Медвежий Угол

Глава 69

Каждое событие, будь то хорошее или нет, оставляет отпечаток в душе человека и отражается на его характере. Несчастная Бажена уж столько натерпелась, что впору дивиться, как ей удавалось сохранить ясность ума. Замок угнетал, а тот, кто мог бы помочь ей осветить темноту души, теперь всё меньше и меньше уделял девушке внимания. После похорон ярла Бажена вновь почувствовала, как далека ей земля викингов. Враждебные люди, угрюмые обеды за длинным дубовым столом и неприятный шепот за спиной сильно омрачали жизнь славянки. Она тосковала по уютному дому Сигурда, но теперь путь туда был для них закрыт, и ей пришлось заново приспосабливаться к новым обстоятельствам. Однако не только Бажена пыталась адаптироваться к новой жизни.

Сигурд недолго оплакивал отца, погруженный в заботы и тяготы, он всеми силами старался выровнять жизнь крестьян. Мужчина не делился с Баженой, каким тяжелым оказалось положение крестьян после войны с Оскаром. Население выражало недовольство в связи с взиманием поборов. Это недовольство могло в любой момент спровоцировать беспорядки на его территории. Казна пуста, а впереди их ждет долгая и суровая зима. Кроме того, на Сигурда легла обязанность вершить суд над людьми и поддерживать дисциплину в рядах воинов. В ближайшее время ярлу нужно будет укрепить торговые связи и заключить новый союз с бывшими соратниками Рерика. Сигурд скучал по своей славянке, но теперь, для ее же блага, ему было необходимо больше времени уделять укреплению своей власти.

На тот момент Бажена ничего не знала о проблемах в северных широтах. Ведь у женщины положение в стране всегда определяется по житью в её доме. В жилище у Бажены всего было впрок. Никто из рабов не болел и не знал голода. Поэтому она думала: раз так у них с Сигурдом ладно в жилище, значит, и у других похоже идет жизнь. Но за пределами замка ситуация была совершенно иной. Среди простых людей нарастало недовольство, и с каждым днем у господина появлялось все больше новых врагов. Поэтому казалось, что их миры разделились. Пока Сигурд думал о стране, славянка, незнакомая с новыми обязанностями и положением любимого мужчины, тосковала по их страстным ночам и долгим разговорам.

Недавно они проводили много времени вместе, наслаждаясь своей любовью и разговорами друг с другом. Все ночи господина и его внимание принадлежали лишь ей одной, а теперь Сигурд всегда был окружен другими людьми. Конечно, они встречались в течение дня, но эти встречи были короткими, и почти всегда рядом с ним были посторонние ей люди. В те редкие моменты, когда Сигурд принимал пищу в общем зале, рядом с ним на месте хозяйки сидела славянка, вызывая тем самым недовольство всех знатных женщин в замке. Мужчина возвысил ее положение, не вступив с ней в законный брак. Сигурд постоянно думал о разводе с Олетой, но всегда находились более неотложные задачи, которые требовали его срочного внимания. Так дела укрепления его власти стали для молодого правителя важнее всего остального.

От всех новых перемен страдала и прекрасная госпожа. Просыпаясь по утрам с болью в душе, она с тревогой ожидала новостей о разводе, но с наступлением ночи погружалась в беспокойный сон, молясь о милости богов. Как ни странно, но и ее положение в замке, несмотря на статус все еще законной жены, было ничуть не легче, чем у Бажены. Женщина чувствовала на себе недобрые взгляды и слышала перешептывания слуг за спиной. Но даже в таком положении она была рада все еще жить подле Сигурда и каждый раз при встрече провожала его нежным взглядом. В душе ее, словно догорающая свеча, все еще теплилась надежда. Да только она уже и сама не знала, чего ждет от судьбы. Славянка так прочно вошла в их жизнь, что госпожа не могла представить, как боги могут помочь ей от нее избавиться. Так, один похожий день сменялся другим, и казалось, что время замерло.

Вернулся Сигурд поздно. Голова его гудела от пережитого, и он рад был увидеть миленькое личико славянки, которая уже собиралась ко сну. Когда она заметила его, то быстро поднялась и отложила в сторону гребень из дерева, который для неё смастерил Сигурд. Нежные руки коснулись его плеч, девушка помогла викингу снять плащ и стянуть рубашку. Оставшись по пояс обнажённым, мужчина умылся в тазу с холодной водой, а после обтерся тканью.

Бажена, с распущенными волосами, опустилась на край кровати. В свете тусклого факела она казалась воплощением чего-то неземного и магического. Девушка неподвижно и безмолвно сидела, ожидая, пока он нарушит тишину. Сигурд ощутил её волнение и нахмурился, пытаясь понять, что же так её беспокоит в его присутствии. Приблизившись, он убрал прядь волос с её лица и ласково провёл рукой по её бархатной щеке.

— Всё ли хорошо?

Закусив нижнюю губу, Бажена слегка кивнула головой, и взгляд ее упал на массивный перстень ярла. Если бы в юности ей сказали, что она свяжет судьбу с правителем северных земель Скандинавии, она бы лишь громко рассмеялась, посчитав это нелепостью. По всей видимости, в жизни возможно всё, даже то, что кажется невероятным, например, встреча с викингом, родившемся на другом конце света. И не просто встреча, а нечто большее: она, обычная славянская девушка, держит за руку скандинавского воина, и её сердце трепещет от восхищения, когда она находится рядом с этим суровым мужчиной.

— Не лги. Расскажи мне о своих печалях на сердце.

— Господин, тебе лучше отдохнуть.

— Поверь, твои речи меня никогда не утомляют. Ты — единственная, кого я готов слушать бесконечно.

Щеки славянки порозовели. Сигурд присел на кровать рядом с ней и, тяжело вздохнув, положил свою голову ей на колени. Бажена от неожиданности вздрогнула, но не отпрянула. Нежные руки девушки осторожно перебирали его длинные волосы, расслабляя мысли викинга.