Механика света

Глава шестая

Эльдара не было.

Я уже вытерла пол от бурых разводов; убрала лужу в ванной, не дав ей просочиться этажом ниже – в маленькую буфетную, примыкающую к парадной гостиной с той стороны, где вилась вокруг столба узкая задняя лестница; насколько смогла, поправила сдвинутую во время драки мебель; сварила кофе; в нервах его выпила; сварила снова…

А помощник все не возвращался, хотя времени прошло более чем достаточно.

Уезжал он торопливо, еще по темноте, как раз и планируя успеть сделать все и вернуться до наступления утра – чтобы не засветиться ненароком. Даже про Уви расспрашивать не стал, просто кивнув на мое короткое «увидишь».

Но сейчас за окнами давно уже рассвело, а его все не было.

Мысли в голове роились разные, в большинстве не слишком приятные, но что интересно – о банальном предательстве думалось почему-то в последнюю очередь. Вернее, не думалось совсем. Не знаю, что было этому причиной – то ли мирно стоявший в гараже мотоцикл Эльдара, с которым он бы точно не расстался, даже в обмен на мою машину, то ли его слишком уверенная манера держаться – за ней читалось такое чувство собственного достоинства, которого у предателей не бывает по определению. А может и воспоминания о том, как хорошо рыдалось у него на груди и насколько после этого стало легче…

Сообразив, что незаметно для себя приговорила содержимое и второго ковшика с кофе, приспособленного здесь вместо джезвы, я с чувством чертыхнулась, встала из-за кухонного стола и пошла в холл. Дальше беспокоиться лучше все-таки там – безопасней для моих запасов кофейных зерен. А наткнувшись взглядом на створки шкафа, где прятался собранный вчера механизм, вдруг подошла, распахнула их и достала с полки очки Эльдара, так и лежавшие там с ночи.

Небанальный приборчик, надо сказать. Совсем даже не. Это я уже вчера поняла, едва взяв его в руки. Стекла не просто давали защиту от ветра, пыли и солнца, но имели еще несколько интересных настроек, завязанных на ребристые колесики в дужке. Если покрутить первое из них, то, что ближе всего к оправе – можно было добиться значительного увеличения. Не бинокль, конечно, но уровень вполне достойный. Если до упора вывернуть второе, включался «ночной взгляд», аналогичный тому, что был встроен в протез Эльдара, пусть и не столь ювелирно миниатюрный. Ну а третье, последнее, усиливало резкость и позволяло при необходимости видеть даже в густом тумане.

И при всем этом прибор оставался компактным и легким, с виду ничем особо не отличаясь от обычных гоглов. Хорошая работа. Мастерская. Моя.

Да, именно я их собрала когда-то, а потому и чинить взялась не раздумывая. Ремонт обещал стать не слишком сложным, но требовалось заменить пару деталей из тех, что сделать без специального инструмента не выйдет никак. А поскольку его у меня здесь не было, значит, опять предстоит визит к часовщику… И вдруг замерла, пораженная внезапно пришедшей в голову мыслью.

Часовщик. Вот кто знал обо мне практически все.

Я уставилась в одну точку, пытаясь сообразить, не мог ли он приложить руку к событиям сегодняшней ночи? И с ужасом поняла – утверждать, что однозначно нет, не выходит.

Игнатий Петрович Вивель.

Очень давний и очень хороший знакомый отца. Из-за хронического недуга печени, при котором замечательно помогали здешние целебные воды, удачно успевший переехать в Ольховен еще до начала всех этих событий и гонений. Ну а когда те начались, не менее удачно устроивший все так, что о его профессии сильного механика никто почему-то не вспомнил. Кстати, провернуть такое тоже надо было суметь. Единственный человек, к которому я могла обратиться с просьбой о помощи сразу по приезде сюда и, естественно, за ней обратилась. А он не только помог устроиться в городе и решить последние формальности с домом, но и предложил вариант, как избавиться от преследующих меня проблем раз и навсегда. И я даже обещала над тем вариантом подумать.

Так что господин Вивель точно знал, где и как меня можно найти. И при этом не мог знать, что со вчерашнего дня в доме я уже не одна. Остался лишь вопрос: «зачем». Зачем бы ему устраивать мне такое?

Н-да… Ситуация.

Я наконец вспомнила, что именно держу в руках, быстро сунула прибор обратно в шкаф и пошла на кухню – варить кофе. В третий раз.

Но когда под окнами долгожданно заурчал знакомый мотор, немедленно бросила это дело, едва не опрокинув закипевшую посудину с напитком. И сама выскочила открыть Эльдару ворота каретного сарая, даже не пытаясь спрятать облегчение:

– Что? – захлопнув за въехавшей машиной створку и задвинув на место солидный засов, я развернулась к не спешившему выходить из нее помощнику. – Что случилось?!

– Холодно сегодня, – с трудом выговорил тот посиневшими губами. – А еще я авто заправил. На два с лишним червонца.

– Шутишь? – не сразу поверила я.

– Почему? – Эльдар попытался нащупать ручку дверцы. Безуспешно – занемевшие от холода пальцы все время соскакивали.

Не выдержав, я дернула ее со своей стороны, отчего тот едва не вывалился наружу.

– Я и правда здорово замерз, – с укоризной глянул он на меня, восстановив равновесие. – Кстати, не слишком практичная машина для нашего климата.

– Потом покажу, как тут верх поднять, чтобы вышло практичнее, – я вдруг перестала дергаться – вернулся, значит, все в порядке. – А пока идем в кухню – там кофе как раз вскипел.

– Кофе? Кофе это замечательно, – довольно прижмурился тот. – Особенно только что вскипевший.

***

После второй чашки оттаявший, наконец, помощник поведал, где был и почему вернулся в состоянии, близком к замороженному – дергать его с этим раньше у меня не хватило совести, хотя любопытство требовало выпотрошить жертву быстро и безжалостно.

– В общем, – сжалился Эльдар над нами обоими, – дорога туда и сама… операция прошли без проблем. Хуже пошло на обратном пути.

– Где именно? – поторопила я его, сообразив, что нам с любопытством он опять предпочел кофе, да еще и увлекся.