами по ее губам. Веки ее затрепетали, и теперь они дышали в унисон. Магическое притяжение завладело влюбленными. Не в силах более сопротивляться искушению, Сигурд приблизился и на ухо ей прошептал:

— Отдайся мне, Бажена...

— Господин...

— Сигурд, — он обжег ее взглядом. — Можешь звать меня именем, как и раньше.

Бажена замотала головой, и глаза ее увлажнились от переизбытка чувств. Сердце ее металось, как птица в клетке, желая уступить викингу, но гордость... Проклятая гордость заставила ее сжать ладони в кулаки. Чувствуя ее внутреннюю борьбу, он положил ей ладонь на плоский живот и улыбнулся, почувствовав, как трепещет молодое тело. Нет сомнений, она желала его так же сильно, как и он... Мягкость женского тела лишала воли викинга.

— Будешь сопротивляться? — Сигурд спросил таким нежным голосом, что и не признала его Бажена. Неужто его грозный тон способен так сильно смягчиться? — Не устала воевать сама с собой?

— Я воевала с тобой, господин.

Слова ее прозвучали шепотом, Сигурд едва мог понять, о чем она говорит. Переполняемый желанием, он уже с трудом владел собой и потому сильнее прижался к ней, теперь их уста едва не соприкасались. Чудилось, будто во всем северном краю затихли все звуки и слышны отныне лишь удары их сердец. Глаза их встретились, и викинг постыдно признался в том, о чем бы в другую минуту смолчал:

— Ты выиграла, Бажена. Я проиграл тебе во всем...

Из глаз ее пролились горькие слезы, не удержавшись от соблазна, он приблизился к ней, и уже через мгновение его мягкие губы стали целовать горячие щеки славянки. Бажена попыталась остановить его, ладони уперлись в могучую грудь викинга, но он едва заметил ее попытку бороться.

— Не лги, господин. Я проиграла! Я...

— Глупая, - прорычал Сигурд, и привычный грубый тон отдался вибрацией возбуждения в ее теле. Ладони впились ногтями в мужскую грудь, она задышала глубже. - Почему я тебя украл? Неужто ты совсем ничего не понимаешь?

— Ты украл меня, чтобы отомстить моему отцу!

Сигурд отстранился и навис над ней, опаляя девушку горячим дыханием.