Механическое сердце безумца

Глава I

Ясно помню… Ожиданье… Поздней осени рыданья…
И в камине очертанья тускло тлеющих углей…
О, как жаждал я рассвета, как я тщетно ждал ответа

Э. А. По

— Тридцать лет назад —

Шины новенького Rolls-Royce с хрустом проехались по кучке опавших листьев, остановившись аккуратно перед воротами академии. Ленора тяжело вздохнула: она не переносила весь этот пафос и показушничество, которые были присущи её успешному отцу-меценату. Но предпочитала с ним не спорить. Вообще старалась свести их контакт к минимуму.

Выбравшись из автомобиля наружу, первым делом Ленора вдохнула свежий аромат осени. Она любила воздух Невермора: здесь он казался таким особенным, таящим в себе чувство одиночества и приятной тоски, которые отражали её сущность.

Тем временем водитель достал из багажника её чемоданы и поставил возле ворот.

— Манс, сфотографируй нас с дочерью, — повелительным тоном сказал высокий мужчина в официальном костюме, подойдя к Леноре. Это был доктор Хорас Даркспелл.

Она ненавидела эту странную привычку отца. Каждый год одно и то же: он заставлял фотографировать их вместе на фоне академии, покровительственно кладя руку ей на плечо. Скупая улыбка едва проглядывалась на его лице. А вот Ленора даже не потрудилась состроить радостную мину, насупив брови и отводя глаза от громоздкого объектива.

— Ленора, держи спину прямо! Не морщись! — требовательно произнёс глава семейства ровно перед тем, как раздался звук затвора камеры.

Мистер Даркспелл удовлетворённо качнул головой и быстро отстранился от дочери. И к чему был весь этот цирк? Ленора искренне не понимала. Их отношения с отцом уже давно вышли из рамок доверительных.

— Что же, надеюсь на твои успехи в этом году. Будь послушной и веди себя достойно нашей фамилии, дочь, — поучительно изрёк он, поправляя и без того идеально висевший галстук.

Больше никаких прощаний. Ленора скупо кивнула. Затем семейный слуга Манс помог донести её вещи до общежития. Подхватив чемодан, Ленора не спеша вошла в комнату, которую в предыдущие годы делила с двумя соседками. Сумки Мортиши Фрамп уже лежали на месте, но её самой нигде не было видно.

Уверена, что она уже проводит время где-то в компании Гомеса.

А вот вторая девушка ещё не приехала. Пользуясь минуткой, пока она была здесь одна, Ленора ностальгически вздохнула, обведя взглядом старенькую, но уютную спальню прямо под крышей замка, и пошла разбирать свои вещи.

Новый учебный год, что от него можно ожидать? Ленора, по правде говоря, любила Невермор. В нём она чувствовала себя на своём месте, ведь её окружали такие же изгои, как она сама. Несмотря на то что Даркспелл имела хорошие отношения со своими соседками, большую часть обучения она предпочитала наслаждаться уединением. Благо в академии уйма потайных локаций, где можно было побыть только с самой собой.

Ленора подошла к напольному зеркалу в чёрной готической оправе и оглядела себя от макушки до пят, будто видя впервые. Кажется, она уже довольно давно не смотрела на своё отражение, а ведь за последние годы она заметно похорошела. Ушла детская припухлость в лице; фигура, одетая в винного цвета элегантное платье, обрела женственные очертания; каштановые волосы, отросшие до середины поясницы, струились по спине волнистым каскадом. Веснушки на носу придавали обаяния, перетягивая внимание от уродливого шрама поперёк правой щеки.

Шрам…

Ленора притронулась к глубокому рубцу на лице — свидетельству того ужаса и боли, что ей пришлось пережить пять лет назад. И никогда ей не стереть этот штрих прошлого, рассекающий не только её кожу, но и само сердце.

— Ленора, привет! — раздался девичий голос, а после хлопнула дверь.

Даркспелл обернулась к Франсуазе Найт — её второй соседке, которая поступила в академию в прошлом году вместе со своим братом. Франсуа весело взмахнула длинной чёлкой и подбежала к подруге, чтобы обнять. Ленора не любила тактильный контакт, но из вежливости не отстранялась.

— Людям из чистокровного рода, подобно нашему, не пристало показывать брезгливость и отвращение на людях. Это дурной тон, — прозвучали назойливые слова отца в её мыслях.

— Как провела лето? Что нового? — с неприкрытым интересом начала расспрос Франсуаза, улёгшись на животе поперёк кровати и свесив ноги.

Эта девушка всегда была сгустком энергии и эмоций, в отличие от самой Леноры. Порой это раздражало, а иногда удивительным образом придавало сил.

— Всё время провела в поместье, — кратко отчиталась Ленора, пожав плечами. — Изучала древние трактаты о медицине.

— О, так ты всё-таки решила пойти по стопам своего отца? — почему-то воодушевилась Найт, приподнявшись на локтях. — И матери?

Воздух в комнате моментально стал напряжённым, словно наэлектризовавшись вокруг Леноры. Она ненавидела поднимать эту тему. Никогда ни с кем не делилась самым сокровенным, что творилось у неё на душе, и не собиралась. Но Франсуаза была сверхлюбопытна и порой сама не замечала, как нарушала личные границы окружающих людей. А семейные тайны дома Даркспеллов уже давно не давали ей покоя. Лучшим решением для Леноры оказалось перевести тему:

— А у тебя что интересного произошло?

— Брат почти не выходил из своей мастерской, поэтому мне было совсем скучно и одиноко, — расстроенно вздохнула Франсуа, подтянув ноги к груди и надув тонкие губы. — А ещё у меня просто ужасная новость! — оживилась она, подняв взгляд на Ленору. — Представляешь, в этом году у нас будет новый преподаватель по искусству, и это не кто иная, как моя мачеха Мелисса!