Медвежий Угол

Глава 83

В ранний час, когда не проснулись еще птицы, Бажена уже замешивала тесто в большой глиняной миске для румяного хлеба. Кухарка, зевая, крупно нарезала овощи для рагу, пока другие рабыни общипывали уток. Смешались кухонные запахи, щекоча ноздри мужиков, заготавливающих дрова. Где-то вдалеке спорили псы из-за костей, перепавших им после вечернего пира. На небе вот-вот покажется солнце, и с первыми лучами выйдет из своих покоев ярл. По обыкновению одетый в темные одежды, он позавтракает ржаными лепешками и осушит кружку эля, а после, запрыгнув на коня, умчится осматривать свои владения.

Привычное утро ничем не омрачалось, кроме спора псов или плача недовольного ребенка. Заправив светлую прядь волос за ухо, Бажена дождется, пока ярл покинет двор, затем, взяв в руки ведра, отправится на родник за чистой водицей. Медленно ступая, девушка будет радоваться светлому небу и свежести утреннего воздуха. Раны на душе покажутся ей менее тягостными, когда, присев на скользкие камни, она опустит руки в прохладную воду, а после умоет ими лицо.

Весной веснушки становятся особенно заметны. Девушка на мгновение увидит своё отражение в воде и удивленно захлопает глазами. Блики воды соберут в единое портрет славянки, и, немного подумав, Бажена улыбнется своим мыслям, вспомнив слова матери: “Веснушки дарят только тем, кого любят Боги”. Славянка, зачерпнув воду в ведро, потянется за другими, когда увидит приближающегося Эльвина с травинкой зажатой между пухлых губ.

— Как водица по утру?

— Да она ведь здесь всегда холодная, – ответит девушка, пожав плечами. – Не припомню дня, чтоб она прогревалась.

Бажена была удивлена тому, что Эльвин вдруг заговорил с ней, но не подала виду. Поспешно наполнив ведра водой, она поднялась на ноги. Их взгляды встретились, и Бажена в очередной раз отметила про себя, как мало внешнего сходства между родными братьями. Эльвин тоже высокий, но худощавый и бледный, с острым длинным носом и пухлыми губами, совсем не походил на своего старшего брата. Возможно, он не был красив, но его лицо украшали светлые глаза, в которых читалась спокойная решимость. Признав, что она слишком долго на него глазеет, славянка поспешила отвести взор, и тогда на устах Эльвина дрогнула слабая улыбка.

Взгляд Бажены был окутан загадочной дымкой, которую викинг не мог полностью понять. Каждый раз, смотря на славянку, брат ярла пытался понять, что же именно так сильно привлекало в ней Сигурда? В свое время брат всерьез увлекся девушкой и даже хотел сделать ее госпожой. Сколько Эльвин прожил, а припомнить, у кого-то таких сильных чувств к иноверке не мог. Красивых славянок часто похищали и превращали в любовниц; они могли делить ложе с хозяином дома и даже родить детей, но никто бы не решился взять такую деву в законные жены.

— Нужно признать: несмотря на тяжёлый труд, твоя красота не пострадала, и на рынке рабов за тебя все еще можно выручить неплохую прибыль.

Щеки Бажены покраснели, но не от смущения. Невозможно смириться с тем, что ты вещь, особенно если от рождения свободна. Боги свидетели, она ко многому привыкла в Скандинавии, но не к своему статусу. Заметив блеск злости в ее взгляде, который она безуспешно пыталась победить, Эльвин покачал головой. Дух славянки все еще не сломлен, и она, вероятно, притаилась, ожидая, когда сможет отомстить Сигурду. Неужели его брат настолько слеп, аль не замечает очевидного? У славянки черная душа, и не зря поговаривают, будто она околдовала господина. Слишком он уж мягко обошелся с ней после ее предательства.

— Сигурд подрезал тебе крылья, но я-то вижу, что ты все еще можешь летать и ждешь подходящего момента, чтоб его покинуть.

— Ты ошибаешься. Я давно уже смиренно приняла волю господина, и забрать меня у него могут лишь боги.

— Не лги. Я знаю о том, что ты хотела сама лишить себя жизни и проклясть замок своей смертью, живя там призраком. Знай, если ты причинишь брату вред... я сгублю тебя страшной смертью! За твое предательство тебя нужно было предать вечным мукам.

Смотря на хрупкую девушку, Эльвин чувствовал внутреннюю силу рабыни, и то тревожило его душу. Он вряд ли бы признался себе, что в её присутствии испытывал страх и, возможно, даже уважение к сильному характеру. Многие женщины понятны и предсказуемы, и оттого с ними всегда легко поладить, а у этой огонь в глазах, который противоречил женской природе. В ней нет смирения, хоть и старалась она отчаянно пробудить в себе покорность, то противоречило ее природе. И как ни странно, Эльвин хорошо чувствовал ее характер. Выслушав Эльвина, славянка неожиданно кивнула головой и, подхватив ведра с водой, умчалась по тропинке к замку. Оставшись в одиночестве, викинг взглянул в прозрачные воды родника, где причудливо играли лучи утреннего солнца.

— О, великий Один, спаси нас всех от проклятья славянки! Я предчувствую беду и во всем виню иноверку.

Эльвин, нахмурившись, выбросил травинку в прозрачную воду и отправился в замок, который даже в яркий день оставался пугающе мрачным.

Столяр изготовил изящную колыбель из светлого дерева для будущего наследника северной земли. В изголовье мастер искусно вырезал дракона, а по бокам разместил руны, символизирующие удачу. Увидев колыбель, Олета не смогла сдержать слез. Херсир Дан поджал губы от досады. Он бы многое отдал за то, чтобы во чреве госпожи росло его семя, но Боги обрекли херсира на безответную любовь, и потому его удел – глядеть на нее издалека.

Рядом с госпожой стояла верная Эдда, придирчиво осматривая колыбель; она едва сдерживала колкие слова в адрес господина. Долгожданный сын вот-вот родится, а его папаша даже не соизволил лично соорудить для него колыбель! Да, и за Олетой он совсем не приглядывает. Ярла заботит лишь власть да проклятая славянская змея, которую никто не потрудился вышвырнуть из замка. Несколько недель назад Сигурд уехал с младшим братом в соседний город, где возник спор из-за торговых территорий. Ох уж эти мужчины, никогда на них нельзя положиться!