Медвежий Угол

Глава 50

Ярл Рерик недавно проводил младшего сына в очередное морское путешествие и сейчас, восседая на могучем жеребце, вместе со свитой возвращался в замок. Перед отплытием ярл взял с сына обещание, что по возвращению на родину тот непременно женится и подарит их роду продолжение. Эльвин хоть и безрадостно, но всё же дал отцу слово жениться. Перспектива лишиться свободной жизни пугала младшего сына, но ярл решил, что брак пойдёт ему на пользу.

Люди ярла уже преодолели склон, когда над округой раздался призывный звук рога. Дан, верный человек ярла, указал пальцем в сторону севера, где над лесом возвышался дым от огня.

— Господин, там ведь дом вашего сына!

— О, великий Один! Сигурд... Что же там такое стряслось? Скорее собирайте людей! Скорее!

Дан, опередив господина, прибыл в замок и, не слезая с лошади, выкрикивал воинам приказания. Собирая подмогу для наследника ярла, он спешил. Поднялась суматоха, всюду слонялись напуганные бабы, переживая, они прятали вещи. Уж они-то знали, как судьба переменчива, и неизвестно, вдруг опасность обрушится и на их несчастные головы. Дан развернул лошадь и уже готов был направиться к воротам, когда его окликнул голос прекрасной госпожи.

— Херсир Дан, постойте, пожалуйста!

Преодолев ступеньки, Олета, со слезами на глазах, вцепилась в плащ Дана. Окинув ее быстрым взглядом, Дан с трудом сдержал восхищение. Прекрасная госпожа была воплощением всех его самых сладких грёз... Высокая, черноволосая, а уста алые, как... Он заставил себя оборвать недостойные мысли и склонил голову в знак уважения.

— Сигурд, — пролепетала госпожа. — Муж мой, он там? Сказали, дом горит... Я так напугана, херсир Дан!

— Госпожа, мне еще ничего неизвестно. Я снарядил людей, и будьте уверены, сделаю всё для спасения вашего имущества и людей.

— Возьмите меня с собой! Я не могу найти себе места!

— Госпожа, я не смею подвергать вас опасности. Возвращайтесь в замок и лучше помолитесь о том, чтобы боги проявили к нам милость.

Дернув поводья, херсир направил лошадь к воротам. Всё его естество желало обернуться и бросить нежный взгляд на Олету, но он не смел. Поджав губы, херсир бросился на подмогу, желая прогнать прекрасное видение из своей головы. Люди ярла, прибыв на место, застали печальную картину: полыхали сараи и дом рабов, во дворе лежали убитые люди, всюду разруха и грязь... Заметив их, разбойники поспешили дать деру, унося с собой нажитое Сигурдом.

Херсир достал тяжелый меч из ножен, и люди ярла бросились в бой, стараясь перекрыть врагам путь к отступлению. Глаза Дана искали Сигурда, но, кроме мужчин-разбойников, никого более живых не нашли. Соскочив с лошади, он бросился в дом, где его уже ждал свирепый Герман.

— Герман? — херсир Дан нахмурился. Он узнал воина, который ранее служил у Сигурда. — Ты умом тронулся?!

— Я пришел отомстить, и пока не умру, мой меч будет рубить тех, кто решит встать у меня на пути.

Херсир старался не спускать взгляда с предателя, но всё же он заметил рабыню Сигурда: она находилась на полу, позади Германа. Рабыня покойно лежала на спине с разбитым лицом. «Вероятно, девушка погибла», — отметил Дан, когда Герман внезапно напал на него.

— Ублюдок! Ты поднял руку на своего господина!

— Я служу лишь богам, а не вам, подлым псам!

Звон мечей заставлял несчастную Агнесс содрогаться от ужаса. Слава богам, к ним подоспела подмога, и проклятый разбойник не успел овладеть телом ее молодой хозяйки! Но он так сильно ее стукнул, что она не знала, жива ли Бажена, или уже душа ее возвышается на небеса.

Что ни говори, Герман был отважным воином, и в схватке ему удалось поранить правое плечо херсира, отчего тот был вынужден перекинуть меч в левую руку. Так биться сложнее. Дан стал уставать, а неистовый Герман, подпитываемый злобой, казалось, крепчал с каждым ударом меча. Он не намерен сдаваться! «Вы сдохнете! Все сдохнете, суки!» — орал Герман, наступая.

Распахнув двери, в жилище ворвались воины ярла, и началась отчаянная битва Германа. Зарубив одного, он толкнул тощего юнца, не носившего еще бороды, в грудь и выбежал на улицу. «Проклятая славянка! Она отвлекла его и снова чуть не погубила!» – сетовал про себя Герман, спасаясь от погони. Истекая кровью, Дан бросился вслед за беглецом. Герману нельзя дать уйти живым, иначе владения ярла будут в большой опасности.

Рерик, приехавший позже остальных, рассвирепел. Он застал мертвых людей, хаос и дым... «Зовите людей! — закричал он, задыхаясь от едкого дыма. — Огонь может перекинуться на дом! Ну же, спасайте дом!»

Во дворе началась суматоха. Прибывшие из замка крестьяне поспешили к реке и, организовав живую цепочку, передавали друг другу ведра с водой. С полей прибежали бабы, они кинулись на подмогу мужикам, оплакивая потери. Ярл спешно объехал территорию. Вглядываясь в навсегда застывшие лица подданных, он испытал глубокое беспокойство, ведь до сих пор не видно нигде его старшего сына. «Проклятье! Я спущу кожу с каждого, кто сотворил на моих землях такое бесчинство!» — мысленно поклялся Рерик.

Подъехав к дому, ярл закашлял. Дым шел в сторону жилища, грозясь убить любого, кто смеет находиться внутри. Отворив тяжелую дверь, ярл переступил порог. Дом Сигурда разграбили! Опустив глаза, он заметил под ногами иноземный пояс с медвежьей лапой. «Господин!» — из-под лавки вылезла напуганная рабыня и бросилась пред ярлом на колени. Ярл отмахнулся от ее истерики и только сейчас заметил на полу бездыханное женское тело. Агнесс бросилась к девушке, и ярл узнал в пострадавшей златокудрую рабыню сына.