Медвежий Угол

Глава 93

Щедрость богов всегда замечается, когда, проявив жестокость, они лишают человека привычных ему навыков жизни. Рожденный наследник ярла, Сигурд рос в достатке здоровым и крепким ребенком. Рука его, с подачи строгого отца, с млада обрела твердость, а дух — недюжую силу, способную вести за собой людей в бой. Бесстрашный сын Скандинавии умело обращался с мечом, не раз побеждая своих врагов. Высокий, страстный, с массивным размахом плеч, он никогда не испытывал недостатка в женском внимании, и все ему давалось легко в любви.

Не знал печалей сын ярла Рерика, и впредначертанный срок женили его на прекрасной деве Олете. Жена любила мужа и всячески старалась ему угодить. Они жили в достатке, и во многом Сигурду везло. И даже плен в Градираках обернулся для него, в конечном итоге, удачей. Он шел по жизни, не задумываясь о том, как милостивы с ним боги, а в какой-то момент и вовсе о них позабыл.

Находясь в забытье, Сигурда мучила лихорадка, и тогда его тело покрывалось испариной, а в ушах время от времени слышался плач. Он бредил, метался и до крови сжимал губы, когда его тело охватили судороги. Женский плач преследовал изнеможденного Сигурда, который никак не мог скрыться от болезненных видений. Первая, кто пришла к нему во сне, была темноволосая женщина с серыми глазами и широкими скулами. Незнакомка долго и разочаровано смотрела на Сигурда откуда-то из небесного горизонта. Образ ее часто являлся перед его очами в царстве Одина, но он не сразу понял, что сероглазая незнакомка была его матерью. Осознав, кто наблюдает за ним со стороны, Сигурд едва справился с волнением, и в ту ночь тело его погрузилось в сильный жар. Мать не спешила приблизиться к сыну, словно опасаясь чего-то, женщина так и не решилась с ним заговорить.

Хельга... так звали его мать. Женщина умерла вскоре после рождения сына. С того дня прошло немало времени, и потому ни она, ни Сигурд не сразу узнали друг друга, когда оказались в небесном царстве. Одинаковые серые, холодные глаза... одинаковое тяжелое молчание. Сигурд не смог найти для матери слов, он лишь долго глядел на нее, жалея, что не знал ласки ее рук. Преодолев робость, он все же приблизился к ней, и голос его сорвался на крик, когда, коснувшись матери, она превратилась в белоснежный дым. «Мама!» — кричал Сигурд, оглядываясь по сторонам. — «Мама! Не оставляй меня одного!»

Сигурд казался себе ребенком, и тело его сотрясалось от тревоги. Он снова потерял мать... она вновь исчезла, и на смену ей пришел ему образ красивой девы. Сигурд отшатнулся, увидел свою покойную жену. Укутанная в красный плащ, расшитый жемчугом, она плакала, протягивая к нему свои нежные руки. Боль Сигурда лишила Олтету покоя, и, пробираясь сквозь гущу облаков, она стремилась пересечь обширное поле, чтобы утешить своего мужа.

— Олета...

Одурманенный печалью, мужчина направился к жене, и вскоре его шаги ускорились до бега. Они бежали друг к другу, но боги постоянно разъединяли их дороги, и, вскоре обессилев, мужчина взревел, когда тело его пронзили стражи в покоях Одина. Тогда-то он услышал крик Бажены, и возник пред ним огромный небесный чертог, великое вечное поле битвы — Вальхаллу. Тело прошиб пот, из рваных ран на груди сочилась кровь... Сигурд замер на пороге, вглядываясь в очи великого бога Одина. Он ждал встречи с ярлом и не отводил от него своего огненного взгляда. Мужчина должен был присоединиться к бойцам, которые постоянно воевали. Вступив на землю, принадлежащую Одину, рука Сигурда продолжала бы сражаться вечно...

Сигурд сделал шаг, и вдруг на миг пред ним возникло лицо славянки... Бажена. Черты ее красивого лица исказил страх... она боится, боится за него. В полузабытье Сигурд пытается понять, что происходит. Бажена не может оказаться в Вальхалле... она не может умереть. Тело сотрясает дрожь. Лязг мечей, в крови азарт, над головами летают вороны, желающие полакомиться мертвечиной. Слышны людские стенания, и льется кровь под ногами викинга. Вновь стражи Одина пронзают тело Сигурда острыми пиками, и он, поджав губы от боли, пытается переступить вечный чертог, но не может...

Рука славянки прочно держит его душу в мире живых. Замирает тело Сигурда, и остается он меж мирами, ожидающий страшного часа расплаты на пороге в Вальхаллу. В этот миг где-то далеко на мертвой земле звучат молитвы, и шепчет их Эльвин, склоняясь над изнеможденным телом брата.

❤️Дорогие мои, хотелось бы писать для вас больше, но меня работа держит в плену. Пожалуйста, пожелайте мне вдохновения, потому что история Сигурда и Бажены еще не окончена❤️.